Уильям Шатнер - Мститель

Схожесть между более отдаленными мирами, такими, как Земля, Кронос и Вулкан как было доказано, является результатом генетического «осеменения» множества планет первой гуманоидной расой, которая развилась в галактике больше чем четыре миллиарда лет назад.

Но в чем эксперты все еще не пришли к согласию, так это в принятии существования в галактике естественной, межпланетной всесвязующей субстанции.

Общепринятое мнение придерживалось того, что любая подобная теория основывается на неточных наблюдениях и спорных выводах. По мнению тех, кто стоял на страже научного статус-кво, каждая имеющая жизнь планета являлась отдельным хранилищем биологических богатств, которое нужно эксплуатировать по собственному желанию, уверенно осознавая, что отдельные миры существуют естественном карантине, созданном холодным, заполненным радиацией вакуумом межзвездного пространства.

Но на Вулкане голос меньшинства говорил, что большинство ошибалось. Только потому что связующая субстанция не могла быть точно продемонстрирована сегодняшней наукой, вовсе не значило, что такая субстанция вообще не существует в форме неизвестной и, возможно, непостижимой для человека.

Эти ученые, предшественники Симметритского движения, утверждали, что каждая планета была звеном в жизненной цепи, которая развилась согласно ритмам естественного галактического отлива и прилива материи и энергии. Для тех, кто принимали вулканские постулаты, галактическая экология воспринималась как единый организм, неописуемо безграничный, действующий в таких масштабах времени, в которых рождение и смерть звезд были всего лишь мгновением ока.

Вмешиваться в естественное состояние этой галактической экологии, путешествовать между отдаленными мирами на искривляющих пространство кораблях, подверать изящно сбалансированные планетарные биосферы беспорядочным привнесениям инопланетных микробов, растений и животных в течение многих лет и веков, было преступлением. Экологическим преступлением.

Поскольку недавно сформированная Федерация начала формировать правила и инструкции организованного, совместного исследования всех миров галактики, именно на Вулкане научная оппозиция этой стратегии имела наибольшее число сторонников.

Эта оппозиция утверждала, что разумные существа должны обслуживать галактическую экологию, а не эксплуатировать её. Земляне, вулканцы, теллариты, андорианцы… граждане всех космических цивилизаций должны признавать и сохранять симметрию всех вещей.

Самый высокий идеал той симметрии утверждал, что галактика для живого существа в галактике нет различий.

Поэтому, если Федерация признаёт святость права индивидуума на существование, что она и сделала - тогда Федерация должна также принять святость всей жизни, включая существование самой галактики. Ведомые некоторыми из наиболее известных биологов и философов того времени, симметристы умоляли Федерацию, изменить ее хартию так, чтобы в каждом новооткрытом мире соблюдались строгие карантинные протоколы, чтобы каждая планета имела право на родную биосферу, а колонизация и последующее терраформирование распространялись бы только на те миры, которые были бы полностью безжизненными. Логика требовала не меньшего.

Однако, вспоминал Райкер, Федерация отклонила аргументы симметристов как необоснованные и недоказанные - и возможно, что более важно, как потенциально дорогие и способные привести галактические исследования к застою.

Только предоставление заинтересованными учеными твердых фактов, способных доказать, что их неправдоподобное представление о галактике обосновано, смогло бы сподвигнуть Совет Федерации повторно рассмотреть их предложения.

Но до тех пор Совет, управляющий Федерацией, продолжал расценивать галактику просто как ресурс, который принадлежал каждому.

- Когда вулканцы, которые выступали против честолюбивых планов исследования Федерации, остались в меньшинстве, - продолжил Пикард,- было положено начало движению симметристов. Сначала они объединялись в академические группы, призванные собирать данные для доказательства правильности их аргументов Совету Федерации. В конечном счете, симметристы стали примыкать к другим научным группам в других мирах, и возможности их деятельности расширились.

- Это относится к инциденту с заложником на Деневе, - сказал Райкер.

Пикард выглядел довольным, что другой член его экипажа разделяет его знание истории.

- Точно, Первый. В то время Денева являлась одним из наиболее красивых миров в квадранте. Ее биосфера была полностью развита, и соответствовала нормальной земной. Вот почему Федерация стремилась его колонизировать. И это был точно тот образец мира, который, по мнению симметристов, должен оставаться изолированным и нетронутым.

- Заложников было больше, - тихо сказала Диана Трой.

Каждый за столом посмотрел на нее с беспокойством.

Она уставилась на поверхность стола.

- Как часть моей учёбы в качестве советника, я принимала участие в разрешении деневского инцидента в симуляции на голопалубе. Группа радикально настроенных защитников окружающей среды с Альфы Центавра заявила, что любая попытка колонизировать Деневу приведёт к трагедии. Чтобы доказать свою правоту, они захватили первое судно колонистов, в тот момент, когда оно находилось еще на орбите, установили на нем взрывчатку, и угрожали уничтожить его вместе с колонистами, если Федерация не прекратит свои действия.

Трой посмотрела на изображение капитана на обзорном экране, и Райкер заметил с каким трудом она контролировала свои эмоции, оберегая судно и товарищей по команде.

- Радикалы сказали, что Федерации необходимо преподать урок. Вместо того чтобы позволить колонистам умереть из-за разрушения окружающей среды в течение более чем нескольких десятилетий, они решили, что власти уделят больше внимания этой проблеме если все колонисты погибнут сразу. Так что Федерация не сможет пройти мимо такой трагедии и будет вынуждена пересмотреть свою политику.

- Сколько колонистов, Дейта? - спросил Райкер.

- Шестьсот пятьдесят. Из которых четыреста восемь погибло, когда группа нападавших с Аркона предприняла попытку попасть на борт их судна. Звездный Флот потерял тридцать два человека и погибли все радикалы.

- Ужасно то, - продолжила Трой, - что во всех моделях, которые я перепробовала, я не смогла найти иного выхода. Это происходило до того, как было изобретено субпространственное радио. Не было никакой поддержки от командования. Не было связи с другими судами

Она вздохнула так, словно все это время именно она была в ответе за гибель этих невинных заложников.