Крис Эванс - Тьма, выкованная в огне

— Не понимаю, о чем ты, — сказал герцог, по-прежнему улыбаясь.

— Я покажу.

Инджа поднялась, опираясь на руку герцога, закуталась в чепрак, как в шаль, и встала на ноги. Это движение разбудило птицу. Это оказался пеликан. Он пару раз взмахнул крыльями, икнул и снова спрятал клюв под крыло.

Девочка сделала пару шагов и упала бы, не поддержи ее герцог за талию.

— Успокойся, Инджа, думаю, тебе надо отдохнуть, — сказал он, пытаясь уложить ее обратно. — Сейчас разведем огонь, тебя надо согреть…

Инджа покачала головой.

— Нет, вы должны это видеть. Он убьет многих. Это все стол, — добавила она, указывая в сторону дворца.

Герцог наконец оставил свои попытки утихомирить девочку.

— Может, тебе лучше прилечь, а? Столы никому не причиняют вреда — ну, разве что ими запустят в тебя в кабаке, — добавил он в надежде ее рассмешить.

Девочка покачала головой.

— Вы ошибаетесь. Это не просто стол. В нем живет темная душа. Он помнит… он помнит те времена, когда был деревом. И он очень зол.

— Нет, я, конечно, кое-что знаю о волчьих дубах, Недремлющей страже и той, хм, связи, которая существует между ними, однако же мне не доводилось слышать, чтобы кто-то связал себя клятвой с предметом мебели.

— Вы смеетесь надо мной!

Герцог улыбнулся и пригнул голову.

— Уж прости меня, но ты уверена, что речь идет не о магическом кристалле или о книге заклинаний, покоящейся на этом столе? Я вроде знаю, о каком столе идет речь. Такой, в виде дракона? На мой вкус, чересчур шикарный, но вряд ли он опасен.

— Я знаю, о чем говорю! Это злая вещь. Он использует его у себя в комнате. Неужели вы сами не чувствуете?

Тут пеликан, до сих пор не проявлявший интереса к происходящему, внезапно поднял голову и огляделся. Герцог взглянул на своих офицеров, те пожали плечами, явно не ощущая действовавших вокруг сил.

— Мы большую часть последних трех недель провели в седле — я, например, сейчас вообще мало что чувствую.

— Тогда я должна вам это показать, прямо сейчас!

И, не дожидаясь ответа, Инджа вырвала руку и, пошатываясь, направилась к выходу из конюшни.

Герцог поспешно догнал ее и подставил ей локоть для опоры. Девочка услышала клацанье шпор по булыжникам — его люди двинулись следом.

Инджа привела их во дворец, они поднялись по длинной лестнице в спальню вице-короля. Последние несколько пролетов герцог почти тащил ее на себе, по мере приближения к покоям наместника ее силы убывали на глазах. Лютый холод пробирал ее, прощупывал изнутри, и когда герцог пинком отворил внешнюю дверь, ведущую в спальню, у нее потемнело в глазах.

— Ого, ну и холодина же тут!

Взвизгнули выхваченные из ножен сабли, люди герцога подошли к внутренней двери. Дерево подернулось черным инеем. Створки пнули сапогом, потом ударили плечом, дверь застенала и слетела с петель. Навстречу хлынула волна невыносимо холодного воздуха.

Герцог бережно передал девочку другому офицеру, а сам шагнул во внутреннюю комнату. Он осторожно подошел к зарешеченному окну, обогнув по широкой дуге обугленный стол в центре комнаты. Отпер решетку и распахнул раму, впустив в комнату теплый воздух с улицы. На подоконник опустился пеликан, разглядывающий стол с большим любопытством. За окном пролетела, блеснув серебром, куда более крупная тень, но пеликан не обратил на нее внимания.

Герцог обернулся к столу. Тот, казалось, замерцал, и в комнате стало холоднее. Герцог подошел, наклонился, взглянул на столешницу… И внезапно выпрямился, со свистом выхватив саблю из ножен.

— Негодяй! Эта вещь — нечто вроде огромного магического кристалла!

Он махнул своим людям, чтобы те не приближались.

— Она права, это магия. Эх, кабы знать тогда, я бы покрепче вонзил в него свои шпоры!

Он снова взглянул на стол.

— Что за черт?! — воскликнул герцог, побелев от ярости.

— В чем дело? — спросил один из офицеров, держа наготове саблю.

Джаал указал на стол.

— Это вице-король, и он скачет в Луугут-Йор! Дьявольщина! Нам его никогда не догнать.

Он снова взглянул на столешницу, и лицо его помрачнело.

— Конова со своими ребятами дерется из последних сил, а я ничем не могу им помочь!

Инджа, пошатываясь, вошла в комнату и встала напротив герцога, стол оказался между ними. Пеликан внимательно наблюдал за каждым ее шагом.

— Здесь очень холодно, милорд. Если развести огонь, может, станет немного теплее…

Герцог Рейкстроу вскинул голову и уставился на девушку. И улыбнулся самой кровожадной улыбкой, какую она когда-нибудь видела.

Это всего лишь дерево! Живой кусок древесины. Ничто. Как оно может оказаться одной из Звезд? Тысячи эльфидов пожертвовали жизнью, поверив в эту ложь. Десятки, а то и сотни тысяч встали под знамена легенды, устроив бунт в надежде отвоевать свободу, обманутые обыкновенным деревом!

Железные эльфы тоже гибли, его парни, его солдаты — и за что?!

Всего лишь за дерево! Оно сгорит, стоит Конове взяться за ствол. Он протянул руку к тоненькому стволику, но его отшвырнуло назад. Молния ударила высоко вверх, обратив ночь в день. Новая ослепительная Звезда засияла среди небес, озаряя поле битвы ярким алым светом.

Майор грохнулся на бок, перекатился и вскочил на ноги. Левое плечо заныло. Он машинально вздернул к месту ушиба правую руку и тут увидел собственную саблю. От оружия остались лишь эфес да зазубренный обломок лезвия длиной в фут. Загнав его в ножны, эльф поднял глаза. Звезду в небе и дерево на земле соединяло тонкое спиралевидное сияние. И от этой светящейся нити волнами исходил жар.

Земля парила, становилось душновато. Конова прищурился, потряс головой. В потоках света возвышалась фигура, ее одежды развевались под напором высвобождающейся энергии. Фигура протянула руку и похлопала деревце по стволу, потом отошла в сторону, хотя свет Звезды следовал за ней. Конова ощутил перед собой новую силу, не похожую ни одну из тех, с какими он сталкивался прежде.

— С возвращением, малышка! — Ралли улыбалась, глядя в небо.

Порыв ледяного ветра рассек жаркий воздух. Из-под земли вырос Ее эмиссар, изменившийся почти до неузнаваемости.

— Отдавай Звезду и убирайся, покуда цела!

Госпожа Синдзин хмыкнула. Она достала из-под плаща сигару и поднесла ее к сиянию. Кончик сигары зардел, глаза Ралли лукаво сверкнули.

— Как же я ее отдам? Она не моя!

Конова в изумлении огляделся по сторонам. Все взоры были устремлены на летописицу, Ее эмиссара и ослепительную Звезду у них над головами.

Бывший вице-король шагнул вперед. Тренькнула тетива, прогремел мушкетный выстрел. Однако и стрела, и пуля прошили его грудь, не причинив ни малейшего вреда. Хохот воскрешенного эльфа уподобился горному обвалу. Он обнажил кинжал. Черное пламя плясало вокруг клинка, словно живое.