Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок
— Зачем? — спросила Пугливка, дрожа.
— Аймос говорил про Врата, — я повернулся к ним. — Врата к Источнику. Первозданной Искре, которая находится где-то под Сверхсущностью. Громовержец, или то, что им управляет, пойдут туда. Если они доберутся до Источника до того, как сработает наш щит… Они перепишут все правила игры.
— Значит, мы должны их перегнать, — Карнакс надел шлем. Щелкнули застежки. — Задача ясна. Уничтожить цель. Любой ценой.
— Мы идем в Мир Мертвых, к Аймосу и Эгилии, — объявил я. — Без нас они не справятся. Это будет не прогулка. Это будет гонка со смертью.
Я начал формировать портал. Не в Небесный Чертог, а сразу туда, в серую мглу владений Аймоса. Туда, где сейчас решалась судьба всего сущего.
— Готовы?
— Всегда, — отозвался Карнакс.
— Погнали! — крикнула Никталия, доставая свои бесполезные, но стильные пистолеты.
— Я… я с вами, — тихо сказала Пугливка. — Я единственная, кто может говорить со Сверхсущностью.
— Ну, раз такое дело… — Ноктус тяжело вздохнул, допивая чай залпом. — Помирать — так в хорошей компании. И в темноте. Это мой стиль.
— Мы не подведем, Костя, — твердо сказала Настя, активируя свою Метку. Черные узоры поползли по её руке. — Я — твой щит.
— А я — твой меч! — Эмми подмигнула, хотя руки у неё слегка дрожали. — Огненный такой, стильный меч!
— А я просто буду бить сильно, — прогудела Сахаринка, разминая плечи. — За семью. И за Перчинку. Мы должны спасти мир, чтобы ей было куда вернуться.
Портал открылся, пахнуло могильным холодом и пеплом.
— Вперед, — скомандовал я.
Мы шагнули в неизвестность. В последний бой за этот мир.
— Пожалуйста, вернитесь живыми… — тихо прошептала Кристина Валерьевна нам вслед.
Глава 14
Дерзай, дедуля!
Портал выплюнул нас на серую брусчатку площади перед замком Аймоса. Воздух здесь был спертым, неподвижным, пропитанным вековой пылью и запахом остывшего пепла. Но тишина, обычно царившая в этих владениях, сегодня отошла на второй план.
Земля под ногами мелко вибрировала, словно гигантский зверь ворочался в своей берлоге где-то глубоко внизу. Стены замка, сложенные из черного монолита, казались еще мрачнее на фоне свинцового неба. Оно, казалось, опустилось ниже, давя на плечи невидимым грузом.
Я огляделся. Наша группа выглядела пестро на фоне этого уныния. Карнакс в алой броне, которая после битвы в Небесном Чертоге все еще носила следы копоти и царапин. Никталия в своем латексном безумии и шубе, которая теперь казалась насмешкой над местным климатом (почему она ее не сняла?). Ноктус, чья мантия из звездной ночи была чуть ли не единственным источником света в этом месте. И маленькая, но решительная Пугливка, прижимающая к груди свой пушистый хвост.
Аймос и Эгилия ждали нас у ворот. Они выглядели… истощенными. Владыка Мертвых опирался на свой двузубец, как старик на клюку, а сияние вокруг Эгилии потускнело, став похожим на мутную болотную воду. Сдерживание Сверхсущности и подготовка к обороне выжали их досуха.
Но замок не был пуст. По стенам и во дворе сновали призрачные фигуры. Это были не те безумные, голодные духи, что атаковали нас в прошлый раз. Это были древние воины, павшие короли, забытые маги — те немногие, кто сохранил рассудок в этом чистилище и кого Аймос смог призвать под свои знамена. Они точили призрачное оружие, укрепляли ворота, таскали камни. Призрачная армия была готова для последней битвы.
— Вы вернулись, — голос Аймоса прозвучал сухо, как треск ломающейся ветки. — И, судя по вашим лицам, новости у вас паршивые.
— Худшие из возможных, старый друг, — я шагнул вперед. — Громовержец объявился и идет сюда. И он больше не тот брат, которого ты помнил. Он… пустой сосуд, до краев наполненный Бездной и древней злобой.
Эгилия судорожно вздохнула, прижав руку к груди. Аймос лишь крепче сжал древко оружия.
— Мы готовы умереть, — просто сказал он. — Еще раз. Окончательно.
— Смерти нет в планах, — отрезал я. — По крайней мере, не сегодня. Мы пришли не с пустыми руками.
Я сделал жест рукой, открывая пространственный карман. На брусчатку с тяжелым глухим стуком опустились три контейнера. Они были сделаны из того же материала, что и броня моих дочерей — сплав магии, науки и хитина.
— Что это? — спросил Ноктус, с любопытством склонив голову. — Гуманитарная помощь? Тушенка из единорогов? Что ты снова притащил, Эстро?
— Сила, — ответил я. — То, что у вас украли.
Я подошел к двум ящикам поменьше и сбил печати. Крышки откинулись.
Изнутри ударил свет. Не яркий, слепящий свет солнца, а глубокое, насыщенное сияние. В одном ящике лежали кристаллы, похожие на застывшую магму, пульсирующие багровым жаром. В другом — камни, напоминающие обточенное морем стекло, светящиеся холодным аквамарином.
— Осколки, — выдохнула Эгилия. Она сделала шаг вперед, ее руки сами потянулись к синему свету. — Мои…
— И твои, Аймос, — я кивнул на багровые камни. — Мои девочки-мирмеции собирали их по всем темным углам, пока зачищали Разломы. Хотя и нашли не всё. Далеко не всё. Вернуть вам статус Истинных Богов, какими вы были до Падения, я пока не могу. Осколков не хватает. Но этого достаточно, чтобы вы перестали быть тенями.
Аймос посмотрел на меня. В его пустых глазницах вспыхнул огонек надежды.
— Такая щедрость. Зачем, Эстро? — спросил он тихо. — После всего…
— Потому что вы нужны мне сильными, — жестко сказал я. — Потому что враг,