Очень приятно, Царь! На посошок - Евгений Бергер
— Знаешь, чего я ненавижу больше всего в этой жизни? Враньё! Особенно, враньё себе. Знаешь, почему сильнейших студентов называют монстрами и чудовищами? Потому что в синтоизме, коим увлекался Господин Харитонов — чудовища и монстры могли со временем превращаться в богов. Ты узрел рождение чудовища. И оно, куда могущественнее, чем ты сам.
— Царь мне не ровня…
— И опять ложь. Только не себе, а уже мне. Если бы ты боялся меня, всё было бы совсем иначе. Страх — одна из форм уважения. К тому же, я бы отнёсся к этому с пониманием… Но ты боишься жалкого первогодку. — вздохнул Волгин: — Очень жаль, что я не могу выжить тебя отсюда лично, ибо Господин Симонов сейчас крайне внимателен к Совету Элит… Но ты исключаешься из моего плана по уничтожению Царя.
— Я вас понял…
— Разберусь с ним сам. Но будь осторожен, друг мой… Рано или поздно всевидящее око Господина Симонова отвернётся от Совета. И тогда… Тогда я займусь тобой. Ты меня понял?
— Я вас понял.
— Молодец. И чтобы ноги твоей больше не было в этом кабинете! Свободен. — холодно произнёс Волгин.
Кивнув, Леон быстрым шагом вышел в коридор.
Да… Там за толщами льда, которыми парнишка успел обрасти после смерти Бабули, он действительно узрел нечто страшное во время дуэли. А именно — огромный потенциал Дерека, который был намного сильнее, чем у всех представителей Совета Элит.
Нельзя позволить Волгину гробить такой талант! Дерек не просто студент. Он будущее всей кулинарии! И как страстный повар — Леон просто не мог оставить всё, как есть. Невзирая на страх за личное будущее — пришло время исправлять свои старые ошибки.
* * *
— Ну, пожалуйста! Ну, соглашайся! — Пшеничка висела у меня на руке, пытаясь утянуть в сторону выхода с территории Харитоновки: — Я сделаю тебе самую большую зарплату!
— Погоди… А не ты ли говорила, что я ведущий шоу, где калеки пытаются приготовить, что-то похожее на свиной корм? — поинтересовался я, продолжая спокойной идти в своём направлении.
— Мне так сказал компетентный человек! По крайней мере… Я так думала… Ну, что она — компетентный человек… Я же не знала, что у Сирафины траблы с Акуловой… Правда! Я не знала! — ныла Пшеничка, продолжая дергать меня за плечо: — Я посмотрела вечером все выпуски! Это великолепно! Правда-правда!
— «Не смотрел, но осуждаю» — самый главный грех любого зрителя.
— Ну, пожалуйста! Я же не буду мешать тебе учиться… Просто в воскресенье поработаешь у меня! Я буду очень хорошо тебе платить! А для тебя… Для тебя это будет качественная практика!
— Мне тоже нужны выходные.
— Бли-и-и-ин! Ну, давай… Давай, хотя бы, через одно воскресенье? А? — Пшеничка жалобно посмотрела на меня: — Я всем расскажу, какой ты хороший! К нам будут приходить твои фанаты! Я заработаю много-много денег. А ты станешь легендарным шефом! После учёбы сразу же придёшь в мой ресторан… Если захочешь, то уедем в Париж. А не захочешь, то останемся здесь! Круто же! Соглашайся! Все мои рестораны в твоём полном распоряжении!
— Нет.
— Давай поработаем с сомнениями и возражениями? К примеру, почему ты не хочешь идти ко мне в «Бланш»?
— Потому что, мне некогда. А ещё… Ну, ты очень нескромно выражалась о моих близких. И я молчу о том, что ты относишься к своим сотрудникам, как к рабам.
— Но тебя-то я буду любить по-настоящему! Буду холить и лелеять! Ну, пожалуйста!
— Вообще-то, это не честно по отношению к другим сотрудникам кух… — я почувствовал на себе жуткий взгляд. Аж холодок по спине пробежал.
— Хм-м-м… Кого я вижу! — из тени заснеженной елки медленно вышла Аля. Выглядела она прекрасно и… страшно одновременно: — Госпожа Пшеничкина и Цареградцев. Интересная из вас парочка.
— Фе… Жар-птица, которая разоряет рестораны чисто по приколу… — Пшеничка агрессивной кошкой зыркнула на Алю: — Чего ты тут забыла?
— Вообще-то, я один из ведущих… — девушка-сова ревниво посмотрела на меня, а затем перевела взгляд на Валерию: — … арбитров. В отличии от тебя, маленькая заноза, меня зовут судить блюда юных дарований практически каждый сезон.
— Ой-ой-ой… Видимо, времени свободного дофига. Как поживает ваш «пернатый» ресторан? Ах да… Госпожа Филин так и не смогла получить ни одной Мишленовской звезды. Вот и срывает злость на других порядочных заведениях!
— Вау! Ты научилась подкалывать? Молодец, пигалица! Горжусь. Только вот… Я совершенно случайно подслушала ваш разговор. И попрошу убрать руки от МОЕГО ассистента!
— В смысле⁈ — возмутилась Пшеничка, а затем вопросительно посмотрела на меня: — Дерек, как это понимать⁈
— Вообще-то, мы с Алей уже договорились. Я буду работать у неё на новогодних каникулах и некоторое время на летних после этого учебного года. К тому же, мы договорились, что практику после учёбы я также прохожу у неё.
— Несправедливо!!! Да когда она успела⁇!
— Мы встретились с Дереком в «Тётеньке-Котеньке» на Красной поляне. Вообще-то, про это куча статей в сети. — усмехнулась Аля и взяла меня за руку: — Пойдём, Дерек! Тебе не стоит тусоваться с этой неудачницей.
— Сказала та, что даже ленту звезды Мишлена ни разу в руках не держала!!! Отдай!!! Я отменяю все ваши договорённости!!! Дерек будет работать у меня!
— Нет! Уже всё решено. Он останется со мной!!!
— Нет, со мной!!!
— СО МНОЙ!!!
Девчонки начали дёргать меня в разные стороны, словно игрушку.
— Дорогие леди! — не выдержал я, резко остановив агрессивно-ревнивое «перетяни канат»: — Вы ведёте себя, как дети! Пшеничка, уважай чужие договорённости. А ты, Аля, не ведись на дешёвые провокации.
— Кхм… А почему Пшеничка? — усмехнувшись, поинтересовалась девушка-сова.
— По кочану!!! — воскликнула раскрасневшаяся Пшеничка: — Дерек! Мы же договорились… Так ты можешь меня называть только наедине!
— О как… Между вами уже такие отношения? — удивилась Аля.
— А тебя, вообще, волновать не должно, какие у меня с Дереком отношения! — Пшеничка уткнулась мне в живот: — Всё! Проваливай отсюда… Мне и так тяжело! Только нашла нормального кандидата, а его уже украла наглая птица!
— Ты сейчас договоришь… Я же могу и разозлиться. А ты прекрасно знаешь, что в гневе я страшна!
— Да и в целом страшна. Всё! — Пшеничка резко развернулась, и вытащив из кармана