Душевное мошенничество - Эндрю Гивлер

"Этот офис недостаточно велик для нас двоих", - пробурчал я, или попытался это сделать. От страха у меня пересох язык. Мне потребовалась пара попыток, чтобы начать предложение, но я справился. Казалось, что на этом все, наконец, закончится. Полагаю, у меня была хорошая пробежка, как в буквальном, так и в метафорическом смысле. Я пережил почти целых три дня в сверхъестественном мире. Смутно я представил себе, что будет с Меган после моей смерти. Отправят ли ее обратно или она так и останется здесь? Учитывая ее нынешние обстоятельства, я не был уверен, что хуже.

Минотавр не был силен в злорадстве. Не говоря ни слова, он опустил свою пылающую рогатую голову и бросился в атаку. Движение было таким быстрым и плавным, что я вздрогнул. В панике пистолет выпал из рук на пол. У меня было достаточно времени, чтобы в отчаянии посмотреть на него и поднять глаза на мчащийся грузовик с мясом. Зверь надвигался на меня, рога готовы были разорвать. Времени на то, чтобы поднять пистолет или увернуться, не было, поэтому мои инстинкты сделали самую глупую вещь, какую только могли придумать.

Я бросился прямо на него.

Я протянул обе руки вперед, в огненную ауру его пылающей головы. Думаю, мой план состоял в том, чтобы ухватиться за оба рога и перемахнуть через него. Это казалось выполнимым - если бы меня звали Нео и я был в Матрице. Мои руки встретились с огнем, и я приготовился к адской боли. Но боли не было. Напротив, руки погрузились глубже, и стало щекотно.

Мои руки обхватили его огромные рога. Мои ноги были собраны, как витые пружины, готовые к прыжку. Но как только я сомкнул хватку на минотавре, что-то пошло не так. Зверь рухнул на пол мертвым грузом, как будто что-то выбило у него из-под ног землю. Падая, он потянул мои руки вниз, когда я прыгал. В результате я кувыркнулся через минотавра и ударился о него спиной, когда он заскользил по полу, разрывая ковер. Ощущение было такое, как будто я ехал на велосипеде на большой скорости, а потом нажал на тормоз переднего колеса, и меня перекинуло через руль.

При приземлении у меня немного сбилось дыхание. Но это было не самое худшее, что могло случиться. Часть меня была рада, что я не дышу, лежа на нем. Запах минотавра был далек от запаха свежих ромашек.

Застонав, я отпустил его рога и поднял руки перед лицом, чтобы проверить их. Несмотря на то, что я не почувствовал жара, я боялся, что они обгорели до хрустящей корочки.

Но они не обгорели.

Они горели.

Огненно-красная аура, окружавшая голову минотавра, теперь плясала вокруг обеих моих рук. Я вскрикнул от неожиданности и затряс руками, пытаясь стряхнуть с них огненную жижу. Но как я ни хлопал ими, пламя прилипло к ним, как туча мошек. Размахивание руками, казалось, никак не влияло на пламя. Оно не вспыхивало, как спичка, когда ему насильно подавали больше кислорода, что заставило меня задуматься, что именно оно использовало в качестве топлива.

Теперь, когда я подумал об этом, я почувствовал легкий ожог. Не от высокой температуры огня, а от холодного ожога как от слишком большого количества мятной жвачки. Это было почти ментоловое, освежающее ощущение.

В отчаянии я сунул руки под мышки, пытаясь затушить огонь. Получилось немного щекотно. Огонь продолжал гореть, но моя одежда не горела. "Что, черт возьми, со мной происходит?" закричал я и сполз с минотавра.

Он лежал на полу, безмятежный, как пустой пруд. Огненный нимб вокруг его головы исчез, перейдя, видимо, на мои руки. Я не мог сказать, был ли он без сознания или мертв, но мне показалось, что он не скоро встанет на ноги.

Я перевел взгляд с неподвижной фигуры мифического зверя на свои горящие, но не обжигающие руки и обратно. Что бы это ни было, оно, похоже, не собиралось убивать меня в данный момент, и это был плюс. Но теперь мне предстояло попросить Ориона и Алекса помочь мне решить еще одну проблему.

Я оставил минотавра и свой пистолет лежать на полу. То, что происходило с моими руками, не было обычным огнем, но я был слишком труслив, чтобы держать боевые патроны своими пылающими руками. Я бесцельно бродил по дорожкам, заблудившись в лабиринте кабинок. Поскольку все поверхности были одного и того же монотонного цвета, они как бы сливались друг с другом. Мой рассеянный мозг с трудом улавливал повороты, которые я совершал. К тому же у входа в этот лабиринт не было ни одной горячей греческой принцессы, которая ждала бы меня, чтобы подарить клубок ниток, так что этот эпизод с пересечением мифов был просто отстойным.

Время от времени я слышал выстрелы, которые помогали мне примерно выбрать путь. Правда, я понятия не имел, кто в кого стреляет. И уж тем более у меня не было оружия, чтобы участвовать в перестрелке, если мне удастся ее найти. Но я с уверенностью предположил, что там, где происходит насилие, Орион, скорее всего, находится поблизости. Это была его фишка.

Я миновал перекресток кабинок, явно разбитых преследовавшим меня минотавром, и по этому признаку определил, с какой стороны я пришел. Жаль, что я не подумал об этом раньше, когда начинал свои странствия. Но в свою защиту могу сказать, что у меня был большой повод отвлечься - в буквальном смысле этого слова.

Вернувшись на тропу разрушений, которую мы с моим бывшим пламенным оппонентом устроили по пути в офисное помещение, я перешел на бег. Мои друзья были более чем способны, но это не мешало мне чувствовать, что я должен помочь. Наверное, это какой-то комплекс, привитый мне родителями. Я всегда могу сделать больше, чтобы помочь. Я не могу сидеть и смотреть, как другие люди работают. Это ранит меня на самом глубоком уровне.

Чувствуя себя виноватым, я обогнул последний угол кабинок и вышел в главный коридор, в котором мы уже провели так много времени. Слева от меня, в направлении вестибюля, раздавалась непрерывная стрельба. Другие выстрелы были короткими очередями, как будто люди играли в смертельную игру "Бей крота". Но это продолжалось, перерастая подобно ревущей волне в полномасштабную перестрелку. Должно быть, это работа моих друзей.

Я повернулся и помчался по коридору навстречу битве, размахивая огненными