Джейн Астрадени - Вихрь неизбежности

— Женя?

— Моисеевич!

Он растопырил руки, загородив проход, и явно не собираясь её впускать.

— У тебя всё хорошо? — она попробовала усыпить его бдительность.

— Пока не жалуюсь…

Женька резко пригнулась и проворно нырнула в каптёрку под локтём инженера. Остановить лазутчицу он не успел…

Прорвавшись в помещение, Евгения хмуро оглядела собравшихся.

Хрусталёв с Фиримином, как и следовало ожидать… Рокен, ЗуЗоор, Гилех, Влад… Грегори?! И… качающийся над столом балахон… Дмерх! Шердан или Сингер?.. Шердан!

— А что это вы тут делаете?

— Разговариваем, — не моргнув глазом, заявил Рокен.

Итак, каптёрка имени Петровича-Моисеевича отныне стала штабом заговорщиков.

— И давно это у вас? — вопросила Женька, встав в позу. — А ещё друзьями называетесь!

— Тихо, Женя, не кипятись, — успокаивал её Моисеевич, смирившись с фактом проникновения и огорчённо прикрыв дверь. — У нас собрание.

— Научная секция, — солидно поправил Гилех.

— Не прикидывайтесь. Вы что-то замышляете. И я обязана доложить…

— У тебя паранойя? — осведомился Егор.

— В таком случае, у вас — дурдом на митинге!

— Нет, Женечка, безмолвное противостояние, — ввернул Грегори.

— Детский сад! Ясельная группа… И кому вы противостоите?

— Тэрх-дрегор, — мрачно обронил Рокен.

— Да ну!.. Вы серьёзно?

— Серьёзней некуда, — англичанин нахмурился, остальные промолчали. Влад посмотрел виновато. А Женя вознегодовала:

— Да как вы посмели! Под боком у любимого капитана… Хотите подставить командора?!.. Отчудить такое под носом у дэвхаров!.. Талех один из них…

— Вот именно! — высказался Рокен. — Это для тебя он — любимый командор. А для нас — один из них… В настоящий момент.

— Поэтому, мы от тебя и утаили, — заметил Фиримин. — Прости…

— Прости?! — Женька окончательно вышла из себя, так, что перехватило дыхание, и сжала кулаки. — Прости?.. Да вы… Вы — оба! Чуть не убили его! Едва не сломали мне жизнь… Своими экспериментами.

— Всё же обошлось, — возразил Фиримин.

— Откуда вы знаете? — она подозрительно сощурилась.

Все дружно посмотрели на Рокена.

Н-да, конспиративщики из них те ещё…

— А о чём речь-то? — попытался выкрутиться Егор, запоздало сообразив, что их, по существу, взяли на пушку. — Какие такие наши эксперименты и ваша с командором жизнь?

— Не финти! — Женька так разозлилась, что едва ли не топала ногами, но присутствие укоризненно вздыхавшего Моисеевича немного охладило её обвинительский пыл.

— Вам-то не стыдно, Иннокентий Моисеевич? Талех столько для вас сделал! Вырвал из лап дмерхов…

— Но-но-но! — проявился Шердан. — У дмерхов нет лап.

— Заткнись, капюшон с завязками!

Шердан переместился в угол, что-то обиженно шелестя.

— Ты сядь… Сядь, Евушка, — вздохнул Моисеевич, придвигая стул. — Садись… Успокойся, — тут же принёс стакан воды и впихнул ей в руку. — Давай-ка разберёмся, по-хорошему…

— Что ты знаешь? — поинтересовался Хрусталёв.

— Всё!

Женя понюхала жидкость в стакане, на всякий случай, и выпила сразу половину. Не настолько же Моисеевич и присутствующие здесь коварны, чтобы вырубить её, подсунув что-нибудь из джамрано-шакренских арсеналов. Хотя, от Рокена стоило ожидать…

Она с подозрением изучила стакан.

— Ничего там нет, кроме воды, — успокоил её Коршунов. — Я бы не допустил.

Владу она верила. И заодно порадовалась, что хоть одному индивидууму в этой «ячейке сопротивления» можно доверять.

— Что, всё? — уточнил Егор.

— А то, что это вы создали аномалию. Уж не знаю, как умудрились, но я знаю.

Она допила остаток и звякнула стаканом об стол.

— Это вышло случайно… — начал Фиримин.

— Погоди, Фир, — перебил его Хрусталёв и обратился к Женьке. — Кто ещё это знает, кроме тебя и наших?

«Наши» перекинулись красноречивыми взглядами.

— Никто.

— Тогда, как ты узнала?.. Признавайтесь, кто проговорился?!

Все разом замотали головами, кроме ЗуЗоора и Шердана. Линдри задёргал членами, а дмерх отрицательно заколыхался.

— Больше мы это нигде не обсуждали, — подтвердил Рокен. — После того раза… Она не могла подслушать.

Женька хотела было признаться в пользе телепатических таблеток, но резко передумала. Доверять «сопротивленцам» всё равно нельзя, пока среди них околачиваются джамрану. Да и без джамрану, не помешает нож в рукаве.

— Совсем меня за дуру держите? — насмешливо удивилась она, лихорадочно нащупывая нужную зацепку.

«Будем импровизировать!»

— Я просто сопоставила факты, когда увидела вихрь и вспомнила аномалию из системы Хвоста. Наблюдала в записи… Сравнила. И ещё, я в курсе, что Фиримин брал образцы.

Всё-таки Рокен иногда чересчур много болтал.

— Да-да, ни для кого не секрет, что вы на своём БЗИКе изучаете аномалии всякие и проводите эксперименты. Да, Гилех?

— А что я? — попробовал отвертеться учёный.

— Ну, ты же, помнится, возмущался — у нас, мол, свои специалисты есть.

Крыть Гилеху было нечем.

— Так вот…

— И ты сама пришла к таким умозаключениям? — искренне поразился Грегори.

Женя, конечно, понимала, что её подача никуда не годилась, но продолжала вести счёт.

— Так вот… Я не договорила. Коль уж вы знаете о четвёртом этапе, — она свирепо уставилась на Рокена, — полагаю, для вас не секрет, как вспышка аномального излучения повлияла на дисс-камертон. Поразительное совпадение! Аномалию как раз зафиксировали в районе станции… Как видите, я умею правильно сочетать переменные… Грегори! — взгляд уткнулся в землянина, а затем переместился на шакрена. — Ведь тогда вы и начали свои эксперименты? Верно?

— Да, — кивнул Фиримин. — И тогда воронка открылась впервые. На несколько секунд…

— Фир! — запротестовал Егор. — Ева — жена командора.

— Я не стукачка, — оскорблёно заметила Женька.

— Причём здесь это? — вмешался Гилех. — Командор пользуется геномом телепатии, а ты к нему ближе всех.

— Это ничего не меняет. Так он способен прочитать мысли любого из вас. Талех применяет геном на допросах и переговорах, где я редко бываю. И… Он всегда предупреждает, если…

Тут Рокен расхохотался.

— И что в этом смешного?

— Предупреждает? Уверен, в половине случаев. Уясни, наконец, что ты — замужем за джамрану. Мы всегда недоговариваем. Знаешь поговорку?

— Какую?

— «Джамрану всегда говорит «может быть», а если джамрану говорит «да» или «нет», то это не джамрану».