Туман - Цзисюй Вэйфэн

года Звёздной эры. Это было обычное утро. Пришла весна, и прошёл обильный дождь. С раннего утра до рассвета шёл дождь, — Цзи Юйши медленно заговорил. — Я не вставал слишком рано, потому что мой отец всегда вставал первым. Перед работой, он, как обычно, приготовил для меня завтрак. Это был очень грубо приготовленный яичный бутерброд со стаканом сладкого горячего молока. На столе был ужасный беспорядок, заваленный листами с формулами, которые я не мог понять в то время. Даже после того, как я отодвинул эти бумаги и закончил завтракать, он этого не заметил. И только когда я собирался уходить, он догнал меня с плащом и извинился, сказав, что ему снова придётся работать сверхурочно.

Эти отрывочные детали могут быть не важны для дела, но это было последнее общение Цзи Юйши с его отцом.

Сун Цинлань тихо слушал, не перебивая его.

Цзи Юйши продолжил:

— Он не пошёл на работу после того, как я ушёл в тот день, потому что он умер дома. Его ударили ножом в грудь.

Эти простые слова представили сцену семнадцатилетней давности перед глазами Сун Цинланя.

Цзи Юйши сказал:

— Судя по времени его смерти, он умер вскоре после моего ухода. Полиция расследовала это дело, проверила все записи в общине в тот день и нашла подозреваемого.

Подозреваемый?

Услышав это, Сун Цинлань не мог не спросить:

— Дело не раскрыто?

Цзи Юйши слегка кивнул, подтверждая это. Он был немного ошеломлён, словно погрузился в свою память. Затем он повернул голову и сказал Сун Цинланю:

— В то утро мы с убийцей прошли мимо друг друга в коридоре.

Дыхание Сун Цинланя остановилось. Он внезапно почувствовал, как его грудь сжалась. «………»

Сколько лет было Цзи Юйши в 1439 году? Наверное, всего восемь.

Цзи Юйши не говорил слишком взволнованно или грустно. На самом деле он просто сказал:

— Я был тогда слишком мал и не видел лица убийцы. Даже после того, как я начал страдать от гипертимезии и стал способен вспоминать многие вещи, я мог вспомнить только одежду убийцы и его походку в тот день, но не лицо. Потому что в тот день я этого не видел.

Гипертимезия Цзи Юйши.

Сун Цинлань вспомнил, что Цзи Юйши упомянул, что его гипертимезия не была чем-то, что он имел от рождения, когда они были в тропическом лесу. Однажды он приобрёл это и внезапно обнаружил, что может вспомнить все свои переживания и все детали.

Так была ли гипертимезия Цзи Юйши из-за этого?

Детская травма. Несмотря на то, что он отчаянно вспоминал и был в состоянии вспомнить все детали, он не мог изменить этот факт.

Каким отчаянием это должно было быть?

Не в силах представить, как ребёнок может справиться с чем-то подобным, Сун Цинлань наконец понял, почему Цзи Юйши вырос таким и стал тем, кем он является сегодня.

Отсутствие способности забывать.

Это очень жестоко для людей, страдающих от сильной боли.

— Позже меня усыновил друг моего отца, который является моим нынешним учителем, — сказал Цзи Юйши. — Он отличный психолог. Можно сказать, что без него меня бы сейчас не было.

Сун Цинлань:

— Это тот человек, который тебе только что звонил?

Цзи Юйши кивнул:

— Да. С помощью учителя я присоединился к Тяньцюн и стал Регистратором.

Сун Цинлань понял.

Только после выполнения 100 миссий Регистратора, прохождения испытания временем и становления Регистратором, который может быть по-настоящему равнодушным перед лицом истории, Цзи Юйши мог вернуться в тот день, чтобы встретить смерть своего отца. Награда, которую он хотел, заключалась в том, чтобы вспомнить о внешности убийцы. Даже если было слишком поздно, более чем на десять лет, он всё равно хотел справедливости.

Всю свою жизнь до сих пор это было целью Цзи Юйши. Он явно страдал от гипертимезии, но продолжал возвращаться в прошлое снова и снова, заполняя свой разум не относящимися к делу сценами, полагаясь только на этот маленький источник надежды пережить боль.

Когда жизненная цель человека становится слишком тяжёлой, он становится очень одиноким, как если бы помимо этой цели в жизни не было ничего другого, что имело бы значение.

В ужасном мире, полном зомби и чёрных стен, Цзи Юйши не сдавался.

В расщелине времени, где все не имело смысла, Цзи Юйши не сдавался.

Но на этот раз он почти сдался.

Сун Цинлань понял, насколько соблазнительным был этот звонок для Цзи Юйши. В то же время он, казалось, понял, что тот имел в виду, говоря «у меня нет такой реальности».

Хотя Цзи Юйши уже пришёл в себя, Сун Цинлань был уверен, что тот серьёзно думал о том, чтобы сдаться, когда получил этот телефонный звонок, и, должно быть, серьёзно обдумывал идею остаться в этой реальности.

Это произошло потому, что Цзи Юйши знал. Реальность здесь была иной только пятнадцать лет назад. Для Цзи Юйши, пока он мог вернуться в 1439 год для достижения своей цели, не имело значения, в какой реальности он находится.

Что заставило Цзи Юйши передумать?

Сун Цинлань не мог догадаться, но был рад. Он попытался не допустить, чтобы атмосфера стала слишком тяжёлой.

— Советник Цзи, если бы я знал тебя раньше…

Ясные глаза Цзи Юйши посмотрели на него. «..?»

На мгновение ошеломлённый взгляд Цзи Юйши был немного милым. По какой-то причине Сун Цинлань почувствовал, как его сердце внутри смягчилось.

Фактически, его следующей фразой было «Я мог бы сопровождать тебя раньше», но как только она достигла его губ, он почувствовал, что это неуместно, поэтому Сун Цинлань откашлялся.

— Если бы я знал тебя раньше, я бы раньше попросил перевести тебя в