Доппель стори - Владимир Алексеевич Абрамов

— Слава, не уходи от вопроса.

— Я не ухожу, — честно сказал Святослав. — Просто длинная прелюдия. Короче, когда мы возвращались, на моджахедов, которые меня провожали, напали другие. Пришлось немножко повоевать и помочь моим провожатым. С моей помощью «наши» моджахеды перестреляли всех нападающих. Дальше всё повторилось в обратном порядке. Встреча с узбекскими контрабандистами, незабываемая прогулка по горам…

— Хм… — протянул Турсунбек. — А документы?

— Сделали.

Святослав выложил на стол паспорт. Турсунбек открыл его и вслух прочитал:

— Андрей Алексеевич Рублев восьмидесятого года рождения. Родился в городе Экибастуз, — физик поднял глаза на друга. — Это настоящий паспорт? Он выглядит старым, тут написано, что выдан пятнадцать лет назад.

— Паспорт мне вручили уже в Ташкенте незадолго до нашей встречи, — пояснил Святослав. — Сказали, что это документ бомжа-наркомана, который сторчался. Его тело сожгли до невозможности опознания, а паспорт достался мне. Конечно, с точки зрения закона, не лучшая биография, наверняка у бывшего владельца документа есть приводы в милицию, возможно, он стоит на учете в наркодиспансере. Но с точки зрения легенды — лучше не придумаешь. Родных и друзей нет, лицо похоже, ибо делалось по фотографии товарища Рублева. Я могу начать жизнь с чистого листа, и всё благодаря тебе, друг. Бек, огромное тебе спасибо!

— Это я должен тебе сказать спасибо, Слава, — тепло отозвался Турсунбек. — Ты для меня сделал не меньше. Не будем же мы заниматься подсчетами: кто, кому и сколько помог? Так друзья не поступают.

— Все равно, спасибо, — сказал Звягинцев.

— Чем планируешь заняться? — спросил Турсунбек.

— Бек, я думал в Шымкент податься.

— Зачем?! — Турсунбек был сильно изумлен. — Слава, там же инопланетяне, что ты там забыл?

— Сила, Бек. Запретный плод сладок! — многозначительно выдал Звягинцев. — Я тебе не сказал, но во время похода в данж мне удалось получить книгу заклинаний. Теперь я немного умею магичить. Волшебство — это пьянящая сила. Когда я первый раз применил заклинание, то почувствовал себя особенным. Иметь сверхъестественные силы, недоступные большинству людей, сродни власти. Человек, вкусивший власти, никогда по своей воле не захочет от неё отказаться.

— Магия?! — глаза Турсунбека загорелись исследовательским энтузиазмом. — Покажи!

Святослав протянул вперёд правую руку ладонью вверх и волевым усилием сформировал над ладонью небольшой огненный шарик. Продержав его пару секунд, он погасил пламя.

— Невероятно! — восхитился учёный. — Это прекрасно! Хотел бы я исследовать волшебство… Жаль, что не могу разорваться на части, как некоторые.

Турсунбек с иронией посмотрел на Святослава, взглядом намекая, кого имел в виду.

У Звягинцева была ещё одна причина отправиться в город игроков, о которой он не хотел говорить другу. Сантехник знал, насколько легко со способностью создавать клонов в данже заработать деньги. Он хотел поскорее расплатиться с долгом и заработать на жизнь. Хоть Бек и говорил, что дарит те сто тысяч, но Слава понимал, что для учёного это большие деньги. Да и сам Звягинцев после смены личности остался без гроша в кармане. Однажды получив легкие деньги, парень не хотел возвращаться к тяжелой и малооплачиваемой работе.

— Но ведь все советские игровые города превратились в особые зоны, тебя туда просто не пустят, — привел аргумент Турсунбек.

— Есть у мужиков такое же качество, как и у женщин, — издалека начал Святослав. — Когда мужчины собираются компанией, они начинают сплетничать.

— К чему ты это? — спросил физик.

— К тому, Бек, что за время похода через горы я узнал от провожатых свежие новости. С недавних пор жители игровых городов вкусили все прелести соседства с геймерами. Они всеми силами рвутся вон из захваченных городов. Наше правительство придумало набирать волонтеров-вахтовиков. Подписываешь договор, тебя привозят в игровой город, а дальше крутись, как хочешь: можешь устроиться на любую работу, можешь просто жить и создавать массовку, но до конца контракта город можно покинуть только вперёд ногами.

— Не понял, зачем там вообще нужны люди? — спросил Турсунбек.

— Поддержание коммуникаций и торговли, чтобы транспорт ходил, — перечислил Святослав. — Сами военные, менты и чекисты теперь в города стараются соваться по минимуму. Считай, города отдали на откуп игрокам в обмен на стабильные поставки зелий и инопланетных технологий.

— Слава, но тогда почему бы тебе не вернуться в родной город, где всё знакомо?

— Потому, Бек, что силовые структуры в игровых городах всё же присутствуют. В Волгограде есть шанс, что меня опознают или подловят в знакомом месте или на пропускном пункте. А я ведь человек со всеми вытекающими недостатками, поэтому рано или поздно проколюсь. И в Волгограде меня будут продолжать усиленно искать. Я бы вообще выбрал игровой город в другой стране, но язык другой, иная культура. А тут в Шымкенте все русские.

— Что же, друг, ты взрослый человек, я не буду тебя отговаривать, — с грустью произнес Турсунбек. — Просто прошу — возвращайся живым!

— Постараюсь, — тяжело вздохнул Святослав, и решил сменить тему: — Кстати, что с твоими исследованиями? Скоро мы прогоним пришельцев из нашего мира?

— На последний вопрос затрудняюсь ответить, — начал Турсунбек. — Круг возрождения мне с каждым разом приносит всё больше и больше открытий. Я пытаюсь повторить частности, но это очень непросто. Мы пока даже не придумали, как уничтожить материал, из которого состоит круг.

— Я верю в советскую науку и уверен, что ты, Бек, придумаешь способ избавить мир от пришельцев.

— Как только придумаю, ты будешь первым, кому я об этом поведаю, — сказал Турсунбек. — Знаешь, Слава, я не верю, что правительство захочет избавиться от инопланетян. Пришельцы приносят беды простым людям, а для власти они источник здоровья и новых технологий, а значит, оружия, силы и власти. Боюсь, что тот, кто откроет способ избавления от инопланетян, первым попадет под удар со стороны своей страны.

***

На следующий день Звягинцев под новым именем и с обновлённой внешностью ранним утром отправился в пункт вербовки волонтеров. Совпадение это или было так задумано, но вахтовиков «неписей» вербовали в центральном военкомате.

Стоило Звягинцеву заикнуться о цели визита, как дежурный солдатик проводил его в кабинет, в котором сидел подтянутый сорокалетний мужчина в звании майора. Его лицо имело рубленые формы, чем-то отдаленно он был похож на зарубежного киноактера Сильвестра Сталлоне.

— Так-так, гражданин, — радостно произнес майор, — значит, желаете помочь родине. Присаживайтесь и дайте мне ваши документы.

Святослав выложил на стол паспорт.

Майор достал из стола бумаги и стал их заполнять, поглядывая в паспорт. Затем он вбил паспортные данные в компьютер и несколько минут что-то читал с экрана.

— Так, гражданин Рублев, — оторвался от экрана майор, переведя взгляд на Звягинцева, — тут сказано, что вы алкоголик