Дэн Абнетт - Крестовый поход на миры Саббат: Омнибус

— С Тэдой покончено, — наконец прервал он молчание.

— Да. Боюсь, что это так.

— Похоже, для Энозиса наступают последние дни.

— Всегда есть шанс, — возразила Джагди. Каминский повернул руль и зло рассмеялся:

— Не думаю… Только не сейчас.

— Если бы какой-то пилот моего звена сказал что-то в этом роде, я бы наложила на них на всех дисциплинарное взыскание. Всегда есть шанс! До самого последнего вздоха, дарованного нам милостью Императора, мы должны верить, что у нас есть шанс.

Значит, мне повезло, что я не летчик вашего звена, мамзель. Энозис — мой родной мир, и я отдал все, что у меня есть, чтобы защитить его, но, похоже, пришло время для более прагматичного взгляда.

— Я, так же как и вы, сражалась за свой мир. Теперь я здесь, чтобы сражаться за ваш. Так что мне не надо рассказывать о лишениях и личном вкладе в общее дело. А что касается прагматизма… Порой это слово используют лишь для того, чтобы оправдать свои пораженческие настроения.

— Не накручивайте себя, мамзель…

— Каминский! Смотрите!

Они только что проехали очередную зону задымления, и тут на внезапно открывшейся дороге перед ними вдруг возникло несколько фигур в темно-красной военной униформе.

Джагди увидела усмехающиеся маски, чашеобразные каски, лазерные винтовки…

— Кровавый Пакт! — вырвалось у нее. — Поворачивай! Поворачивай машину!

Каминский уже и так выворачивал руль. Транспорт занесло, и теперь, выкрикивая проклятия, он изо всех сил старался остановить боковое движение. Срывая протекторы с толстых шин, грузовик развернулся, но все же проскользил еще несколько метров в сторону пехотинцев Архенеми.

И тут заглох мотор.

— Каминский! Каминский! — вскричала Джагди.

— Прекратите кричать на меня! — огрызнулся шофер, лихорадочно пытаясь вновь завести машину.

Стреляя на ходу, десантники Кровавого Пакта уже бросились в их сторону. Очереди лазерных разрядов прожигали борт грузовика, а один из них оплавил стекло дверцы кабины.

— Каминский! Во имя Трона!

— Женщина, ты когда-нибудь заткнешься?!

Лазерный разряд прожег кабину и, прошив пространство в нескольких сантиметрах от их лиц, разбил боковое стекло со стороны Каминского.

Мотор грузовика вновь зашумел.

Машина рванулась вперед, и Джагди с силой отбросило на сиденье. Ударившись забинтованной рукой о край дверцы, она взревела от боли.

Не снимая ноги с педали газа, Каминский резко свернул влево. Большой грузовик ударился бортом в корпус какого-то сгоревшего автомобиля и легко отбросил его с дороги. Теперь отряд Кровавого Пакта остался позади, и Каминский вел машину по боковой улице со скоростью почти сто километров в час.

— В вас попали? — спросил Каминский.

— Нет.

— Вы вскрикнули…

— В меня не попали.

— Я должен извиниться… Я накричал на вас.

— Не берите в голову.

— Да… похоже, теперь мы едем совсем не так, как планировали.

Тэда. Старый Квартал, 07.43

Недавняя бомбежка разрушила древние здания и многоквартирные дома по всей набережной канала, не пощадив даже старый мост Казергат. Однако храм каким-то чудесным образом все еще оставался невредимым. Не переставая чихать, Вилтри постарался быстро пройти сквозь клубы дыма и пыли, которыми были окутаны все прибрежные окрестности канала, и оказался у дверей церкви.

Он задержался у входа и поднял взгляд на уже знакомое ему изображение Бога-Императора.

— Узнаешь меня? — спросил летчик.

Вилтри распахнул дверь…

Его встретила почти пугающая тишина. Воздух внутри был чист, хотя и сюда проник запах дыма многочисленных пожаров, бушевавших в городе во время бомбардировки. Храм был пуст. Длинные скамьи, колонны из алебастра, слабый аромат камфары и ладана…

Вилтри медленно пошел вдоль рядов. Подошвы ботинок каждый раз поскрипывали, когда он ступал на мозаичный пол храма. Под его ногами мелькали многочисленные картины со святыми и демонами. Священники Министорума уже давно бежали из города.

Внезапно он остановился перед священной усыпальницей.

Перед ней на столике еще догорали три свечи. Только три…

— Бог-Император! — тяжело выдохнул Вилтри.

— Оскар!

Оскар Вилтри медленно повернулся.

Она сидела за колонной, в самом конце ряда, так что он раньше никак не мог ее увидеть. Она заметно дрожала в своем не по сезону легком пальто.

Он шагнул к ней в немом восторге, не зная, плакать ему или смеяться.

— Что ты здесь делаешь? — прошептал Вилтри.

— А куда бы еще я могла пойти? — ответила Бека Мейер. — Где бы ты еще меня стал искать?

Северные пригороды Тэды, 08.12

Выжимая из грузовика максимальную скорость, они вырвались из умирающего города и оказались в прилегающей к морю холмистой местности, где жилые дома были редки и разбросаны по всему побережью. Выглядывая из кабины, Джагди увидела, как вдали, за холмами, уже блеснула водная гладь.

— Каминский! Куда это мы едем? — спросила она.

— Не на базу, это уж точно. И не на эвакуационный пункт — эти сукины дети заблокировали все проезды. Я тут придумал одну вещь…

— Какого рода?

— Такого рода, что вам очень не понравится, если это не сработает.

— Каминский!

— Я думаю, в этом есть смысл, — сказал Каминский. — Это тот случай, когда прагматичный взгляд может помочь найти неожиданное решение.

Они свернули под эстакаду и затем спустились по крутому склону холма, по дороге, ведущей между зданиями рыбоконсервного завода. Неожиданно Каминский свернул направо и вывел грузовик на въезд во внутренний двор, который находился за заводскими цехами.

Во дворе располагался целый ряд крытых ангаров из древесно-стружечных плит, повернутых в сторону самого края берегового утеса. Все ангары были окрашены в зеленый цвет. Чтобы войти в ближайший из них, нужно было отпереть сбоку большие металлические ворота. Они были закрыты на все замки и запоры.

— Вылезайте, командир, — сказал водитель. Джагди вопросительно посмотрела на него.

— Я серьезно. Выходите.

Женщина вылезла из кабины и хлопнула дверцей.

Каминский дал задний ход и затем, используя грузовик как таран, въехал в тонкометаллические дверные листы ангара. Джагди даже поморщилась при ударе. Потащив за собой сбитую защитную решетку, грузовик отъехал назад и затем снова ударил в ворота.

— Во имя Трона, Каминский! — не выдержав такого зрелища, закричала Джагди.

После третьего удара листы подались в самом низу, частично вырванные из древесно-стружечной рамы. Каминский выпрыгнул из побитого грузовика.