Борис Иванов - Джокер и Палач
Еще на столе перед собратьями по несчастью стояли початые бутылки виски и стаканы. Закуска была представлена солеными орешками и жевательной резинкой. Но все трое вовсе не выглядели пьяными — должно быть, виски не брало их. Да и выпили друзья, судя по состоянию содержимого бутылей и стаканов, не так уж и много.
— Решила проверить, не поперевешались ли мы тут все с горя? — осведомился Тимоти. — Заходи, присаживайся. Если есть настроение выпить, наливай себе...
— Есть идея, — хмуро бросила Мика, не присаживаясь к столу, а просто прислонясь к стене.
— Спасибо, — невесело усмехнулся Тимоти. — Их у нас навалом, идей... Сян, ты у нас ведешь учет — под каким номером запишем Мику?
— Это будет семнадцатая идея, — покорно отозвался Сян. — Господи, что я делаю тут с вами? Мои братья сходят с ума... В ресторане — в такой дождь — готов пари держать, набилось народу как... А я сижу и выдумываю, как за неделю сделать чуть ли не миллион баксов! Ха!
— Не вижу ничего смешного, — подал голос мучимый угрызениями совести и затянувшимся похмельем Гринни.
— Смешно то, что вообще мы о такой глупости думаем, — объяснил ему Сян. — Если бы в природе существовал способ за неделю сделать миллион баксов, то тогда в этой природе не существовало бы таких голодранцев, как мы с вами, друзья...
— Ты верно говоришь, — нервно дернул головой Гринни. — Не о том думаем. Надо думать, куда «делать ноги». И «делать» их — поскорее...
— И бросить здесь все? — мрачно предположил Тимоти. — Я не собираюсь бросать свой бизнес...
— Конечно же нет, — язвительно согласился с ним Гринни. — Ты его прихватишь с собою на тот свет, этот свой бизнес. Он очень тебе там пригодится. Я говорю, ребята: что, если завербоваться на работы на Южный континент...
— Тогда уж точно не потребуется никакого Секача и никакого Мочильщика, чтобы отбросить коньки, — закончил за него Тимоти. — Тамошняя погода и тамошние зверушки все сделают за них. Нет! — Он вдруг грохнул костлявым кулаком по столу. — Я не собираюсь сдаваться! Должен быть выход!
— Правильно, Тимми, — согласилась с ним Микаэлла. — Вот если вы ребята мне подскажете, кого в Городах зовут Буфалло Биллом...
— Такой бык, вечно в свитере и при каблуках? — осведомился Сян. — Слегка фраер. «Грезник» по всем Грибным Местам толкает... И кое-что покруче. Не сам, конечно. Под ним целая команда ходит... Его несколько раз хотели притянуть еще и за вооруженный грабеж, но тип отвертелся.
— Я этого типа в лицо не знаю, — остановила его Микаэлла. — Но как будто похоже.
— Других Буфалло Биллов здесь не водится, — успокоил ее Тимоти. — А каким боком этот бандюк нам сдался в нашем положении?
— Типа штаб-квартира у него есть? — иронически подражая Тимоти, поинтересовалась Микаэлла.
— Есть вроде офис... — пожал плечами тот. — Типа он фирму содержит... По заключению сделок. И всякое-разное такое...
— Тогда, — пожала плечами Микаэлла, — я знаю, где будут лежать деньги и как их взять...
— Ты что?! — первым догадался Сян. — Собралась грабануть Билли?
Микаэлла посмотрела на него оценивающим взглядом и слегка поморщилась.
— Ограбление грабителей, Сян, — пояснила она, — преступлением не считается. Я так думаю...
* * *— Что?! — прохрипел Секач, поднимаясь из-за стола. — Что ты сказал?
Мочильщик молча развел руками. Потом, собравшись с силами, повторил то единственное, что мог сказать о случившемся. Секач сверлил его взглядом с такой ненавистью, что то, что во лбу у него не объявилась дымящаяся скважина, было в общем-то необъяснимым феноменом природы.
— Я так понимаю, — наконец произнес Секач, — что эти уроды... Эти уроды, которых ты нашел, не знаю, на какой помойке... — На секунду он захлебнулся бешенством, но довольно быстро смог взять себя в руки. — Что эти уроды, вместо того чтобы попросту провернуть простейшую форточную операцию, устроили в замке этого сраного сэра черт-те какое мочилово. И притом еще и самого Коннетабля завалили. Ты понимаешь, что это значит?
Вопрос был чисто риторическим. Все умственно вменяемые лица в Закрытом Мире понимали, что убиение Коннетабля одного из Доблестных Орденов — это далеко не то событие, которое останется без последствий. И притом последствий, весьма далеко идущих.,
— По-моему... — осторожно начал Мочильщик.
— Уродов — у-нич-то-жить! — отрубил Секач. Он прошелся взад-вперед по кабинету, присел на край своего огромного стола и озадаченно поскреб подбородок.
— Но нужно от них избавиться по-умному... — бросил Секач задумчиво. — Но... прежде всего...
Тут он запнулся и уставился на собеседника невидящими глазами.
— Вот что, — заговорил он наконец. — Прежде всего они должны отдать меч. И... И только тогда их надо аккуратно убрать. Так, чтобы никакой связи между нами не прослеживалось. В этой истории замазанным быть — на фиг нужно...
— Так что на первом месте? — попытался уточнить Мочильщик. — Меч или... э-э... Или чтоб не замазаться?
Секунды две-три они переглядывались, словно подозревая друг друга в полном идиотизме.
— Меч, — определил Секач.
* * *Все четверо проигравшихся собрались в офисе Тимоти. Вид у всех был не из лучших. Что было естественно после бессонной ночи. Каждый из пришедших и сам хозяин, перед тем как начать разговор, молча запалили по купюре в пять, а то и десять «орликов» перед фигуркой Тоумин-Шари — Молчаливого бога Замыслов, притаившегося в углу, среди алтариков дюжины других богов Пестрой Веры, которым поклонялся Тимоти. Конечно, не всерьез. Кто же принимает Пеструю Веру всерьез?
— Оружие у нас есть, — коротко бросил Сян и водрузил на стол довольно громоздкий сверток. Гринни помог развернуть его, и глазам четырех приятелей предстал сверкающий набор кухонных ножей и иных предметов, предназначенных для разделки мясных туш. Все трое его приятелей уставились на это великолепие.
— И с этим мы пойдем на дело? — недоуменно спросил Гринни. — Ты как это представляешь?
— А просто, — объяснил Сян. — Рукояткой — в рожу, лезвием — по рукам. Или по харе. Чтоб сообразили, кому кланяться...
Тимоти с деланым интересом заглянул Сяну в глаза:
— Я, кажется, мало знаю о твоем прошлом. Может, расскажешь что-нибудь интересное? «Якудза» или «Триада»?
Конечно, он шутил — то, что Сян являет собой почти самое миролюбивое существо в Семи Городах, было известно всем и каждому из его знакомых. А то, что он впал в необычно агрессивное настроение, было просто нервической реакцией на столь неординарный «наезд» Секача. Но шутка получилась не слишком веселой. Сян ответил Тимми глубоко обиженным взглядом.
— Нас, часом, за поварят не примут? — мрачно съязвил Гринни.