Теневой двойник - Рина П

— Чего? Незачем, мне плевать, на чëм лежать, я ж могу вообще не спать.

— Тебе надо изредка входить в режим сна, да даже моему ноутбуку надо! А кровать в той комнате больше подходит для пыток, такую стыдно предлагать гостям.

— У гостей есть свой дом, где они и должны спать, а там моя комната. — Улыбаюсь, а Кирилл приземляется рядом. От его оголённых рук исходит тепло, и моё истосковавшееся по простой человеческой близости тело ликует.

— Верно, и незваным гостям в нашей жизни делать нечего. Изобразим ненадолго нормальную ячейку общества.

Мы начинаем есть фисташковое мороженое, нежный ореховый вкус наполняет рот, и я довольно сглатываю.

— Мы не созданы для еды, но мне очень вкусно, — неловко признаюсь Кириллу, краем глаза наблюдая за его реакцией. — Знала бы я, как легко тебя изменить, в первый же день убежала бы!

Кир развернулся и уставился немигающим взглядом в мои глаза.

— Ты часть моей работы, — медленно, но без прежних ноток раздражения произносит он. Затем отворачивается к экрану и начинает поедать мороженое. — Когда папы не стало, меня поставили перед фактом, что слишком многое теперь лежит на мне, включая отслеживание того, чем занимаются наши любимые DoppelSoft. Любой косяк — и мы имеем право разорвать сотрудничество, несмотря на многолетнее партнёрство.

— Тебе бы этого хотелось, неправда ли?

— Что? С чего ты взяла? — Он подозрительно окидывает меня взглядом. — Они при тебе что-то говорили?

— Нет, но мне показалось, тебе не особо приятно иметь с ними дело. И я не верю, что так уж мало фирм хотят с вами работать.

— В проницательности тебе не занимать, — усмехается Кирилл, — но, как я уже упоминал, фирма пока с нашими запросами справляется, и меня всё устраивает. И да, мы получаем кучу предложений даже из-за границы, ты права, но смысла что-то менять нет.

— Тогда почему ты им не доверяешь? Мог бы оставить меня в лаборатории, они бы переделали мой чип под какого-нибудь двойника Николая Ивановича и исследовали заново. И почему кладбище?

Я представляю, как просыпаюсь вновь на кладбище в какой-то душной чёрной коробке с мыслями, что меня хоронят заживо. Бр-р-р. Ещё раз переживать подобный опыт не хочется даже с учётом стёртой памяти. — Кладбище?

Неужели он не знает?

— Они включили меня на кладбище. Специально наняли грузчиков, которые притащили коробку со мной на чужие могилы.

Левая бровь Кирилла в недоумении взлетает вверх.

— У меня есть предположения, почему именно кладбище, но никогда бы не подумал, что Николай Иванович до такого дойдёт, — со скепсисом произносит он.

— Ну, как видишь, дошёл. — Пожимаю плечами и вытираю тыльной стороной ладони остатки мороженого с щеки. Кирилл ощущается таким родным, а момент — чем-то абсолютно нормальным, что должно происходить во всех семьях каждый вечер, и эта близость почти полностью затягивает пустоту в груди.

— Старику нужно было понять, сохранилась ли в тебе память от прошлой жизни. А та оборвалась на кладбище, полагаю, на том самом месте. — Его лицо становится серьёзным. — Ты смотришь вглубь, я на самом деле не одобряю то, чем они занимаются. Задача DoppelSoft — поставлять улучшенные операционки и программы под наши запросы, а отдел Николая Ивановича пытается уйти в науку.

— Разве это так плохо? Ведь то, чем вы занимаетесь, и есть наука? — вспоминается безумный блеск в глазах, будто я встретилась с доктором Франкенштейном из фильма начала тридцатых.

— Начнём с того, что наука — стезя наших разработчиков. А от них требуется практическая часть. Реализация, иными словами. И что мы видим? — Кирилл разливает сок и протягивает мне стакан. — Николаю Ивановичу с ребятами приспичило защитить докторские. А как можно совместить приятное с полезным? Правильно! Разработать инновацию, о которой никто не просил.

Моя ладонь так болезненно сжимает стакан, что, кажется, он сейчас лопнет прямо в руке.

— И они что-то сделали с моим чипом, из-за чего я не похожа на доппельгангеров предыдущего поколения? И больше таких, как я, нет?

— Таких, как ты, нет. Был один, твоя прошлая реинкарнация, если разрешишь мне так пошутить, но других нет, только ты.

Так вот почему нигде не было документации — для моей модели её даже не сделали!

— И что же это за инновация, которая тянет на несколько докторских? Или ты сам не знаешь, вот и пытаешься понять, делая вид, что хочешь общаться со мной? — сама не замечаю, как в голосе проскакивают агрессивные нотки. Думала, посмотрим вместе фильм, да и Кирилл, похоже, настраивался на это, даже ноутбук приготовил. А по итогу снова обсуждаем, что со мной не так!

— Попозже расскажу, сам ещё окончательно не разобрался. — Отмахивается Кирилл, начиная выбирать фильм.

— Тогда последний вопрос, и я отстаю.

— Слушаю.

— Клара жива и здорова. — Делаю многозначительную паузу. — Думаю, ты понимаешь, о чём мне интересно узнать.

— Понимаю, моя хорошая. — Кирилл тоже замолкает и внимательно смотрит на меня. — Всему своё время, давай уже наконец включим кино.

* * *

* * *

Вскоре привезли телефон, хороший такой не очень дорогой смартфон. Кирилл создал мне аккаунт в соцсети и добавил в контакты себя, Лёшу и Сашу.

— На всякий случай, — прокомментировал он, отдавая новый прибор, — лишний раз их не беспокой, не надо.

— Не буду. — Верчу блестящее устройство в руках. — Тяжёлый.

— Держи при себе, оставишь где-нибудь — прибью. А теперь пойдём на кухню, мы с Сашей будем вынимать тебе чип.

Этого момента я действительно ждала. Мне доверяли или, по крайней мере, делали вид. Конечно, где я планирую на два шага вперёд, Кирилл вполне может рассчитать все десять, просто так взять и сбежать мне он вряд ли позволит. Но не зря он достаёт маячок — ему не нужно, чтобы коллеги по цеху, как я их обозвала, то есть Николай Иванович со своей дочкой, знали, где я нахожусь. А уж я найду способ снова сбежать, мне отвели время на жизнь, и я не могу не исполнить свою заветную мечту.

— Лучше нам этим заняться у меня дома, — констатирует Саша, ковыряясь у меня в верхней части спины.

— А что такое? — настораживается Кирилл.

— Ну во-первых, как только я его деактивирую, они об этом узнают, но местоположение уже не получат, поэтому, наверное, твоя красавица сразу же поедет к тебе. — От меня не ускользает ирония, с которой та говорит о Кларе. Её действительно недолюбливают, и это доставляет удовольствие. Порой пробегают мысли, что лучше бы её вообще не было. Да, я