Павел Блинников - Сказочка дедушки Абдулы

И вот, на шестой день у героя появилась надежда. Сам Эван выступил по телевизору, и сообщил что завтра утром он выйдет из города и отправится в строну Вашингтона. Свой уход из Нью-Йорка он решил обставить большим парадом. Завтра все последователи соберутся у городской ратуши и огромной колонной выйдут из города. Выступление было объявлено в десять утра.

— Значит надо подготовиться… — задумчиво сказал Борис. Они с Эммой опять смотрели телевизор под покрывалом.

— Что ты задумал? — спросила она.

— Не бойся, я хочу попробовать убить его издалека. Залезу на крышу какого-нибудь дома сегодня ночью, и пристрелю этого козла!

— Я с тобой.

— Нет. На это раз нет Эмма. Слишком опасно, и мне быть может придется спасаться бегством, или действовать по обстановке. Ты будешь сидеть дома, и смотреть за всем по телевизору.

— Но…

— Не спорь! Так надо.

— Хорошо. Только Борис… будь осторожен.

— Я обещаю.

И теперь уже он наклонился и поцеловал ее в щеку. Она покраснела, но ничего не сказала.

Борис решил, что лучше все разведать еще ночью. Он оделся в черный спортивный костюм который недавно добыл в городе, и помолившись получил еще один поцелуй на удачу. Спустя пару секунд дверь за ним закрылась — ему не хотелось чтобы Эмма видела как он опять густо краснеет. Впервые он вышел из квартиры один. У него был только меч, и винтовка в Эммином рюкзаке на плечах. Борис решил не пользоваться машиной — на часах было два ночи, и через час он уже осматривал посты вокруг ратуши. Сейчас о том чтобы подобраться к Эвану не могло быть и речи. Он еще раз внимательно осмотрел окрестности и понял, что Эван и его армия могут выступить только двумя путями. Один был наиболее приемлем, потому что проходил по улице окруженной домами. В одном из домов можно было спрятаться, и Эван был бы виден как на ладони. Второй путь был более извилист и проходил меж руин, поэтому Борис решил сосредоточить внимание на первом. Все же Эван наверняка не удержится и покажет свой парад по телевизору, а марш меж руин выглядел бы не очень красиво.

Боря принял решение, что лучше сразу не выбирать объект для засады, а действовать по обстановке. Он сделал себе импровизированную берлогу в куче мусора и стал ждать.

Приспешники Эвана стали собираться у ратуши рано утром. Это тоже было потрясающее по своему омерзению зрелище. Большинство пьяные или под кайфом, они стягивались после бурной ночи. Кто-то вел с собой плачущих женщин, на привязи, кто-то тут же насиловал их. У всех поголовно было оружие — его они сняли с трупов солдат и разграбив все оружейные магазины города. Грязные, или наоборот одетые с иголочки, они пестрой толпой собирались возле вотчины своего господина. Насильники и убийцы, маньяки и педофилы, разбойники и извращенцы — такова была армия Эвана.

В десять часов к ним присоединился и владыка. Все рабы Эвана встали перед ним на колени, и он удовлетворенно хмыкнув, пошел к Роллс-ройсу с открытым верхом. Он залез на машину и стал толкать перед ними речь. О чем он говорил, Борис не слышал. Его внимание было привлечено этой могучей фигурой, в черном классическом костюме. Эван был слишком далеко, чтобы в него стрелять, но все равно перед взором героя его силуэт уже был обведен прицелом. И вот наконец вся армия тронулась. Повсюду антихриста снимали сотни камер, но и это уже не волновало Бориса. Он сразу сообразил, что Эван собирается проехать по той самой улице окруженной домами. А значит жить ему осталось недолго.

Он со страшной скоростью покинул свое убежище и побежал, опережая сам ветер. Он уже наметил дом, где можно сделать идеальную засаду — не слишком приметную, и в то же время с прекрасным видом на улицу. Спустя полчаса Борис уже доставал из рюкзака Эммы винтовку, и собирал ее по частям. Напряжение нарастало, но Борис легко подавил его. Его руки не дрожали, а разум оставался чист. И только губы медленно шевелились, читая молитву.

Эван ехал на Роллс-ройсе и махал рукой своим рабам. Пока это еще было необходимо. Сейчас надо завоевать популярность, стать знаменитым. Только так он мог поколебать веру людей в бога. Только так можно было исполнить пятое пророчество Макура. Третье можно считать уже выполненным и на счет четвертого тоже есть кое-какие мыслишки. Но ведь надо глядеть в будущее! И поэтому он улыбался и махал рукой. Но его последователи тут же разбежались, если бы могли заглянуть в мысли антихриста. Как ему хотелось прямо сейчас наброситься на эту безликую толпу и уничтожить их всех поголовно! Рука не занятая маханием этим идиотам то и дело сжималась в кулак, а на лбу пульсировала вена.

По прикидкам Бориса Эван должен попасть в пределы досягаемости винтовки через пять минут. Его машина с открытым верхом медленно ехала по улицам, и он появлялся в пределах видимости героя, мелькая меж домов. Борис выбрал для засады дом, стоявший не на улице по которой ехал антихрист, а находившийся немного в стороне. Борис опасался, того что ближайшие дома могли проверить и так же решил подстраховаться на случай если придется бежать. Хотя бежать Борис собирался не от Эвана, а от его последователей. Фигура врага человеческого уже была обведена настоящим прицелом, и Борис не сомневался, что когда он появится в очередном проеме между домами то умрет. Еще немного, и все закончится. Учитель Бориса, преподававший ему технику ведения стрельбы говорил, что многие ошибаются, когда думают что легче всего убить человека выстрелив ему в голову. Нет, если ты находишься в паре метров, и у тебя в руках пистолет, то это самый верный способ. А вот если цель находится на приличном расстоянии да еще в движении то в голову стрелять нельзя. А вдруг человек мотнет ей? Или всего лишь слегка повернет, и пуля просто скользнет по толстой черепной кости. И что тогда делать? В положении Бориса второго шанса могло и не быть. Учитель советовал стрелять в тело. Дело в том что если ты стреляешь с высоты, и под углом, то пуля пробьет туловище, превращая внутренние органы в фарш. Быть может она и не попадет в сердце, но этого и не требуется. Если человеку повредить желудок, или легкие то его тоже ждет смерть. Пусть и не мгновенная, но это ничего. За пять минут антихриста не смогут доставить до больницы, и сделать операцию. И поэтому прицел винтовки был наведен на широкую грудь антихриста. Пусть проедет еще чуть-чуть, и тогда пуля пройдет под большим углом и нанесет больший вред. Правда в таком случае есть шанс, что на цели будет бронежилет, но Борис не волновался по этому поводу. У него была не простая винтовка. Очень маленькая, но при этом достаточно дальнобойная она была рассчитана только на один выстрел, но особенной пулей. Большой патрон и заостренная на конце пуля была специально предназначена для того чтобы пробивать бронежилеты. Единственный недостаток был в том, что убойная сила понижалась, если цель находится на расстоянии больше чем в двести метров. Но так как Борис стрелял с возвышенности, то мог себе позволить и триста. А большего ему было и надо. Вот антихрист заехал за дом и по расчетам Бориса должен был выехать на линию огня через двадцать секунд. Сердце мальчика медленно отсчитывало удары. До выстрела оставалось всего десять.