Materia Prima 1-8 - Вова Бо

Еще есть Эбол, покровительствующий спиритам в целом, а кто остальные пятеро, я без понятия. Слышал еще про Бездушного, но так и не понял, он один из Семерых или сам по себе.

В общем, кто-то притащил в деревню Обнимающего, и пошло-поехало. В следующий налет захватчики пошли на корм божка. Как я понял, там и деревня сама по себе была боевитая, так как сражаться им приходилось регулярно.

Дальше история повторилась несколько раз, затем на деревню перестали нападать, и уже самим жителям пришлось ходить в набеги. Потому что безопасность безопасностью, а божку кушать хочется каждый год.

С годами деревня изолировалась, соседи разбежались, и началась стандартная история, когда в жертву стали приносить своих. Сначала власть избавлялась от неугодных, потом от слабых, затем от всех подряд.

Каким-то чудом Одор остался последним, грохнув остальных. И тогда Обнимающий сделал его первожрецом и даровал силу. А так как Одор был сильным боевым спиритом сам по себе, то благословение отожравшегося бога легло в благодатную почву.

Ну и походил он по деревням, а в итоге решил пустить корни в Старых Лыхах. Удобное расположение, рядом река, холм, хорошая земля, в лесу много дичи, а рядом есть город, который про Обнимающего и не слышал ничего.

Вот он и посадил здесь семя прямо на холме. Но так получилось, что бог совсем обессилел, так что первым делом забрал обратно собственный дар. И всё бы ничего, да только за время путешествия они с богом буквально срослись, так что и уйти Одор никуда не смог. Так и пустил тут корни вместе со своим богом.

Прожили они так целый век, и еще лет через десять пришлось бы последнему жителю Старых Лых брать с собой бога и тащить в следующую деревню. Жадный, ненасытный божок. Как он может быть связан с Флайвой, вот вообще не представляю. По рассказам того же Эдварда, богиня была чуть ли не образцом доброты и милосердия. Сама помрет с голоду, но чужого не возьмет.

А тут приперся я со своим ИИ и зелеными молниями. И ни с той, ни с другой стороны меня не взять, везде кусаюсь.

— Интересная история, — произнес я. — А ты тот еще кусок дерьма, Одор. А это, я так понимаю, и есть Обнимающий?

Я смотрел на нечто в земле, отдаленно напоминающее пульсирующий клубень, покрытый шипами.

— Уничтожь его, — прокряхтел Одор. — Не совершай мою ошибку, не бери его в руки. Сожги прямо тут, иначе он проникнет в твой разум, завладеет твоим телом и сделает из тебя свою марионетку.

— Хм… Спорим на сотку, что нет?

Я наклонился и взял сердце бога. Острые шипы тут же вонзились в ладонь, а там еще раны от недавнего поглаживания Субботы не зажили. Тут же другие шипы выстрелили во все стороны, пытаясь пробиться к сердцу, чтобы проникнуть внутрь, захватить, оплести, впрыснуть черный яд.

— Что ты наделал, глупец? — воскликнул Одор.

Но затем быстро смолк, глядя, как острые корни беспомощно пытаются пробить ткань пиджака. Логично, что раз Ателье охотится на темных богов, то и защита у них должна быть на уровне. А вот руку мне вспороло, да.

— Ничему ты, блин, не учишься, — вздохнул я, даже не зная, к кому именно обращаюсь. К богу или к самому себе.

Зеленая вспышка сверкнула на ладони, а корни и шипы моментально втянулись внутрь. Клубень запульсировал втрое быстрее.

Я бросил его на землю перед Одором, а затем и сам выбрался из ямы. Посмотрел на руку, ничего страшного, за сутки пройдет. Обнимающий вновь попытался взять надо мной контроль, видимо, решил, что в этот раз у него будет больше шансов при прямом контакте.

Могу сказать, что образ дракона у Четверга получился на отлично. Механический, правда, со сверкающими боками из нержавеющей стали и разрядами молний, бегущими по шипам вдоль позвоночника. Короче, Обнимающий снова ушел ни с чем.

— Как? — прошептал Одор.

— Ты мне сотку должен, дерево.

Я огляделся и увидел, что поле Горицвета к этому моменту полностью пожухло. Цветы завяли, а земля стала сухой. То же самое было и с корнями, на которые я наткнулся в земле. Обнимающий собрал весь оставшийся темный эйб в сердце, а вокруг выстроил кокон из корней. Но где не прошла лопата, там справился тесак.

Я присел и протянул руку к сердцу. Клубень тут же ощерился множеством шипов, но атаковать больше не пытался. Сердце трепетало и пыталось хоть как-то защититься, лишь бы я его не трогал.

— Так, деревяшка. Если ты меня слышишь, то слушай внимательно. Либо ты прямо сейчас втягиваешь свои отростки и дальше мимикрируешь под камушек, либо я тебя прямо тут нашпигую молниями, пока не сдохнешь. А если не слышишь, то мы сразу переходим ко второму пункту.

Через пару секунд шипы втянулись.

— То-то же, — довольно усмехнулся я, беря клубень.

Повертел в руке, пару раз подбросил. Увесистый и скользкий. Внутри был концентрированный сгусток черного эйба.

— Глазам своим не верю, — прошептал Одор.

— Ты жив еще? Эй, клубень, давай, отключай своего первожреца.

— Спасибо, избавитель, — прошептал тот.

— Гори в аду, тварь, — бросил я. — Сжечь бы тебя живьем за все, что ты сделал, да ты же и этому порадуешься. А, ну и ты сдох уже. Ладно. Опять сам с собой разговариваю. Дурная привычка, надо Четверга возвращать.

Я достал пипетку и забрал из дерева остатки эйба. Затем расстелил на земле ленту, которая осталась у меня от гром-камня, и по очереди запитал каждую руну эйбом. Вот до сих пор не понимаю, на кой я с собой эту повязку таскал столько времени, однако же пригодилась.

Взял сердце и быстро замотал его. Так должно быть надежнее. Вообще не уверен, что это поможет, ведь лента предназначалась для взрывоопасного камня, а не для темного божка. Но вроде бы повязка сдерживала и экранировала эйб, так что по логике и тут должно сработать.

Мы с Субботой вернулись в деревню. Для начала я забрал из пещеры оставшиеся вещи. Плащ подрало нещадно, хотя он всю битву просто валялся на земле. Но хоть кинжал забрал.

Дальше мы зашли в трапезную, где я быстро организовал нам обед. Запасы мяса у деревни были приличными, так что еще и Субботе нашлось костей поиграть.

Поели, после чего завалился в ближайший дом и просто лег на кровать прямо в одежде. Тело ныло и ломило после изнурительной битвы, так еще и