Милена Завойчинская - Случайное - не случайно (СИ)

— Лорд Дагорн, — покачала я головой. — Я пока не готова принимать гостей и посетителей.

— Уверен, этой гостье ты очень обрадуешься, — усмехнулся мужчина и посмотрел на Грегориана. — Запускай!

Братец послушно распахнул дверь и тихонько кого-то позвал. А в следующую секунду в комнату ворвался алый рогатый ураган, который в два прыжка преодолел расстояние до кровати и с радостным визгом набросился на меня.

— Руби! Девочка моя! — уворачиваясь от собачьей любви, готовой затоптать меня, я смеялась и со слезами гладила свою демоницу. — Ты жива, хорошая моя!

Когда ее радость, наконец, немного поумерилась, и гончая затихла, я крепко обняла ее и неожиданно для себя разрыдалась. В голос, навзрыд, захлебываясь слезами и задыхаясь от эмоций.

— Ну, здрасьте! — проворчал император, наблюдая эту сцену. — Пока ее убивали, ни слезинки не проронила, вдовой стала и тоже не плакала. А тут собаку свою увидела, живую и здоровую, попрошу заметить, и устроила истерику.

— Дядя! — укоризненно произнес Грег.

— Ну что — «дядя»? Я думал, Иржи обрадуется, что Руби выжила, а она рыдает как не в себе!

— А я и есть не в себе, — икая, сказала я сквозь рыдания. — Я думала, что Руби умерла! Я ведь видела! Она же совсем как неживая была, и эта сеть…

— Ну успели мы вовремя. Успели и сняли сеть! А Руби демон, хоть и низший. Полежала пару суток в своей стихии, в огне, потом отъелась и оклемалась.

— Спасибо, — всхлипнула я, глядя в глаза лорду Дагорну.

— О, боги! Ты бы за себя благодарила, а ты за собаку…

— И за меня — спасибо! — Я вытерла слезы.

— Да ну тебя! Терпеть не могу женские слезы, — мрачно сообщил мне мужчина, открывая портал. — Приводи себя в порядок, а как поужинаешь — звони. Я вернусь. Грег, набери пока Себастьяну и Найтону, пусть перенесутся. Подождут их эти трупы.

Император исчез, а Грегориан позвал Дарика и Клариссу и ушел, чтобы не мешать. Потом я принимала ванну, и слушала причитания Дарика о том, как они все переживали. И как приезжала леди Эстель, а я все спала и спала. И что Грег не стал уезжать домой, а жил здесь в гостевой комнате. Хотя почти все время сидел возле меня, только ненадолго уходил, чтобы поспать. И что часто звонил лорд даль Техо и справлялся о моем состоянии. И несколько раз переносился и навещал, вместе с лордом Найтоном, но потом они оба сразу уходили. А еще господин Лексин интересовался, куда я пропала, а когда узнал, что я заболела, хотел прийти навестить, но ему запретили. А император дважды в день появлялся — утром и вечером. Справлялся о моем самочувствии и сразу же уходил.

— Как же вы нас напугали, леди, — тяжело вздохнул он под конец. — Мы как ваш наряд увидели, так Кларисса едва в обморок не упала. У вас ведь там такая дырка в ткани, прямо на груди, и все платье кровью пропиталось. Вас император когда внес… А вы такая белая… И кровью забрызганы и руки и лицо… Ужас! Вот уж не думал, что даже после смерти буду так нервничать и волноваться.

— Дарик, расскажи мне все, что было с момента, как меня принесли?

— Так я и рассказываю. Кларисса спала, мы с Норелем в шашки играли, а тут шум, голоса. Мы выскочили, а там его величество с вами на руках. А за ним следом вышли из портала лорд даль Техо, а на нем почти висел лорд Найтон. Оба грязные, у лорда Себастьяна волосы обгоревшие, а у лорда Найтона нога сломана. Еще маг придворный и мужики какие-то в черных комбинезонах. Эти давай по всей квартире бегать и везде заглядывать. А его величество так рявкнул на нас с Норелем и понес вас в спальню. Потом лорд Себастьян по линккеру звонить стал и ушел порталом, вернулся через несколько минут с эльфом-лекарем и с лордом Грегорианом. Того всего аж колотило, даже руки тряслись. Ну вот… Так этот лекарь сначала ногу лорду Найтону подлечил, а потом к вам в спальню ушел. А нас туда не пустили, только Клариссу. Она тоже проснулась от шума и вышла. Мы за это время придворному магу сладкий крепкий чай делали и еду готовили. Он сказал, что у него магическое истощение и срочно надо восстановить силы.

— А кто меня раздевал и мыл? Ты?

Скелет смущенно кашлянул и отвел взгляд.

— Что? — напряглась я.

— Леди, мы честно хотели сами, но нас выгнали. И лордов Грегориана и Себастьяна тоже не пустили. Кларисса потом рассказывала, что император на вас платье кинжалом разрезал и отбросил. Потом лекарь вас осматривал.

— И? — поморщилась я и поторопила мнущегося зомби.

— Они Клариссе сказали ванну водой наполнить, а потом его величество вас туда и унес. Кларисса пыталась предложить свою помощь, так он на нее так рыкнул, она бедная чуть заикаться не начала. Ей приказали постель пока перестелить, все ведь в крови было. А лекарь тоже в ванную ушел. Ну, вот они вдвоем вас и вымыли. Наверное… Но обратно на руках снова император принес. Господин лекарь-то субтильный, а его величество боги силой не обидели.

— Боги, какой позор! — Я зажмурилась и с головой ушла под воду, а Руби заинтересованно заглянула, ища меня на дне.

Какой ужас! Как же стыдно-то!

— А потом, как вас уложили в постель, лекарь снова помагичил и сказал вас не будить ни в коем случае, мол, полное магическое и физическое истощение. И что-то про рваную ауру еще добавил, я не понял. Так мы и не трогали вас. Леди Эстель навещала, но тоже не будила. А лорд Грегориан, как я уже и говорил, тот все время поблизости был.

Потом Дарик сообщил, что Руби привели вчера. А где она была до этого, ему неведомо.

Высушив волосы, я вгляделась в свое отражение. Вроде все то же самое. Щеки, правда, запали, но так это нормально — трое суток ведь не ела. И только в глазах такая тоска стоит… Даже думать не хочу обо всем, что произошло. Не могу!

— Леди, что вы хотите надеть? Это или это? — оглянувшись на голос Дарика, я осмотрела предложенные им наряды.

— Найди мне что-нибудь черное, Дарик.

Зомби грустно посмотрел на меня, но послушно удалился искать черный наряд.

Да! Я могу говорить что угодно, прогонять от себя мысли, но ситуация такова, что я вдова. Не пробыв женой и пары часов, я стала вдовой. И убила своего мужа я сама, своими собственными руками!

Схватившись за голову, я закрыла глаза и в голос застонала.

И неважно, что эта мразь заслуживала смерти. Неважно, что он должен был умереть… Должен! Для меня имело значение то, что это я… Я сама… О, боги!

Пребывая в прострации, заплела волосы в простую косу, позволила Дарику помочь мне надеть черное короткое платье. Жаль, у меня нет другой темной одежды. Всего два платья: кожаное, в котором ходила на концерт «Диких» и вот это, из плотного черного кружева на черном же атласном чехле. Не думала я, покупая это изумительное сексуальное платье, что надеть его придется по такому поводу.