Энди Смайли - Адептус Астартес: Омнибус. Том I
Ту же самую картину, насколько знал Ксарий, сейчас можно было наблюдать вдоль всей линии, занятой селевкийцами. Солдаты находили среди руин наиболее надежно выглядящие позиции и поспешно возводили укрепления, пока до них еще не добралась орда. Крошечные островки порядка в море хаоса, крупинки света Императора в надвигающейся тьме. Многие ли смогут уцелеть?
— Что нам известно об остальных полках? — спросил Трельнан.
— Об остальных? Немного, и, подозреваю, я знаю о них не больше тебя, то есть практически ничего. Артиллерия Кельченко все еще продолжает постреливать, а значит, они еще мало-мальски способны сражаться. А вот Янычары подверглись нападению непосредственно перед обрывом связи, и, похоже, особенно крепко досталось Огненным Ящерам. От «Решительного» также нет вестей, но, думаю, у них все в порядке, если, конечно, эти гроксолюбы не научились летать.
— Есть план эвакуации?
Ксарий снял с головы офицерскую фуражку и расстегнул верхнюю пуговицу кителя. Его форма не была рассчитана на личное участие в битве.
— Все эвакуационные стратегии рассчитывались на сосредоточение основных сил Гвардии в районе космодрома и юго-восточных ворот. Даже если восстановится связь, из города эвакуировать удалось бы не более двадцати процентов личного состава, прежде чем наступит конец. По большей части это будут бойцы тылового эшелона. А из захваченного врагом города спасти удалось бы единицы. На «Решительном» есть посадочные модули и шаттлы, но как ты себе это представляешь? Как им подойти достаточно близко под огнем, чтобы вытащить нас с вражеской территории? Даже Военный Флот Солара не способен на такое.
— Значит, остается держать строй и надеяться, — сказал Трельнан.
— А еще сражаться, полковник.
— Пойду поищу священника. Пусть помолится.
— Неплохая идея, Трельнан. Лучшая из тех, что я сегодня наслушался. — Ксарий вынул из кобуры на поясе изящный антикварный автоматический пистолет. — Как думаешь, сможешь раздобыть лазган? Что-нибудь достаточно дальнобойное. А то этот малыш больше для показухи, убойная мощь у него никакая.
— Позвольте говорить открыто, сэр, — приняв официальный вид, сказал Трельнан, — вам и в самом деле стоило бы остаться на космодроме. Проклятие, вам стоило бы уже быть на «Решительном». Ваша работа здесь закончена. Оставьте все на солдат.
— Я тоже солдат, Трельнан. — Неожиданно посерьезнев, Ксарий подался вперед. — И каждый солдат здесь понимает, какая трагедия произошла. Все рухнуло. Нашей целью было выяснить, что здесь случилось, убить всех ответственных за это и отомстить за людей Сатиса. Самая обычная, мать ее, миссия. Один город! Мы даже посмеивались над тем, что с нами увязались космические десантники! Прямо сейчас, Трельнан, в Галактике идет с тысячу таких же сражений. В буквальном смысле этого слова Империум сражается сейчас в тысяче войн одновременно, и в большинстве случаев они охватывают куда большие территории и выглядят сложнее. И никто там не захочет слышать про десантников-предателей, подлых ксеносов или еще какие бы то ни было оправдания. Нам поручили простое дельце, а мы не справились с ним. Тебе не приходило в голову, — продолжал Ксарий, — что со мной сделают, если я выберусь отсюда живым? Они там увидят только уничтоженный сельскохозяйственный мир, тысячи погибших гвардейцев — и все впустую. Да меня разжалуют в офисные писаки! Проклятие, могут даже отправить на Марс, где мне заменят на железо все кишки, чтобы я протянул еще пару столетий и сполна расплатился за случившееся здесь. Все мои прежние заслуги будут забыты. Я стану меньше чем никем. Трельнан, ты и сам прекрасно знаешь, как Император наказывает за ошибки. Он приказывает нам расстреливать неудачников или же вешать их на рассвете. Меня-то они не убьют, но могут сделать кое-что похуже. Смерти я не боюсь, Трельнан, и, клянусь вечной истиной Императора, всю свою карьеру искал ее. Но меня пугает перспектива стать ничтожеством. И именно это со мной и может случиться. Погибнуть, стоя в одном строю с этими парнями, — отличный вариант, учитывая все прочие. И я сделал свой выбор. Если необходимо, я подпишу приказ.
От баррикад прибежал один из селевкийцев.
— Лорд-генерал, полковник, наблюдатели что-то заметили. Похоже, враг приближается.
— Проверьте, чтобы у каждого отряда была тележка для боеприпасов и раненых, — приказал Трельнан. — И… скажи, ведь капрал Картель учился в семинарии?
— Картель? Да, сэр.
— Отлично. Скажи ему, чтобы нашел еще троих и вместе с ними молился за тех, кто на баррикадах.
— Так точно, сэр. Что-нибудь еще?
— Да. Найди лазган для лорд-генерала.
Ксарий посмотрел в глаза селевкийскому гвардейцу:
— Если найдется, то марсианского образца и со скопом, пожалуйста.
— Ты слышал, — сказал Трельнан. — Исполняй.
Полковник тоже вынул оружие из кобуры — потертый лазерный пистолет с увеличенным зарядным блоком.
— Я нужен людям на баррикадах, лорд-генерал. Где будете вы?
— Везде, — ответил Ксарий. — Там, где понадобится дополнительный боец.
— От всего сердца желаю удачи, лорд-генерал. Ради Трона и во имя Императора!
— Во имя Императора, полковник.
Солнце начинало прятать свой лик за горизонтом Энтимиона IV, и небо над городом потемнело.
Для Ксария грядущее не было тайной. В подобных ситуациях он уже бывал: удушливое чувство тревоги, выворачивающее внутренности и прибавляющее тебе лет задолго до того, как их окончательно заберет битва. Понимание того, что очень и очень многие умрут. Гнет судьбы, тяжелым одеялом опустившийся на все вокруг. Далеко не единожды за время службы Ксарий, уверившись в своей неминуемой гибели, вставал плечом к плечу со своими людьми, вместо того чтобы командовать безликими значками на голокарте.
Он ощутил удивительное спокойствие, осознав, что скоро умрет. У Императора было слишком много дел, чтобы задумываться о боевых заслугах какого-то там Рейнхарда Ксария, так что это не особенно волновало и самого лорд-генерала. Он только надеялся, что его конец будет не слишком болезненным, а уж продолжительным тот точно не мог оказаться, ведь Ксарий был стар, его кости стали хрупкими, а сердце могло уже не выдержать даже хорошей попойки.
Кто-то протянул ему лазган. Скоп был установлен, но, к сожалению, только рхизского образца. Впрочем, и это неплохо, подумал Ксарий. Благодаря какому-то внутреннему чутью он давно знал, что так все и кончится и что неважно, до каких высот он поднимется и сколько орденов заслужит, но погибнет на ненавистной ему планете с мыслью о том, успеет ли прикончить еще хоть одного, прежде чем до него доберутся. Император уготовил эту судьбу Рейнхарду Ксарию еще до рождения. Так что было уже все равно. Ничто не имело значения.