Энди Смайли - Адептус Астартес: Омнибус. Том II

Его громкий бас заглушила статика, а вслед за ним — смолкли и другие голоса. Моргая и качая головой, чтобы избежать очередного приступа рвоты, Шира попыталась оценить обстановку. Четыре взрыва на мгновение озарили поверхность космоса. Края темной фигуры с зазубринами стали четко обрисовываться в ярко-оранжевом цвете взрывов.

— Нет… Это невозможно, — произнес Хайк, наблюдавший за уничтожением четырех «Соколов». — Это же обычные скитальцы, смесь из космического хлама и сборщиков ископаемых. Этого не может быть. Не может…

— Чего не может быть? — спросила Шира.

Она нашла свой ответ в том, что двигалось им навстречу.

Словно мифический дракон, монстр плыл по космосу, словно несомый ветрами, извергая пламя в разные стороны. Металлическая голова болталась на змеевидном теле из того же нечестивого сплава, а демонические глаза существа выискивали свою следующую добычу. Из его живота торчали четыре рога, а три пары крыльев монстра ломали все представления Ширы о полетах и аэродинамике.

— Хельдрэйк, — голос Хайка превратился в шепот. — Это — Хельдрэйк.

— Лорд «Железная хватка», мы потеряли «Вероломную силу», — произнес один из облаченных в рясу членов команды, наблюдая за значками на карте. — «Калечащий», «Кровавая Жажда» и «Отравленное облако» докладывают о катастрофических повреждениях.

В отличие от «Мести», на мостике «Беспощадной Смерти» царил покой. На фоне космического сражения, сервиторы и команда корабля плавно перемещались по палубе, выполняя свои рутинные задачи. Малгар «Железная хватка» дирижировал силами Хаоса, сидя в своем кресле. Тысячелетний опыт сражений за и против Империума позволяли емуспрактически автоматически реагировать на происходящее.

— Заставьте их таранить крупные корабли. Пусть их смерть не будет напрасной, — приказал он.

Его тон был спокоен, словно он посылал людей в очередной рейд, а не на верную смерть. На данном уровне потеря четырех эсминцев и налетчиков была небольшой ценой, вдвое меньше, чем количество имперских судов, уничтоженных его пушками, не включая истребители и штурмовики. Битва шла по его правилам, но два главных корабля все еще находились позади Имперского флота, готовые пополнить боезапас все еще многочисленных звеньев и сместить баланс в сторону лоялистов.

— «Черное сердце» желает обратиться к Вам, господин, — произнес еще один член команды с решетчатой маской на лице.

Презрение к лорду Хаоса, демонстрируемое как Абаддоном, так и «Железной хваткой», передавалось даже самим вокс-операторам Черного Легиона.

— Переключи его на мой личный канал, — произнес Малгар.

Вокс-передатчик, установленный в ухе космодесантника Хаоса, наполнился потрескиванием.

— Впечатляюще, «Железная хватка», — произнес Гурон. — Я ожидал, что твой гамбит будет стоить тебе дороже, но уничтожить восемь кораблей, пожертвовав только одним своим. Даже я бы гордился таким достижением.

На психолитическом экране, в носовой части мостика, замелькали три небольшие иконки, за ними следовали еще три, разной расцветки.

— А, похоже я поторопился, — произнес Гурон, очевидно увидев ту же картину на сенсорах своего корабля. — Ну что ж, по крайне мере на три корабля меньше.

Малгар не был уверен, что именно имеет ввиду Гурон, три его погибших корабля или уничтоженные Имперские суда.

— Твой корабль на месте, «Черное сердце»? — спросил Малгар, не реагируя на издевки Корсара.

— Конечно, — ответил Гурон. — Он был там еще до того, как ты расставил свою маленькую ловушку.

— Тогда, почему бы тебе не перестать издеваться надо мной и не преподнести сюрприз имперскому адмиралу, — произнес Малгар, отключая связь.

Через бинокль Крансвар наблюдал за тремя взрывами, каждое облако варп-энергии возвещало о гибели его кораблей.

— Мы только что потеряли «Нерушимый», «Банши» и «Свет Веры», — произнес рулевой, убирая с карты три значка кораблей.

Потеряв эти корабли, флот Крансвара сократился на треть от первоначального количества. Потери боевых машин Имперской Гвардии также были значительными, и лорд-командующий уже стал сомневаться, смогли бы они прорваться к Пифосу, и хватило бы им человеческих ресурсов для освобождения планеты.

— Адмирал Блэйз желает говорить с Вами, лорд-адмирал, — произнес офицер связи.

— Переведи его на динамики, Ульдар, — произнес Крансвар, вставая со своего командного трона.

Ярость в голосе Блэйза заставила его сесть.

— Во имя Императора, что за игру ты затеял, Крансвар? — его акцент теперь слышался достаточно ясно.

Даже будучи полностью вовлеченными в процесс битвы, женщины и мужчины на мостике «Мести» застыли на месте.

— Это бойня. Засунь подальше свою гордость, упертый ублюдок. Отзови флот, пока еще есть, что отзывать.

Все глаза обратились на лорда-адмирала. Он уставился вдаль, опустив бинокль. Еще один взрыв озарил темноту космоса. Рулевой убрал еще один значок с карты.

— Ты послал свои корабли, говоря о том, как нас будут помнить, — продолжил Блэйз. — Если ты не отзовешь корабли для перегруппировки, что о тебе буду говорить потомки?

Неожиданно связь оборвалась.

— Он прав, — тихо произнес Крансвар.

Взгляды команды все еще были обращены в сторону адмирала, и следующие слова стали единственным верным решением за все время его командования. — Отзовите флот.

Мостик очнулся и снова пришел в движение, послышались команды, передаваемые выжившим кораблям флота Деметр. Калькулус логи и навигаторам было приказано приготовиться к возвращению истребителей и штурмовиков. Стрелки приготовились встретить любой корабль Хаоса, который попытается последовать за ними в Гай. Крансвар рухнул обратно в кресло, уставший, но не сломленный.

— Что бы ни случилось, сэр, — произнес лейтенант Фаизал, передавая ему отчеты о повреждениях. — Я думаю, вы все делаете правильно.

Лорд-адмирал слабо улыбнулся.

— Иногда даже верные решения могут быть приняты слишком поздно, — грустно произнес он.

— Лорд-адмирал. Мы засекли новый контакт. Еще один корабль только что вошел в систему и на высокой скорости движется к нашим позициям. Он передает Имперский идентификационный код, верный, но давно не использовавшийся, — произнес лейтенант, стоявший рядом с ауспиком.

Несколько офицеров присоединились к нему.