Регрессор: Я заберу ваши силы. Книга 1 - Александр Кронос

Система определения рангов появилась на пятый день после падения Столбов. Её предложил афинский медик, который исследовал целую группу Защитников. Разработав схему определения ранга по концентрации меноса внутри тела.

Самый простой вариант — анализ крови. Либо заменяющей её жидкости, как сейчас у меня. Второй компонент — биопсия тканей. Третий и резервный, если требуется экспресс-тест, а кровь проанализировать невозможно — слюна.

Именно тогда появилось одиннадцать рангов. Лямбда имела такие показатели, что казалась абсолютно недостижимой. Именно так называли одиннадцатый ранг во время интернет-дискуссий. А потом этим словом начали обозначать тех, кто перешагнул рамки официальной линейки.

Различий между топовыми Защитниками тоже хватало и провести градацию было возможно. Но они не горели желанием подпускать к себе медиков — информации о Недостижимых у исследователей было немного.

Сам я достиг этого ранга через два с половиной года после Контакта. После чего совершенствовался всё оставшееся время. Но тогда у меня не имелось нынешнего бонуса. Чтобы достичь ранга «гамма» потребовалось почти два месяца непрерывных вылазок. Сейчас я проделал всё за одну.

Заодно обретя две уникальные способности. Первая, поначалу могла показаться не слишком интересной — всего лишь возможность левитировать над любой плоской поверхностью. При нынешнем уровне силы — на расстоянии приблизительно в тридцать сантиметров.

Двигаться я при этом тоже мог, но скорость оставалась скромной. Не выше десяти километров в час. Да и то — долго держать такую не получилось бы. Используя одни свои усиленные ноги я мог двигаться куда как быстрее.

Однако всё менялось, если добавить ещё одну особенность. Я мог перемещаться не только горизонтально. Способность срабатывала и в вертикальном режиме. С точно такой же скоростью.

Достаточно было подойти к стене дома, оказавшись на нужном расстоянии и можно было имитировать истребитель вертикального взлёта. Почти как усечённая версия супермена. По мере увеличения концентрации меноса, расстояние до плоской поверхности нужно будет всё меньше, скорость начнёт расти, а площадь условной опоры, которая мне требуется, станет сокращаться.

Даже сейчас я мог подняться по стене любого небоскрёба на необходимую высоту.

Вторая способность изменила мою кровь и все телесные жидкости. Заодно переработав плоть. Хорошая новость была в том, что теперь я был токсичен. В буквальном смысле этого слова — если медведь попробует отгрызть мне руку, ему моментально разъест всю пасть. Плохая — это распространялось абсолютно на все жидкости. А контролировать процесс я начну только после достижения пятого ранга. И это будет получаться далеко не всегда.

Но если снижать долю отравы я пока не мог, то вот управлять этими самыми жидкостями — вполне. Самой убойной была кровь. Изменившаяся и при необходимости, вырабатываемая организмом в безумных количествах. Зелёная жидкость свободно просачивалась через поры и находилась под полным моим управлением. Прямо сейчас — только пока оставалась в контакте с моим телом. Потом, когда вырастет концентрация меноса в атмосфере, я смогу управлять жидкостью на расстоянии в десятки метров от собственного тела. Ещё и отправляя её сгустки в нужном направлении и с громадной скоростью. Эдакие кислотные пули, от которых почти нет защиты.

К счастью пот был не настолько ядовит и не разъедал всё подряд. Правда вдыхать его концентрированный запах кому-то постороннему, я бы не советовал. Можно было легко получить химический ожог лёгкого и скончаться на месте.

Если добавить, что перестройка организма сделала его многократно более устойчивым к любым повреждениям, становилось понятно, почему корейский спецназовец держал в страхе всю страну. И это он ведь добрался только до «лямбды», так и не став Недостижимым.

Сейчас я неспешно шагал по району Шанхая, заполненному небоскрёбами. Город был усыпан камерами наблюдения, из-за чего приходилось постоянно держать оптическую иллюзию. Сформировав её на заброшенной стройке, где я как раз смог потренироваться.

Мимо проехала колонна армейских грузовиков с сидящими в кузовах солдатами. Наверху протарахтела пара вертолётов. НОАК продолжал стягивать в город силы. Одновременно китайцы запустили процедуру полного выселения из кварталов, расположенных рядом с упавшим Столбом. Население и так стремилось убраться подальше, но власти решили перестраховаться.

Совсем скоро я рассчитывал пробраться через все их заслоны и посетить Красный мир. Но моя первая цель была иной. И находилась совсем рядом — в пентхаусе небоскрёба по правую руку, к которому я только что подошёл.

* * *

Го Бинь был членом политбюро КПК и входил в Центральный военный совет. Не говоря уже о том, что долгое время занимал неформальную позицию правой руки генерального секретаря. Второго человека в иерархии, на которого было завязано немало важных вопросов.

Но сейчас, в разгар безумия, которое охватило мир, он был не в оперативном штабе, который сформировали, чтобы стабилизировать ситуацию, а здесь. У кровати умирающей внучки.

Отчасти — из-за того, что уже был в Шанхае, когда всё началось. Поэтому ему приказали взять всё под контроль здесь, на месте. Стать карающей дланью столицы, что обречёт всех повиноваться приказам.

В какой-то мере с этой задачей он справился. Ну а с другой стороны, его усилия и не требовались. Партийная и военная машины работали, как отлаженные механизмы. А вот его внучки совсем скоро не станет. Сигнал тревоги прозвучал сегодня утром — организм девочки отказывал.

Рак. С ним сражались лучшие китайские врачи. Приезжали команды из Германии, Швейцарии и Израиля. Но малышка угасала с каждым днём. Как будто от лечения ей становилось только хуже.

Поэтому, старый китаец сидел на стуле около её кровати. Рядом пищало медицинское оборудование, а Го Бинь не отрывал взгляда от лица внучки. Родителей здесь не было — его дочь заработала нервный срыв и сейчас лежала в больнице. Её муж трудился в госбезопасности и был на своём рабочем месте. А сам Го Бинь сжимал кулаки и думал, что если бы рай с адом существовали, то второй выглядел бы как-то так.

Когда позади послышался какой-то шелест, он отреагировал не сразу. Слишком был погружён в свои мысли. Потом, когда что-то звякнуло, всё-таки обернулся. И почувствовал как замирает сердце. Го Бинь видел всякое. Но впервые смотрел на балконную дверь, которая открывается сама по себе. Ещё и без ручки, на которую та должна запираться. Она, вместе с вырезанным куском самой двери, лежала на полу.

Увидев, как посреди комнаты начал проявляться человеческий силуэт, старик вскочил на ноги, резко отодвинув стул.

— Стойте. Не надо кричать.

Мужчина в чёрной маске и бейсболке, вытянул вперёд руку. Одет был, как типичный кореец — Го Бинь кажется даже видел такие штаны