Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй

Кит подбежал к ней, а Касс бросилась к доктору.

— Мина! — заорал Кит. — Мина, ты в порядке?

Веки девушки дрогнули, мелькнули белки глаз. Она застонала.

— Не шевелись, — уговаривал Кит. — Все, все, все, только лежи тихо. — Он попытался повернуть ее на спину и освободить зажатую руку. Мина закричала от боли. — Извини, — бормотал Кит! Дай я посмотрю.

Но и так было понятно, что рука сломана. Любое движение причиняло боль, на глаза наворачивались слезы.

— М-да, — сказал ей Кит. — Рука сломана. Сделаем тебе перевязь. Только успокойся, ладно?

Когда боль немного отпустила, Мина открыла глаза и прошептала:

— Доктор… Где доктор?

Кит повернулся туда, где Касс стояла на коленях рядом с доктором.

— Касс, как там доктор Юнг?

Касс подняла голову. Лицо ее было бледным, а руки заметно дрожали.

— Юнг? — произнесла она тихим приглушенным голосом. — Я думаю, доктор Юнг мертв.

Десятый сеанс наблюдений на радиотелескопе Jansky Very Large Array дал тревожные результаты по двум разным причинам. Первичный анализ данных показал, что возмущение в секторе B240-22N растет. Область, где впервые было замечено несоответствие, разрослась за относительно короткое время, прошедшее с момента предыдущего сканирования. Две другие обсерватории, которые доктор Сеглер привлек к проекту, подтвердили результат. А полный контроль над программой вот-вот готов был перейти к другому ведомству.

— Они хотят захватить операцию «Сумерки!» — ревел Дворжак. — Они хотят заморозить финансирование. Но это наша программа! — Он стукнул кулаком по столу. — Скажите, пусть засунут свой контроль… сказать, куда, или сами знаете?

— Ладно, Лео, успокойся, — проговорил Сеглер. — Никто ничего не захватывает. Мне звонили из COCC

— Если бы не мы, в НАСА понятия не имели бы об этом явлении! — не успокаивался Дворжак. — Они не могут просто перехватить исследования, они же не умеют эксплуатировать наше оборудование! Значит, исследования неизбежно затормозятся. Вы должны отвадить их. Пусть собирают вещички и сматываются!

Дворжак вылетел из кабинета, сильно хлопнув дверью.

— Вашу точку зрения я тоже принял к сведению, — вздохнул Сеглер, снова опускаясь в кресло. — И нечего тут дверями хлопать.

Кларк наблюдал за происходящим из другого конца комнаты.

— Сочувствую, Сэм.

Сеглер невесело рассмеялся.

— Кому? Ему или мне?

— Вам обоим. Конечно, неправильно, если НАСА возьмет контроль над исследованиями. Пользы от этого никому не будет. Во-первых, это плохо сказывается на моральном духе ученых. Вам понадобятся очень сильные спонсоры, чтобы продолжать исследования. За свою карьеру я несколько раз побывал директором проектов и, поверьте, знаю, как сложно уладить межгрупповые противоречия и дать возможность проекту развиваться дальше.

— Сейчас это главное, — заметил Сеглер, опираясь локтями на стол и обхватив голову руками. — Сохранять все в тайне долго не получится. Данные проверяются и анализируются независимыми центрами в разных местах, что-то скоро обязательно дойдет до CNN. И тогда рванет!

— Да, секрет долго не продержится. Он слишком большой и скоро вылезет наружу. Поэтому так важно выяснять, что там на самом деле происходит. — Кларк кивнул на бледное небо пустыни. — Можете не соглашаться, но главная цель на данный момент — остаться в игре. Во всяком случае, я так считаю. Нам нужна информация, и надо приложить все силы, чтобы продолжать ее получать независимо от того, кто всем заправляет.

Сэм Сеглер кивнул и бледно улыбнулся старому другу.

