Энди Смайли - Адептус Астартес: Омнибус. Том I
«Скапула» управлялась экипажем из шести человек — самим Кин-Сяо, навигатором, тремя стрелками и бортмехаником. Семьдесят таких же кораблей было разбросано по этому участку границы, и каждый из них снабдили усовершенствованными детекторами нарушителей и хорошо снаряженными мощными орудиями.
Кин-Сяо вызвал индикаторный дисплей, чтобы получить представление о текущем положении остальных кораблей эскадрона. Двадцать истребителей, каждый из которых был размером с небольшое грузовое судно, зависло в космосе так, чтобы их сенсорные поля перекрывались и ничто не могло проскочить мимо. Если бы кто-нибудь попытался вырваться из зоны боевых действий или, наоборот, проскользнуть туда, его необходимо было засечь и перехватить. И если в его действиях хоть что-нибудь показалось бы подозрительным, его полагалось уничтожить мощным залпом самонаводящихся ракет. «Скапулы» были самыми сложными и ценными боевыми машинами, какие только могло позволить себе военное командование сектора, и Кин-Сяо наслаждался чувством окружающей его мощной металлической конструкции. Впрочем, до сих пор все было тихо, и война, бушевавшая всего в нескольких световых часах к галактическому востоку, казалась чем-то далеким.
— Эскадрон, доложить обстановку, — протрещал в коммуникаторах голос командира.
Командир был молод и аристократичен, но все же казался достаточно солидным человеком. Кин-Сяо даже не успел еще проникнуться к нему ненавистью.
— Говорит Кин-Сяо, Красный Семь. В чем дело?
— Синий Пять зафиксировал аномалию. Кто-нибудь что-нибудь видит на скопах?
Кин-Сяо вызвал по коммуникатору своего навигатора — Шасс.
— Пусто, — ответила она. — Все спокойно.
— Эскадрон, всем оставаться настороже, — произнес командир, прежде чем отключиться.
— Советую меньше нервничать, — произнес Корген, сидевший в пусковой рубке на миделе корабля. — Синему Пять лучше бы не психовать так. Я видел, как такое происходит. Когда перестаешь соображать, что к чему в глубоком космосе, тебя могут запросто срубить свои же ради собственной безопасности.
— Прекрати, Корген, — ответил Кин-Сяо.
Корген уже несколько десятков лет служил стрелком на кораблях, предназначенных для сражений в открытом космосе, и побывал в баталиях за Врата Патрокла и Доки Святой Йовены, от рассказов о которых Кин-Сяо (хотя сам бы он никогда в этом не признался) никогда не уставал. Но кроме того, стрелок был полон чудовищных баек о том, как люди сходят с ума, оказавшись запертыми в корабле в нескольких световых годах от любого ремонтного судна в компании только с другими членами экипажа.
— Постойте, постойте, — снова протрещал голос по каналу общей связи. — Говорит Красный Пять. Я тоже что-то вижу.
Навигатор Красного Пять был лучшим во всем эскадроне. Он не позволил бы своему капитану гоняться за тенями.
— Очень малые линейные размеры, — продолжал пилот. — Возможно, это только мусор. Но он что-то излучает. Вероятно, это спутник каких-нибудь преступников или…
Кратко протрещала статика, и все смолкло.
— Красный Пять? — Голос командира прозвучал напряженно, он словно обвинял пилота за исчезновение. — Красный Пять, отвечай.
Кин-Сяо почти рефлекторно переключил корабельные системы в состояние боевой готовности:
— Корген, дай мне цель. Ловред, по моему сигналу переходим на скорость перехвата.
Где-то на корме Ловред, бортмеханик корабля, принялся готовить двигатели «Скапулы» к резкому переходу на скорость перехвата.
— Красный Пять пропал с карты, — с неподобающим спокойствием произнесла Шасс из навигаторской рубки, расположенной под кокпитом.
— Визуальный контакт! — прокричал голос по общему каналу. — Я виж…
— Синий Десять исчез, — произнесла Шасс.
— Цели, Корген, мне нужны цели! Эй, на шкафуте, вы зарядили?
— Первый готов, — ответил в одном ухе голос стрелка, отвечавшего за импульсные батареи правого борта.
— Второй готов, — отозвался в другом ухе стрелок левого борта.
— Ничего не вижу, — сказала Шасс. — Только обломки Красного Пять.
Наступила пугающая заминка. Пилоты забормотали по всем каналам, а голос командира пытался прорезаться сквозь их болтовню и организовать необходимый порядок выслеживания в то время, как «Скапулы» исчезали одна за другой.
— Постой, — произнесла Шасс. — Красный Пять движется.
— Огонь! Полная мощь! — проревел Кин-Сяо, и истребитель дернулся, точно вставшая на дыбы лошадь.
Корген выпустил половину ракет мерцающим потоком по направлению к тому, что на сканерах казалось обломками Красного Пять. Но сейчас эти «обломки» неслись к Красному Семь Кин-Сяо куда быстрее, чем была его собственная скорость перехвата.
Наконец он увидел это. Корабль проступил из бархатной черноты космоса: серебряный дротик, сопровождаемый россыпью звезд. По нему, точно по ртути, пробежала рябь. Судно изменило свою форму и стало шире. С передней линии раскинувшихся крыльев сорвались потоки чистого лазерного огня.
Красный Семь задергался, и Кин-Сяо понял, что корпус пробит. Система искусственной гравитации вышла из строя, и пилота прижало к боку кресла.
— Рассчитаться! Доложить о повреждениях!
— Навигатор, все в порядке, — сказала Шасс.
— Бортмеханик, все в порядке.
— Артиллерия, все в порядке.
— Бортовые орудия? Бортовые орудия, ответьте! — Кин-Сяо понял, что кричит.
Серебряный росчерк пронесся мимо, оставляя в черноте космоса ослепительный след.
— Удар пришелся по миделю, — произнес Корген. — Орудия на шкафуте потеряны.
— Вижу цель. Она движется быстрее, чем мы, и разворачивается, чтобы добить нас, — сказала Шасс.
— Корген, пускай все в ход. Малый запал. Я хочу заслониться от него.
Стрелок выпустил почти все свои ракеты в пространство, поставив их на малую дальность, чтобы они взорвались веером прямо перед «Скапулой». Между Красным Семь и нарушителем взметнулся щит из электромагнитного излучения и обломков. Этого должно было хватить, чтобы заслониться от любого нападающего, вооруженного технологиями, соответствующими уровню Империума.
Но атакующий истребитель продолжал видеть их. Он метнулся к Красному Семь и неожиданно невозможным образом замер, повиснув в пространстве прямо перед кокпитом Кин-Сяо. Острые грани, выступавшие из скопления жидкого металла, стремительно перетекали друг в друга, полностью перекраивая внешний облик корабля. Скорее всего, это судно было куда меньше «Скапулы», но его практически зеркальная поверхность сверкала столь ярко, что оно будто бы полностью закрывало обзорный экран Кин-Сяо. Темная прорезь на клиновидном носу чужака, казалось, выходила на мостик, но пилот «Скапулы» ничего не мог разглядеть внутри. Его слепил свет и отвлекало грациозное складывание в самих себя треугольных крыльев, превращавшихся в многочисленные ребристые выступы на корпусе вражеского истребителя.