О крови и проклятиях - Кортни Уимс

Дэйша? Ты в порядке? — мысленно спрашиваю я, приподнимаясь на постели.

Что? Да… всё нормально. Просто… дурной сон.

Хочешь поговорить об этом?

Нет.

Её ответ обдаёт меня холодом, словно ушат ледяной воды: Что стряслось? Я чувствую, что что-то не так.

Просто спи дальше.

Я сбрасываю простыни с ног: Всё, хватит. Я иду к тебе…

Не смей, — предупреждает она.

Это совсем на неё не похоже. Совершенно. Я замираю, глядя на освещённую луной стену напротив кровати. Мне хочется уважать её границы, если ей нужно побыть одной. Нащупав нашу связь, я мысленно прикасаюсь к ней, пытаясь понять, что именно её гложет. Быть может, она просто не может облечь это чувство в слова: Ты… нервничаешь из-за завтрашней дороги?

Она презрительно фыркает: Ещё чего.

Это… это из-за А’налы? Я знаю, как много она для тебя значила…

Между нами повисает вязкая тишина.

С тех пор как моя мама погибла в огне в Пэдмуре, мне тоже снятся кошмары. Обо всех, кто погиб после неё. О тех, кого я не смогла спасти. Ничего страшного, если ты не готова говорить. Я просто хотела, чтобы ты знала: я рядом. Всегда. Я здесь.

Спасибо… А теперь спи. Завтра нас ждёт долгий день.

Когда я ложусь обратно, сон не идёт. Но я наполняю нашу связь всей любовью и теплом, на какие только способна. В надежде, что этого хватит, чтобы утешить её издали. Пока она сама не впустит меня.

На следующее утро я встречаюсь с нашим отрядом на северо-восточной окраине Найтфорта, прикрывая глаза ладонью от слепящего солнца, поднимающегося над горизонтом. Мелайна собирает запряжённые лошадьми повозки, и мы провожаем взглядами наездников драконов. Вид незавершённого строя отдаётся болезненным уколом в груди. Драконы поднимаются клином, во главе которого никого нет.

— Готова? — окликает Мелайна у меня за спиной.

Я подхожу к Дэйше и одним рывком запрыгиваю в седло. Наклоняясь, чтобы подтянуть пристёгнутый к луке ремень, я машинально опускаю взгляд влево в поисках Коула.

Где его… нет.

Я перевожу взгляд на повозки, лихорадочно вглядываясь в лица, и внутри всё обрывается. Впервые я понимаю, насколько привыкла к нашему безмолвному ритуалу перед каждой дорогой.

— Где Коул?! — кричу я, и сердце срывается в бешеный галоп.

Но его здесь нет. Ни с кем из них. Я трижды проверяю каждую группу, чтобы убедиться наверняка, шаря глазами всё быстрее и быстрее. Мелайна тоже осматривается, и когда наши взгляды встречаются, я уже всё понимаю.

Я расстёгиваю пряжки и карабины, когда замечаю тонкую полоску бумаги, подоткнутую под переднюю луку седла у самой шеи Дэйши. Когда я вытаскиваю её, лёгкий порыв ветра бросает мне пряди волос на лицо; я судорожно заправляю их за уши и разворачиваю записку.

Кэт, Если это последнее, что ты когда-либо услышишь обо мне, знай одно: Я люблю тебя. Даже когда моё сердце перестанет биться, оно всё равно будет звать твоё имя. Я верю в тебя — так же сильно, как надеюсь, что однажды ты поверишь в меня. Коул

Я сминаю записку в кулаке; сдавленный глухой стон бессильной ярости вырывается из моего горла, когда я соскальзываю с бока Дэйши на землю: — Это ведь был никакой не дурной сон прошлой ночью, верно?

Должно быть, всё это время её мучило чувство вины.

Держа записку перед собой, я встаю перед ней и шепчу: — Как ты могла отпустить его?

Она медленно моргает: Мой главный долг — всегда защищать тебя.

— И ты решила, что это меня не убьёт?! — Мой голос срывается: — Ты солгала мне!

Он просил меня ничего тебе не говорить.

— И с каких это пор ты его слушаешься?!

Она прижимает голову к земле, избегая моего взгляда, а её хвост нервно хлещет по сторонам.

Я хватаю её за морду, силой заставляя посмотреть на меня: — Послушай меня, пожалуйста! Это неправильно, он не должен был уходить!

Что сделано, то сделано.

Как ты можешь такое говорить?! — чуть не плачу я сквозь нашу сокровенную связь.

Она вскидывает морду: Потому что я связана не с ним. Моя связь — с тобой.

Тогда ты знаешь, что я чувствую! Помнишь? Ты сама сказала мне об этом тогда, в Артериасе! Мне не нужно повторять это вслух. Ты знаешь, как много он для меня значит! Ты знаешь, что я люб…

— Всё в порядке? — окликает Мелайна у меня за спиной и осторожно опускает ладонь мне на плечо.

— Коул ушёл, — шепчу я; оцепенение ледяной волной расползается по груди, пока мой взгляд прикован к белым щелкам зрачков Дэйши.

— Мне показалось, одной лошади не хватает, но… — Мелайна бросает взгляд вдаль, туда, где скрылись остальные наездники драконов: — Что ты хочешь делать? Решать тебе.

Оторвав взгляд от Дэйши, я поворачиваюсь к Мелайне: — Вы двигайтесь вперёд. Мы с Дэйшей должны его разыскать. Если не найдём до ночи — повернём обратно и догоним вас в Эвердене.

Мы с Дэйшей летим на юг в полном молчании. Стылый, пронизывающий ветер отбрасывает волосы от моего лица; щёки онемели и потрескались от мороза. Даже перчатки Мардж не спасают пальцы от стужи — холод всё равно пробирает до самых костей.

Мне жаль… — шепчет Дэйша. — Я лишь хотела уберечь тебя.

Я подаюсь вперёд и хлопаю её по шее: Мне тоже жаль.

Я не смогла его удержать. Я пыталась. Он меня не слушал.

Он и меня не стал слушать…

Мы часами летим на юг, пока хребет Драконья Спина не вырастает из серого туманного марева вдали; я жадно обшариваю глазами землю и лесные массивы в поисках этих проклятых огненно-рыжих волос, и сердце с каждым часом падает всё глубже и глубже.

Ни единого следа. Даже следов копыт украденного им коня на припорошенной инеем траве.

Когда слева от нас, у подножия гор Элдайра, мелькают силуэты нескольких диких огненных драконов, я с сокрушённым выдохом говорю Дэйше: Возвращаемся.

Ты уверена?

Нет, я вовсе не уверена. Но одно ясно наверняка: Даже если мы найдём его, мы не сможем заставить его повернуть назад. Он принял решение. Лучшее, что мы можем сделать — это убедить совет и наш отряд пойти с нами, чтобы собрать достаточно сил и сразить короля до того, как Коул доберётся до замка. И раз уж нам с тобой на роду написано спасти это королевство, если они кого-то и послушают — то нас.

Едва мы приземляемся на северо-восточной окраине Найтфорта, когда солнце