Татьяна Садыкова - Возвращение к истокам (СИ)
От такой наглости я замолчал, не найдя достойных, а самое главное, приличных слов, чтобы вразумить этого гада. Вместо этого ущипнул, и довольно ощутимо, раз наш добродетель вздрогнул. И в тот же момент мне отдавили ногу. Мою больную ногу. С мозолями на полстопы! На глаза в тот же миг навернулись слезы, и я засипел от боли, уткнувшись в плечо поганца, чтобы подавить крик. И исщипать этого засранца!
Монахини взирали на разворачивающуюся семейную драму с тихим ужасом.
- Сестра, давай их впустим, - сказала сердобольная девушка, с надеждой взирая на свою подругу. - Посмотри на девушку - она плачет!
- Но настоятельница…
- Ее сейчас нет, и Великая заповедовала помогать страждущим…
- Но мужчина, - все же сомневалась дотошная монахиня. - Его же нельзя…
- Но мы же не можем обречь девушку на страдания! - воскликнула другая. - Смотри как ей плохо!
В подтверждение их слов, я судорожно всхлипнул, чувствуя, как горит огнем моя бедная нога. Даже притворяться не пришлось, ибо чувствовал себя я паршиво.
- И это не мужчина, а менестрель! - продолжила нам помогать сердобольная девушка. - Он истории расскажет, где был, что видел! Интересно же! - и зашептала под ухо своей подруге. - Да и настоятельницы до завтрашнего вечера не будет. Кто узнает?
Против такого приема ее подруга не нашлась что ответить - чисто женское любопытство затмило собой долг служительницы Великой и устоять против возможности узнать новости из “внешнего” мира, она не смогла. Через пару минут я уже ковылял за Риэлом внутрь и тихо робел перед долгожданной встречей с Ирен.
Главное, чтобы принцесса меня сейчас не встретила на пороге, а то, боюсь, мокрый, хромающий на одну ногу спаситель в облике девицы ее не обрадует. Хотя с другой стороны, это будет неожиданно и необычно. А что, рыцари ее уже спасали, а хромающие мужчины, переодетые в девицу - нет.
Когда я прошел с монахинями внутренний двор и очутился в холле, первая моя мысль была, что здесь довольно аскетично. Я бы даже сказал, сверх аскетичности и скупости. Если храмы Силенвиля поражали своей красотой, роскошным убранством, атмосферой того, что ты прикоснулся к нечто неземному, божественному, то здесь… Я чувствовал себя в гостях у бедного селянина. Одни голые каменные стены, да огромный символ Пресветлой, прибитый на самом видном месте, чтобы входящий сразу понял, что попал не куда-то, а в монастырь, восхитился такому минимализму и быстро сбежал из этого места от греха подальше. Здесь не было ни ковров, ни цветов, ни красивых образов Великой, ни картин… только доспехи, которые монахини зачем-то поставили на проходе. Постойте-ка, доспехи?
Внезапно, этот обязательный рыцарский атрибут пошевелился и, лязгая, направился в нашу сторону, на ходу снимая шлем. Я в ужасе дрогнул и отшатнулся, а рука машинально вывела знак, изгоняющий злых духов. Великая, я сплю? Мне снится кошмар или же я просто сошел с ума?! Какого лешего здесь делает этот сумасшедший рыцарь! Сэр Алинор Гриворд, собственной персоной! Гриворд, словно не видя моего вмиг побледневшего лица, с доброжелательной, я бы даже сказал, ослепительной улыбкой на устах, пошел ко мне. Я даже слегка отшатнулся, до сих пор не веря в реальность происходящего!
- Какого… - со всем рядом со мной пробормотал Риэл, с неким ужасом взирая на приближающееся страшное видение. Вор был тоже не на словах, а на деле знаком с этим сумасшедшим и я явно представлял что будет, если он его узнает. Кошмар, это словно встреча старых врагов на подвесном мосту над пропастью.
- Приветствую вас в этом замечательном месте! - распахнув свои… латные объятья, он сжал в них Риэла, но почти сразу отпустил полузадушенного вора. - Позвольте представиться, сэр Алинор Гриворд!
- Росгард, менестрель, - легонько кивнув, пробубнил Риэл, словно хотел не представиться, а отделаться от надоедливого собеседника. - А это… - он посмотрел в мою сторону.
- Милена, - мрачно буркнул я первое пришедшее на ум имя, совсем не по-девичьи шмыгнув носом и подтерев его ребром ладони. - Его сестра.
Лицо Гриворда просияло, и он так восхищенно глянул в мою сторону, что у меня внутри все похолодело.
- Миледи, - с придыханием проговорил рыцарь, потом внезапно вцепился в мою руку и облабзал ладонь. Меня чуть не стошнило. - Вы восхитительно прекрасны!
Угу, прям первая красавица. В мокрой одежде, извазюканной в грязи, со спутанными волосами, и взглядом полным омерзения.
- Я тоже рад…а, - вырвать свою руку оказалось нелегким делом, но я справился. И для подстраховки от дальнейших покушений на свою конечность, спрятал ее за спиной.
К счастью, Гриворд отвлекся от меня на Риэла.
- А знаете, - рыцарь прищурился, словно что-то высматривая. - А мы с вами раньше не встречались?
- Ну… я ж менестрель… - осторожно проговорил вор.
- Менестрель? А не вы ли играли чудесную балладу на пиру у сэра Арчибальда?! - и, судя по тому, как притих Риэл, он попал прямо в яблочко. А не то ли это было место, которое обчистил вандал, прикинувшись менестрелем? Если то, то дела у нас идут паршиво…
- А как благородный сир очутился в монастыре? - я решил отвлечь внимание Гриворда на себя, а то такими темпами крохотный мозг рыцаря все же соизволит вспомнить о Риэле. А мне этого было не надо. - Сюда же нельзя приходить мужчинам! И таким… - идиотам, - мужественным, как сир.
Алинор приосанился, ему явно понравился комплимент про мужественность, и он передо мной распушил свой павлиний хвост.
- Это, конечно, секрет, но я тут с важной миссией, - голос Гриворд понизил до полушепота, чтобы, эдак, таинственнее звучало.
- И с какой же? - я восхищенно ахнул, усиленно изображая наивную дурочку. Вроде, пока получалось. Хотя главное, чтобы Гриворд купился.
- Я охраняю миледи. Тайный приказ от самого Его Величества!
- Вы такой… важный, - я восторженно на него воззрился, Риэл недоверчиво хмыкнул, ничуть не тронутый моим спектаклем.
- Я верный рыцарь Его Величества!
Угу. Его Величеству только верных рыцарей не хватало, как какой-то даме сердца. Он же платочками не запасется для почитателей.
Значит, он здесь охраняет Ирен? Прелестно. Даже не знаю что сказать - то ли обрадоваться предусмотрительности короля, который приставил охрану своей дочери, или поразиться его глупости, раз он назначит на эту должность этого… человека. И как Его Величество добился, чтобы монахини, преданные догматам своего святого покровителя, нарушили их и добровольно, да еще на такой долгий срок впустили в свою обитель этого ненормального? Он убедил их, что это не мужчина, а деталь интерьера к обстановке в комнате принцессы? Хотя, скорее всего, Алинор получил дозволение Преосвященства, ведь только ему даровано право своими указами делать исключения из общих правил.