Уильям Форстчен - Битва флотов

— Нет. Всего лишь идиоты.

— Если и есть здесь предатели, так это вы и вам подобные! — сорвался Торн. — Пришло время вам заткнуться и следовать за правительством! Те же, кто не согласен с Родхэмом — предатели!

— Я никогда не был за правительством, — ответил Ясон. — Я был впереди, своей грудью прикрывая это правительство. Возможно вы, на Земле, забыли, что война принесла ужасные страдания всем. Ах да, вы же платили налоги, выполняли свои военные обязательства, и Бог свидетель, послали достаточно своих сыновей и дочерей на смерть в этой войне.

— Вы чертовски однобоки, — ответил Торн, — на войне погиб брат моей жены и множество моих студентов. А все ради чего?!

— Ради чего? Там, на границе, на колониальных мирах, мы черт возьми, прекрасно знали ради чего. Мы смотрели врагу в лицо, прямо в глаза. Мы знали, что, если килрафи, не дай Бог, проломят эту тонкую линию обороны, то наши миры превратятся в пепел. Я видел достаточно таких миров. Похоже вы, ребятки, сидя на Земле забыли это.

— Нет, далеко не все, — воскликнула Элен. — Я хочу мира, и я хотела бы верить Барону, но я понимаю, вас капитан.

— Меня зовут Ясон.

Она улыбнулась. Ясон заметил выражение крайнего неудовольствия на лице Торна. Ему явно не нравилось что кто-то в его окружение вдруг переметнулся к «врагу».

— Тогда черт возьми, если вы так хотите войны, то почему вы пьете здесь с этим килрафи?

Ясон звонко рассмеялся.

— Вы что, так ничего и не поняли?

— Послушай док, — присоединился к Ясону еще один пилот. — Если бы я встретил этого килрафи в бою, там, на линии фронта, я бы грохнул его, не думая ни секунды. Да и он точно также поступил бы со мной.

Кирха кивнул и ухмыльнулся, показав на секунду свои огромные клыки.

— Но тогда это был мой и его долг. Я могу ненавидеть его Империю, я могу ненавидеть то, что она творит. Но по крайней мере обычные коты, служившие на флоте, пилоты и экипажи кораблей дрались честно. Этот конечно не относится к имперским ударным легионам, те совсем другой породы, но этот кил совсем другой, по крайней мере я надеюсь на это.

— Я служил на флоте, — гордо объявил Кирха.

Пилот кивнул.

— И я уважаю его. По крайней мере, он перенес то же что и я: опасность, месяцы ожидания, мгновения парализующего страха. У меня гораздо больше общего с ним, чем с кабинетными философами типа вас, думающими, что они все знают о войне. Такие как вы, профессор, просто вызывают у меня отвращение. Вы думаете, что раз вы доктор философии, так вы уже Бог всемогущий, и каждый встречный теперь должен падать ниц и называть вас доктором. Некоторые самые большие дураки, которых я когда-либо встречал на войне или в политике, часто оказывались в роли учителей. Вы забиваете умы ваших студентов разными глупостями о мире, который вы даже не понимаете, а у вас нет никакого понятия о том, что на самом деле представляет из себя Вселенная. И теперь вы еще нападаете на тех, кто защищает вас от силы, которая размазала бы вас по стенке, будь у нее такая возможность.

— Вы просто еще один ничего не понимающий надевший военную форму хам, — процедил Торн.

Пилот взорвался.

— Я провел четыре года в академии Флота и шесть лет на высших офицерских курсах. У меня образование равное степени доктора в космоинженерии и девять лет войны за плечами, — прокричал он в лицо Торну. — Что касается Кирхи, то всегда и везде я буду при встрече ставить ему выпивку. А насчет тебя, проклятый толстяк — я пойду на смерть, защищая тебя, когда война начнется снова, несмотря на то, что от одного твоего вида меня тошнит!

Торн хватал ртом воздух, неспособный что-либо ответить.

— Идемте отсюда, — заявил он наконец оглядываясь на своих друзей. — Нет смысла о чем-то спорить с такими людьми.

— Что вы имеете в виду? — остановил его Ян.

— Вы знаете, что я имею в виду.

— Нет, не знаю. Просветите меня.

— Торговцы войной, вот вы кто. Вас выкинули за ненадобностью, и вы теперь вы не знаете что же вам делать, и живете теперь как свиньи, получая свою нищенское пособие от налогоплательщиков, таких как я. Если бы я решал эти вопросы, война была бы закончена много лет назад, и средства пошедшие на нее были бы потрачены на вещи, которые действительно чего-то стоят, а не впустую, на все эти ваши высокотехнологичные военные игрушки, не пригодные ни для чего, кроме убийства!

— Я думал, что свобода дорого стоит, — снова включился в разговор Думсдэй. — Много моих друзей погибло за нее. Много моих друзей погибло за то, чтобы вы могли вломиться сюда, изображать здесь туриста и говорить здесь о мире. Что же такое с вами и вам подобными? Вы слишком быстро забываете, насколько дорого на самом деле обходится ваша свобода, а затем проклинаете людей, которые вам ее дали. Неудивительно, что я всегда в депрессии, — произнес он и отвернулся.

— Теперь я вспомнил, где я слышал ваше имя, — продолжал Торн, забыв про Думсдэя и поворачиваясь к Ясону. — Это не тот голофильм, вы — один из ставленников Толвина. Он типичный представитель тех мерзавцев, о которых я только что говорил, и он получил именно то, что он заслужил. И я действительно согласен с Бароном, — его место на виселице!

Еще до того, как он закончил свою тираду, он понял, что слишком перегнул палку. Ясон вскочил со стула, и Ян с трудом удержал его от рукоприкладства. В баре стало тихо, как в могиле.

Торн отступил на шаг.

— Пошли, уходим отсюда, — засуетился он и пошел к выходу, безуспешно пытаясь демонстрировать свою браваду. Уже в дверях он оглянулся через плечо.

— Элен?

— Давайте Торн, убирайтесь отсюда! Или вам еще этого мало?!

Торн выскочил наружу и нарочно повышая голос, опять начал поносить Толвина и его сторонников.

Ясон развернулся обратно к стойке, когда Элен подошла к нему.

— Простите, Ясон.

— Почему бы вам не уйти, — сквозь зубы процедил он, пытаясь подавить гнев в своем голосе.

— Ясон, — тихо произнесла она коснувшись его плеча.

Он просмотрел на нее и дернул плечом, стряхивая ее руку.

— Он свихнувшийся идиот, — эмоционально всплеснула руками Элен.

— Я назвал бы его по-другому, — сказал Кирха, показывая свои зубы.

— Слушайте, Ясон, всегда бывают люди похожие на него.

— Да, конечно, однако, похоже он ваш большой друг.

Она тихо рассмеялась.

— Да, как черт. Он — профессор в каком-то идиотском комитете, созданном для осмотра и передачи нескольких военных баз, здесь на Луне, под гражданские нужды. А я тут, что бы освещать это грандиозное событие.

— Репортер?

— Да, я журналист, и мой журнал хочет, чтобы я сделала очерк об этом проекте. Вот как я оказалась с ними здесь этим вечером.