Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович
Рассуждения Матеуса прервал присевший перекусить Крил. Все это время электронщик старался находиться как можно ближе к продюсеру, подслушивая и высматривая на экране данные, получаемые с поверхности и из космоса. Ему удалось насобирать довольно много информации, вот только пригодится ли она?
По всему выходило, что основные силы военной эскадры выполнили свои небольшие маневры в выбранном районе космоса и теперь спешно передислоцировались в другое место. Однако они оставляли на орбите два больших сторожевых судна и три фрегата внешней поддержки, так что о побеге можно было и не мечтать.
На астероиде когда-то прекрасно функционировали три противометеоритные батареи. Еще недавно одна из них вполне отлично работала, но при бомбежке досталось и ей. По каким-то договорам уход за батареями велся специальными рембазами Элитного Флота. Командующий эскадрой дал соответствующий заказ-запрос, его приняли – и теперь к астероиду на всех парах мчалась дежурившая поблизости рембаза. В ее задачу входило за короткий срок вновь привести все три батареи в надлежащее состояние боеготовности.
Матеус сразу же встрепенулся: было над чем подумать. Ведь если захватить такой уникальный многопрофильный объект, как рембаза, то при благоприятных условиях появлялась возможность вырваться из плена. Минимальная возможность, но… сбрасывать со счетов ее не стоило.
Поэтому Николай переспросил:
– И когда же к нам помощь поспеет? А то вдруг опять бомбить камнями начнет – тогда уж точно прихлопнет, как мышек в стеклянной банке.
– Да я так и не понял, – вздохнул Крил с сожалением. – Вроде как завтра обещали.
– Тоже неплохо, – обрадовался Матеус – Обязательно посмотрим, как они подремонтируют наши батареи.
Он знаками разъяснил товарищам их задачу: следить за прибывающей рембазой и о любой детали немедленно докладывать ему лично. Хорошо, что в свое время бывший лейтенант не поленился обучить единомышленников жестам, позволяющим незаметно вести переговоры под носом у врага, и теперь пользовался плодами своей предусмотрительности.
Также он напомнил о том, что Гайс через своих подручных может передать новую информацию, и попросил следить за бывшим графом во время его разговоров с Мердо-ком, Кацки и Горбатым и тщательно запоминать, какого уха касается предположительный и пока еще не до конца проверенный «распознаватель лжи», или, как иногда называют таких людей, эспер.
Приятное ничегонеделание закончилось одновременно с обедом. Теперь на съемочных площадках мучили и истязали всех оставшихся актеров – не то что переговорить, даже подумать было некогда. Только ночью, уже засыпая, Гилана вдруг выдала:
– А ведь они полные бараны в космической навигации.
Николай сквозь сонный туман уловил слова, но отнюдь не суть сказанного. Поэтому замотал головой, взбадриваясь, и переспросил:
– Кто – они?
– Да те две пары, которых сегодня отправили в Кометный Серпантин.
– И что из этого?
– Да вроде ничего, но это как посмотреть. Ты у нас командир, вот и думай.
Действительно, пленников могли использовать совершенно в другом месте. Вот только в каком и для чего? Вариантов получалось чересчур много, поэтому Николай вполне справедливо решил обдумать их все завтра на свежую голову. Тем более что могли подоспеть некоторые новости и по-иному объяснить происходящие события.
– Спим, – буркнул он и первым провалился в сон.
Утром произошло радостное событие. Еще до завтрака в столовой пленников установили экран, совмещенный с крабером, и открыли прямую связь с Кометным Серпантином. Состоялось двадцатиминутное общение с двумя парами, уже прибывшими на свое новое место жительства.
Все четверо были невероятно довольны. Они по очереди вырывали крабер друг у друга, показывали свои лица, окружающее их убогое жилье и радовались, радовались, радовались, попутно и невпопад отвечая на лавину вопросов, которые им задавали оставшиеся на астероиде пленники.
Полученная информация всех успокоила и удовлетворила окончательно. Даже Гайс, выкрикивающий большинство вопросов и мельтешащий впереди всех, озадаченно покрутил головой, почесал правое ухо и, пожав плечами, поплелся к своему столу. Лжи он никакой не обнаружил. А значит… свобода близка?
Но ее еще предстояло отработать до конца.
И снова напряженные часы съемок… Снова целый день переодеваний, вонючего грима и поливания субстанцией, заменяющей кровь.
Непонятно почему усилились придирки со стороны главного режиссера. А у Бориса Кацки стали косить глаза, словно у него начался нервный тик.
Да и артисты-гаибсы во главе с Рутом Галичано словно сговорились и вновь стали унижать, оскорблять и физически ущемлять бесправных пленников. Пару раз сорвались и охранники, со злобой пройдясь дубинками по спинам не слишком расторопных.
Но перед самым отходом ко сну всех взбудоражила новость: еще шесть человек отправляются на рассвете в Кометный Серпантин. Одна четверка состояла исключительно из мужчин: в нее входили Гайс и три уголовника из его окружения. То есть никто и не собирался разделять компании, образовавшиеся в плену – по крайней мере, небольшие, – а уж про пары Мердок давно и торжественно объявил, что те не расстанутся до самой смерти.
Еще двух человек отобрали из «бригады подскока». Ими оказалась парочка влюбленных: Грэг Доминго и Бетти Курочка. Охранники вошли в камеру, когда все уже готовились ко сну, и скомандовали:
– Бетти и Грэг, прощайтесь с друзьями. Возможно, что надолго, если шеф вам не разрешит поболтать по краберу. Берите свои личные вещи – и на выход. Транспорт будет через несколько часов, а вам еще придется досняться в нескольких сценах. Поторопись!
Работать по ночам пленникам было не привыкать, особенно бывшему крестьянскому парню. Но сейчас Грэг как-то загрустил и, по очереди прощаясь с товарищами, чуть не хныкал:
– Обещайте, что обязательно нас разыщете в этом чертовом Серпантине! Как жаль, что вы остаетесь, лучше бы мы были последними…
– Не переживай, дружище!
– Обязательно найдем!
– Бодрись и береги нашу Курочку!
– И не вешай носа, все будет солнечно и красиво!
В общем,