Алина Белова - Сказание второе: Плач Волка (СИ)

- Как пожелаете, моя госпожа.

Андрас изобразил неповиновение, и Афила, грубо толкнув его в спину, повела юношу по длинным коридорам. Лишь когда они добрались до комнаты, женщина остановилась и тихо прошептала ему на ухо:

- Оставайтесь здесь, если хотите жить. Когда начнётся штурм, Анастасия будет в ярости.

- Не будет ли логичнее нам спрятаться в другом месте? - Андрас нахмурился. - Если Анастасия начнёт проигрывать, она попытается нас убить.

- Хочешь сказать, что мне следует остаться с вами и вас защищать? - Афила расплылась в своей несколько кривоватой и отталкивающей улыбке. Да уж, женщина и так выглядела не сильно симпатичной, а когда улыбалась, становилось ещё хуже. Но Андрас как-то этого не замечал.

- Не беспокойся. Я сумею за себя постоять. Но за предупреждение спасибо, - он кивнул головой и сел в своё кресло. Марсель крепко спала, облокотившись о кровать Джакала. Юноша тоже дремал, прикрыв уставшие глаза. За последние недели он отчаянно пытался встать на ноги, наверстать упущенное за полгода сна. Но переломы и длительная кома не прошли бесследно - правая рука Сельвига совсем не двигалась, он не мог пошевелить даже пальцами на ней. Сам Джакал оставался спокоен и даже шутил, что теперь ничем не отличается от Соколов с их травмами.

Прежде чем закрыть комнату на ключ, Гайка тихо позвала Андраса.

- Я видела людей в чёрных одеждах с красным крестом на груди, - прошептала она и усмехнулась, заметив изумление на лице Андраса.

- Крысы здесь?! - воскликнул он и вздрогнул, когда Афила зажала ему рот ладонью. Не следовало так громко кричать - люди Анастасии могли скрываться где угодно, а Обезьяна не должна была знать о том, что среди её подчинённых завелась Крыса.

- Ещё я видела рыжеволосого юношу, совсем не похожего на южанина. Он ехал рядом с молодым королём и руководил Крысами.

Андрас приглушённо усмехнулся - он знал, что Аякс не бросит их с Марсель. Но странное чувство тревоги не покидало молодого Сокола. Юноша с сомнением посмотрел на Афилу.

- У Анастасии есть шансы на победу?

- Если только она бог, - усмехнулась Гайка. - У неё три сотни человек, а у Дракона - больше двадцати тысяч. Они сломают ворота, ворвутся в замок и убьют Анастасию. Можете уже сейчас считать, что вы спасены.

Молодой князь тяжело вздохнул и кивнул. Ему оставалось только верить наёмнице на слово. Но почему-то Андрас не мог отделаться от дурного предчувствия. Может, у Анастасии и было всего триста человек, но она не была столь проста, как казалось на первый взгляд. Юноша был уверен в том, что Обезьяна что-то скрывала. У неё ещё были козыри, которые она не собиралась раскрывать даже собственным подчинённым. Но пока войско Дракона уверенно приближалось к Драмиру, а разбойники за стенами замка испуганно шептались между собой. Они хотели бы бросить всё и сбежать, но боялись гнева Анастасии. Если она выживет в этом сражении, то найдёт предателей, где бы они ни прятались. Даже если придётся доставать их из-под земли или на другом конце Сангенума. Эта женщина была слишком опасна, и Андрас молил богов, чтобы сегодня её существование было прекращено. Неважно, каким образом - убьёт она сама себя, или же меч молодого короля отделит её голову от остального тела.

- Позаботьтесь о княжне, - попросила Гайка, прикрывая дверь и проворачивая в замочной скважине ключ. Теперь её голос едва доносился до Андраса, но юноша всё равно понимал, что ему говорила наёмница. - И оставайтесь в комнате. Это для вашей же безопасности.

Сокол приглушённо усмехнулся - он в любом случае не смог бы выбраться из комнаты, запертой на ключ. Конечно, юноша мог бы попытаться выбить дверь плечом, но за месяцы заточения он слишком ослаб, потому рисковал больше покалечить самого себя. К тому же, его действия привлекли бы внимание стражников, а связываться с людьми Анастасии юноше не хотелось. Тяжело вздохнув, он обернулся и посмотрел на Марсель. Девушка сладко спала, облокотившись о кровать Джакала. Лицо её не выражало ничего, кроме спокойствия, словно княжна была в родном доме, а не среди врагов, готовых убить её в любой момент. Андрас осторожно убрал с лица сестры выбившуюся прядь и улыбнулся. Как давно он не ощущал такого спокойствия и умиротворения? Войска Дракона были близко. Свобода была близко.

Но с началом штурма всё изменилось. Едва первые отряды южных князей атаковали город, как послышались крики. Андрас сначала не обращал на них внимания - он слушал их с улыбкой на устах, представляя, как храбрые воины Вэлна рубят приспешников Анастасии и насаживают их головы на острые пики. Но сражение продолжалось час, два, а крики всё продолжали доноситься снизу. У Обезьяны не было столько людей. Штурм должен был быть быстрым, без огромных потерь в рядах драконьего войска. Нахмурившись, Андрас поднялся с кресла и подошёл к окну. Отсюда поле боя было видно с трудом, но зато юноша заметил разбойников, стоявших на стенах, и ужаснулся. Стрелки осыпали нападавших градом стрел, а драконьи пушки, расположенные ниже, изрыгали обжигающее пламя. Каждый, кто приближался к стенам, получал немыслимые ожоги и был вынужден в панике отступать, оглашая громкими криками окрестности. Андрас бросился к другому окну, выходившему на западную сторону. Едва взгляд его пал на тёмную водную гладь Чёрной грани, как к горлу юноши подступила тошнота, и он, зажав рот рукой, отшатнулся назад. По реке плыли обожжённые трупы южан, пронзённые острыми стрелами.

"О Четверо... - прошептал Андрас, боясь приблизиться к окну. - О боги! Этого не может быть. Нет... Почему ворота всё ещё заперты? Почему они не атакуют?! Что они делают, чёрт возьми?!"

Схватившись за голову руками, юноша принялся раскачиваться взад-вперёд. Он не мог справиться с эмоциями, захлестнувшими его. Сердце в груди бешено колотилось. Всё пропало. Армия Дракона даже не могла подойти к стенам. Анастасия снова оказалась хитрее. Обезьяна снова победила. Андрас едва не рвал на себе волосы. Он был в отчаянии. Призрачная надежда, зародившаяся в его душе, когда на горизонте замаячили знамёна Змей, теперь была втоптана в грязь, сожжена вместе с теми воинами, что отчаянно пытались пробиться за стену. Вся мощь южных князей разбивалась о смекалку и находчивость одной-единственной морской ведьмы.

"Если только она бог" - так сказала Гайка. Андрас действительно начинал верить в то, что Анастасия не была человеком. Теперь юноша мог поклясться, что разбойница была порождением одного из самых тёмных богов в истории Сангенума - Чёрного Паука, известного под именем Бракхаракха. Он славился своим непреодолимым желанием убивать и мстить. Но прежде чем расправиться с жертвой, Бракхаракх долго и самозабвенно наслаждался её муками. Анастасия испытывала дикий восторг, когда видела на лицах своих подчинённых и пленных Соколов боль и страдание. Она была настоящей сумасшедшей.