О смысле и бессмысленности 1 - Елена Демина

проводил маму к выходу. Потом вернулся в свою комнату, сказал включить свет, и зачем-то сел за стол, где обычно работал. Как будто хотел доказать себе, что я полезный и нужный, что я тоже делаю что-то для этого общества, а не просто жгу батарею. Эк меня развезло! Я вдруг понял, что даже от проклятья мне не было так плохо, как от этого разговора с мамой. Тогда я просто испугался, а сейчас я начал сомневаться в своем праве на существование.

И в этот момент пришел вызов от папы.

Папа у меня странный. Многие его считают гением, и я с ними полностью согласен. Он месяцами сидит на «Гермесе» за орбитой Луны и без конца ставит эксперименты. Его команде удалось создать первый стабильный пространственно-временной туннель, пока маленький, но папа с друзьями работают над масштабом.

Па совершенно не интересуется политикой, не разбирается в искусстве, не умеет готовить, ни с кем не общается, кроме своих коллег и нас: мамы, сестры, ее сына и меня.

Вот это мне всегда казалось самым удивительным в нем: он пропадает наглухо в очередном исследовании, но если вдруг кому-то из семьи плохо так, что сам не может справиться, папа – тут как тут.

– Привет Эс-Аш! – мысленный посыл отца сопровождался ощущением радости от контакта, да и мое детское прозвище отдалось теплом в груди. Определенно па умел пользоваться нейроинтерфейсом куда лучше меня, я-то эмоции плохо передавал.

– Привет, большой Па! – я тоже постарался вложить в слова радость от встречи. Но, видимо, и другие переживания просочились:

– Я чувствую тоску от тебя – сообщил отец. – И еще с неделю назад ощущал, что ты в опасности, но потом достаточно быстро все наладилось. Или еще наладится? Не важно. А вот сейчас что-то такое с тобой творится нехорошее. То, что само не рассосется. Рассказывай.

«Гермес» был далеко, приходилась ждать больше двух секунд, пока сигнал пройдет через космос. И эти паузы почему-то воспринимались тревожно.

Я собрался с мыслями и выложил историю про проклятье. Отец слушал молча, задержка передачи не позволяла вставлять вопросы.

– Должен быть кто-то еще. Тот, кто имеет сильное влияние на женщину – заявил отец, когда я закончил рассказ. Потом пояснил:

– Не сходится интенсивность воздействия и потенциальная энергия причины.

Еще немного подумал и добавил:

– Странная история, но это в любом случае скоро уже разрешится. Будь готов к столкновению с кем-то, кто всё это затеял… Я Джемиле помню, кстати, она была очень амбициозной девушкой. Мне Ита… мама твоя жаловалась на нее много.

Папа снова замолчал. Казалось, что в паузах «звучит» космическая тишина.

– Но ты же не из-за проклятья огорчился так сильно? Это – приключения, движуха, ты с этим точно справишься. Наверняка это еще и польстило тебе, столько суеты, да?

– Ты меня хорошо знаешь, пап – согласился я. Да, дело не в этой детективной истории. Понимаешь… Мама во мне разочарована. Я и сам… понятия не имею, как к себе относиться. Все вокруг такие воодушевленные, все знают, зачем они живут, чем им лучше заниматься. Чувствуют себя полезными, нужными – потом я вспомнил про Иванку со Светозарой и с обидой добавил: – Даже девушки мне говорят, что я – никакой, и выбирают других мужчин, не меня.

Мне стало противно от самого себя и своего нытья, и я замолчал. Папа терпеливо ждал продолжения.

– А я не понимаю – кто я? – все-таки смог сформулировать я. – Никто не определил, какая у меня душа, какие идеи бесконечного Потока я провожу в эту реальность, какой материей могу оперировать… Никто не может мне подсказать, зачем я здесь, в этом мире. Может быть, я – какая-то ошибка? И меня не должно быть?

Две с половиной секунды на передачу сигнала, потом время на подумать… И, наконец, папин ответ:

– Два момента… Ты не понимаешь, кто ты, – это первое. И ты сомневаешься в своем праве на жизнь, – это второе. Начну с последнего, оно нездоровое. Скажи мне, сын, кто решает, что должно быть, а что нет? Вот ты говоришь «меня не должно быть», а кто так решил?

– Первичный Поток? – неуверенно спросил я.

– Пощупай себя где-нибудь – папа умудрился послать мысль ворчливо. – Пощупал? Ты есть? Ты – живой?

Я пощупал, хотя чувствовал себя при этом полным идиотом.

– Вроде – живой – ответил я, пожав плечами. Но этого, конечно, отец не увидел.

– Ты серьезно думаешь, что если бы Первичный Поток хотел, чтобы тебя не было, то ты бы был живой? Если вообще у него есть желания, в чем я сомневаюсь.

Я тоже не знал, есть ли у Абстрактного Начала желания. Но если у меня есть, то почему бы и у него не было? Оно же больше меня? Или нет? Но сама идея мне понравилась. Я по факту – уже существую.

– Да, да – сказал Па, как будто прочитав мои мысли, хм… наверное, именно услышав их, я плохо контролировал сейчас передачу по нейро.

– Ты уже существуешь – с нажимом повторил отец. – И если Вселенная сочтет, что тебе хватит жить, то ты – перестанешь существовать. Проверь еще раз, ты есть? Ущипни себя, что ли… Право на жизнь дает сам факт рождения. Права на различные материальные блага дает наше замечательное государство, не знаю деталей, но где-то там явно это все прописано. Чего тебе еще не хватает?