Энди Смайли - Адептус Астартес: Омнибус. Том I

Миловидный тихоня Раек был лучшим стрелком Испивающих Души — некоторые даже поговаривали, что он столь же хорош, как некогда капитан Дрео.

— Пусть будет так, — произнес Сарпедон. — Что насчет последнего набора?

— Урожай вновь был обилен, — с явным удовольствием сказал Каррайдин. — Прирожденные солдаты. Все, до последнего человека.

Испивающие Души вербовали новых бойцов среди угнетенных и мятежных людей Империума, превращая их в космических десантников так же, как это прежде делал старый орден, с той лишь разницей, что теперь они отказались от использования столь жесткой гипнодоктринации — Сарпедон решил, что умы его воинов должны быть такими же свободными, как и сам орден.

В течение последних месяцев новобранцы, находившиеся в подчинении Каррайдина, старались заслужить честь стать полноправными десантниками, вступая в бой с врагами Императора среди миров, разбросанных по практически разоренному сегментуму Темпестус.

— Когда мы одержали свою величайшую победу, — сказал Сарпедон, — обманувшие нас силы решили сломить, ввергнуть в отчаяние, уничтожить нас одного за другим, заставить вновь броситься к их ногам, чтобы не скатиться в бездну. Но мы прогрызли свой путь на волю и сами создаем свое будущее. Мы потеряли нескольких лучших воинов, чтобы заслужить это, и я уверен, что по-прежнему хватает тех, кто мечтает нас остановить. Но до тех пор, пока мы продолжаем принимать новобранцев, верящих в наше дело, и пока эти новобранцы успешно добиваются права носить броню, истребляя врагов Императора, нашим противникам не победить.

— Впрочем, — продолжал он, — мы всегда обязаны помнить: враг не знает усталости. К счастью, после Грейвенхолда мы восстановили свою численность и теперь, я верю в это, готовы вновь сражаться как единый орден. Доходят слухи, что Око Ужаса открылось и Абаддон вернулся. Все больше и больше сил Империума уходит на сдерживание тиранидских флотилий. Его уязвимые места оголились, но Империум слишком прогнил, чтобы защитить себя. Мы клялись служить Императору и вряд ли можем исполнить этот долг, отсиживаясь в заброшенных и удаленных уголках Галактики.

— Таких, как система Обсидиана, — раздался голос из толпы Испивающих Души.

Говорил Иктинос, капеллан, ярко выделявшийся среди собравшихся благодаря черной броне и бледному, словно смеющемуся черепу на забрале шлема. Он стоял, окруженный своей «стаей» — теми десантниками, которые потеряли своих сержантов и перешли в его подчинение.

Они всегда сопровождали Иктиноса в бою и часто подавали пример остальным братьям в молитвах и военных ритуалах.

— Объяснись, капеллан, — потребовал Сарпедон.

— «Сломанный хребет» принимает множество сигналов со всей Галактики, — пояснил Иктинос. — Да, сейчас мы находимся далеко от сердца Империума, но до нас все равно доходит информация — перехваченные переговоры кораблей между собой. И я постоянно проверяю ее, чтобы узнать, не осталось ли невыполненной нами задачи, поставленной Императором.

— И тебе удалось что-то найти?

— Так точно, лорд Сарпедон. Система Обсидиана в секторе Сцефан к галактическому югу от региона Вуали. Планета Ванквалис подверглась вторжению зеленокожих выродков. Ее обитатели умоляют Империум о помощи, но, как нам всем известно, бюрократическое колесо вращается медленно, и орки успеют полностью разрушить этот мир.

— Полагаешь, Император хотел бы, чтобы мы отправились туда? — спросил Сарпедон.

— Ванквалис населяют люди независимого нрава, — ответил Иктинос. — Они оказали сопротивление имперскому гнету и остались верны собственным традициям. Им очень долгое время удавалось выживать самостоятельно, и мы вполне можем найти там достойных продолжателей нашего дела. И без всякого сомнения, мы найдем миллиарды верноподданных Императора, которые погибнут без нашей помощи.

— Мы не занимаемся благотворительностью, — резким тоном возразил Тирендиан. Худощавый и внешне привлекательный мужчина, он имел слишком мало шрамов и слишком много самоуверенности для того, кто повидал столько сражений. Как и Сарпедон, Тирендиан был могущественным псайкером, но его силы проявлялись в виде разрушительных молний, обрушивавшихся на врага подобно залпам артиллерии. Он всегда и обо всем рассуждал с такой уверенностью и самомнением, что друзей в ордене у него было немного. — От подобных напастей страдает бессчетное количество миров.

— Но этому, — парировал Иктинос, — мы способны помочь.

— Нам надо спешить к Оку, — продолжал настаивать Тирендиан. — Хаос уже начал сдавать карты.

— Возле Ока собралась Инквизиция в полном составе, — возразил новый голос, принадлежавший капитану Люко — самому опытному штурмовику ордена. — С тем же успехом мы могли бы просто поднять руки и сдаться своим врагам.

— Кроме того, — продолжал капеллан, — не будем забывать и о том, что мы не слишком богаты ресурсами. Нам не хватает топлива и боеприпасов. «Сломанный хребет» не способен продолжать свой путь вечно. Не можем этого и мы. В системе Обсидиана располагается перерабатывающий мир — Тиранкос, — где мы сможем получить все, в чем нуждаемся. Тирендиан абсолютно прав: мы не благотворительная организация, но сейчас нам представляется возможность и позаботиться о собственном будущем, и помочь верным последователям Императора не только выжить, но и сбросить с себя ярмо Империума.

— И это куда лучше, — добавил Люко, — чем отсиживать свои зады в ожидании, пока враг сам найдет нас.

Война Opgaia

Капитан штурмовиков славился тем, что всегда стремился в бой, словно сражения были для него родной стихией. И Сарпедон видел, что многие Испивающие Души согласны со сказанным.

— Лигрис? — окликнул магистр, оглядываясь на старшего технодесантника ордена.

— Капеллан говорит правду, — ответил тот. Доспехи Лигриса были выкрашены в традиционный ржавокрасный цвет, а на ранце брони была установлена серворука, высовывавшаяся из-за плеча. — Если в скором времени не произвести значительное пополнение запасов, нам придется оставить «Сломанный хребет» и искать новый флот.

— Что ж, видимо, следующей нашей целью становится Обсидиан, — подытожил Сарпедон. — Иктинос, помоги мне собрать всю возможную информацию по Ванквалису и текущей обстановке. Лигрис, рассчитай курс варп-перехода. Мы должны приготовиться к…

— Да пусть себе подыхают! — крикнул кто-то из рядов Испивающих Души.

Это оказался Евмен — сержант, едва успевший заслужить право ношения полной брони. Протолкавшись вперед, он подошел почти вплотную к анатомической плите в центре аудиториума. В боях юноша показал себя отличным солдатом. Его цепкий умный взгляд постоянно шарил вокруг, но лицо было столь же спокойным, сколь и молодым.