Три звезды Форгетона - Настя О

— Скажем, что в раздевалке куртки оставили, если пристанут. И бахилы надо захватить!

— Бахилы — это что?

— Такие пакеты на ноги. Они синего цвета. Придешь на собрание без бахил — считай, опозорен. Мам, можешь принести? Я забыл.

— Сейчас, — кивнула я.

Пока Двайр просил Лешку представить в голове школу, Маша с Мишей смотрели на наше столпотворение с таким видом, словно в коридоре вершилась всемирная история. А когда, наконец, я передала Леше две пары бахил, а Двайр осторожно взял его за руку и исчез в телепорте, Машенька разочарованно вздохнула, поджав губки, и выдала:

— П-ка?

А я снова чихнула. Не разболеться бы не вовремя. Да детей не заразить.

В нашем случае это чревато долгим лечением…

— Говори немного, иначе Витальна сразу поймет, что ты ненастоящий отец или что ты не с Земли.

Лешка продолжил учить Двайра, когда они оказались в предбаннике школы. Неземной папа сразу подтолкнул мальчика внутрь, чтобы не замерз — из-под входной двери заметно поддувало. Оказавшись в коридоре и посмотрев, как Леша надевает бахилы, Двайр повторил его движения, не забыв возмутиться:

— Я настоящий!

— Тебе еще долго это доказывать. Поговоришь с Витальной — тогда и посмотрим, есть ли смысл с тобой иметь дело.

Маленький вымогатель напрашивался на остроту, но Двайр понял, что таким образом он пытается замаскировать ощущения от телепорта. Это ему, путешественнику по Вселенной с огромным стажем, мало что могло стать в новинку, а ребенок, доверчиво прижимающийся к нему во время переноса частиц, мог банально бояться рассказать о своих ощущениях. Двайр даже подумал, не зря ли он предложил именно этот способ, чтобы добраться до школы, но, если бы что-то пошло не так, взбунтовалась бы Рита. Наверное.

Но спросить не помешает.

— Ты хорошо перенес телепортацию, Леша?

— Что? — встрепенулся мальчик. — Да. Все хорошо. Необычно, но даже интересно.

— Если что-нибудь будет не так, скажи мне сразу, пожалуйста.

— Заметано.

На посту у охранника Леша сам назвал свою фамилию — Светлов. Рита во всем постаралась оградить детей от него, но в данном случае это было на руку.

— Что-то вы больно уж тепло оделись, молодежь, — подколол их мужчина в форме, у которого на рукаве Двайр заметил надпись на русском, вышитую мелкими буквами.

«Частное охранное предприятие».

Это как союзная гвардия, что ли? Он быстро оглядел пространство коридора и увидел довольно устаревшие модели видеокамер. Похожие еще применялись в отсталых мирах. В Галактическом Союзе в почете были дроны-невидимки с огромным запасом памяти. Они сменяли друг друга через равные промежутки времени, если не имели доступа к сети, и отправляли информацию в центр сбора, если проблем не было. Заряда у малюток обычно хватало надолго. Впрочем, как и памяти. Придется обсудить этот вопрос с О-Лейр-Оном, когда они снова пересекутся. Все же Землю стоило поддерживать разработками союза.

— Мы на машине приехали, — соврал, не моргнув и глазом, Лешка.

— Так я вас в камеры не видел, — хмыкнул в ответ охранник.

— Вы бы и не увидели, уважаемый, — авторитетно заявил Двайр. — Машиной мой сын называет наш домашний флаер, построенный по айдеанской технологии — слышали про таких? У него есть одно очень приятное свойство — невидимость. Если мы не захотим, нас и на собрании никто не увидит. Но мы, как честные граждане, пришли сами и приготовились слушать речь классной. Надеюсь, теперь нам можно идти?

— Можно. Проходите.

Охранник явно не ожидал такого потока слов со стороны Двайра, потому провожал их обескураженным взглядом. Слишком поздно Двайр понял, что за его вольность сотрудник гвардии мог бы вызвать… этих, как их там? Санитаров!

— Что, действительно невидимым можно стать? — Леша посмотрел на него с уважением.

— Приврал немного, — подмигнул ему Двайр. — Флаер — да, невидимым сделать можно. Но мы, когда из него выйдем, сразу же попадем под прицелы.

— Под прицелы? — вытаращился Лешка.

— Не обращай внимания, — отмахнулся Двайр. — Это все моя веселая и бурная молодость.

Лешка понял, что теряет лицо, и насупился по-старому. Двайр хмыкнул про себя — ну, точь-в-точь, как и он сам когда-то. Бездна интереса и еще больше — своих собственных предрассудков. В случае Двайра это, к сожалению, вылечилось только опытом. И он бы очень не хотел, чтобы Лешке пришлось его повторять.

Они поднялись на второй этаж, в широкий коридор, больше напоминающий площадь. На этаже имелось шесть кабинетов, и Лешка указал ему на самый левый.

— Наверное, первыми будем, — предупредил его сын. — Готовься, Витальна любит перемывать кости.

Когда Двайр представил себе добродушную старушку под паровым душем с охапкой костей подмышкой, то внутренне ужаснулся. Потом до него дошло, что это, скорее всего, образное выражение. Кира тоже, кажется, что-то такое уже говорила. Прав был Жорик — мозги у него совсем съехали набекрень. Требовалось скорее брать себя в руки, пока не стало слишком поздно!

Правда, зайдя внутрь помещения, Двайр понял, что в своих фантазиях ушел от истины не так уж далеко. Он не обратил особого внимания на обстановку — здесь оказалось так же невзрачно, как и во всем остальном городе, где он успел побывать. Разве что много столов со стульями вносили свои корректировки. Впрочем, в таком окружении была своя привлекательность. Если сравнить с тем же Сционом — Двайр непременно остался бы здесь навсегда.

Внимание форгетонца привлекла женщина неопределенного возраста. Точнее, судя по мелькающим среди остальных седым волосам, собранным в строгую прическу, середину жизни она уже перешагнула. Но вот гладкое волевое лицо без морщин говорило о том, что она еще в самом расцвете лет. А значит, Двайр не смог бы точно определить ее возраст. И нужно было готовиться ко всему.

Завидев Двайра с Лешей, женщина поправила полы темно-синего пиджака и поднялась со стула, находящегося рядом со столом в углу кабинета. Там же висела большая доска и что-то еще, сильно напомнившее Двайру проектор.