— Спасибо. Вы меня воодушевили. — Заметив, что Кларк не согласен, он быстро поднял руку. — Нет, я вполне серьезно. Время от времени мне нужно напоминать, что главное — это данные. Я пойду на сделку с НАСА. Это по крайней мере позволит нам сохранить место за столом переговоров.

— Ну, если в этом смысле, то, пожалуй, я и хотел вас воодушевить. — Кларк удивленно оглядел комнату. — А куда делся Джанни?

— Думаю, сидит в командном центре. Хотите, я позвоню ему?

— Нет, спасибо, — ответил Кларк, вставая. Он потянулся и направился к двери. — Сам пройдусь, посмотрю, как там в войсках с моральным духом. Я вам нужен?

— Нет, идите, — ответил Сеглер, уже просматривая информацию на мониторе. — Только что пришло письмо… Через десять минут у меня, оказывается, селекторная конференция с НАСА и COCC.

— А, ну тогда удачи.

Кларк закрыл дверь и направился к логову «Пустынных крыс». Джанни действительно был там и сидел за рабочим столом. Весь персонал столпился вокруг итальянского астронома и внимательно смотрел в монитор.

— Привет, земляне, — сказал Кларк, подходя к собравшимся. — Как дела?

Аспирант Джейсон поднял голову.

— Юта-Остин только что прислали обновленную таблицу данных, — сказал он, кивнув в сторону невидимого экрана.

— И? — спросил Кларк.

— У них там что-то определенно не в порядке.

— Да? А можно и мне взглянуть? — спросил Кларк.

Джейсон уступил ему место. Склонившись через плечо Джанни, Тони на экране поверх зеленой разметочной сетки увидел красную ниспадающую зубчатую линию уходящую ниже зеленой ограничительной внизу. Он сверился с координатами на графике и задумчиво спросил:

— Я в самом деле это вижу?

Один из астрономов повернулся к Тони и кивнул.

— Какой-то космический утес. По-другому не скажешь.

Обычное сканирование значений красного смещения объектов вблизи космического горизонта показывало возмущение — ту самую аномалию, которая и дала жизнь проекту. Нарушение подтвердили последующие сканирования других секторов, проведенные разными обсерваториями. Астрофизики из Техасского центра сравнили данные последних пяти сканирований с трех отдельных радиотелескопов, чтобы как-то привязать процесс к временной шкале. Другими словами, если бы расчетные траектории продолжались так, как наблюдалось, конечный результат на графике должен быть похож на поперечное сечение склона горы, начинавшееся плавным подъемом, а потом резко падающее, как Гранд-Каньон.

— Что по оси времени? Годы или месяцы? — спросил Кларк.

Джанни покачал головой.

— Недели, — ответил он, не отрывая глаз от монитора. — Всего несколько недель.

Один из астрономов ткнул пальцем в экран там, где красная линия пересекалась и опускалась за границу графика.

— Вот здесь заканчивается расширение и начинается коллапс.

— Начало конца, — прошептала женщина-астрофизик. Она подняла голову и влажными глазами посмотрела на своих коллег-астрономов. — Боже, помоги нам всем.

Кит стоял над телом Томаса Юнга. Крошечные струйки дыма вырывались из-под воротника и манжет льняного халата доктора; левая нога ученого оказалась босой: энергетический выплеск сбил с него и ботинок вместе с носком. Пахло паленой плотью.

— Кит, — позвала Касс, стоя на коленях рядом с телом, — что теперь делать?

Кит опустился на колени рядом с еще теплым телом. Дыхания не было, стальная оправа очков перекошена, линзы треснули. Он взял руку Юнга и осторожно положил ее на неподвижную грудь; другую руку трогать не решился, она была страшно обожжена.

— Мне страшно, Кит, — пробормотала Касс дрожащим голосом. — Очень страшно…

Кит обнял ее за плечи и некоторое время прижимал к себе, ожидая, пока пройдет первая волна отчаяния. Он чувствовал, что должен был как-то помешать случившемуся. Ему опять не хватило бдительности, осторожности… Так не должно быть. Он же понимал, что такое может произойти. Ему следует…