Materia Prima 1-8 - Вова Бо
— Хмм… Закалка как-то изменила эйб-плотность клеток? Раньше биополе не было таким большим.
— Да, твои клетки стали эластичнее, что ли. Теперь энергии проще просачиваться.
— Это означает, что зелёная молния тем эффективнее, чем выше ступень спирита? У них же у всех такая… эластичность.
— В теории да. Нужны контрольные тесты с фиксацией изначальных вводных. Жахни-ка себя со всей дури.
— Ага, размечтался.
— Это ради науки.
— Форсайт форева.
— Ладно, я должен был попытаться. Напоминаю, время.
— Да, да.
Я продолжил собирать эйб с тел и артефактов. Особое внимание уделил арбалету, из которого грохнул менталиста. Вот уж с кого теперь точно ничего не собрать, там тело раскатало ровным слоем по земле.
Выстрел получился мощный и сильный, но сам по себе арбалет такого сделать не мог, слабенький артефакт, практически не запитанный эйбом. Значит, дело было в болте. А болты остались под землёй. А копаться мне сейчас вообще некогда. Да и Обнимающий наверняка все высосал. Кстати об этом.
— Эй, картошка, вылезай давай.
— Ему не нравится это имя, — сообщил Четверг.
— А это не имя, это оскорбление. Так что всё логично.
Вытянул очередной сгусток и вместо поглощения влил его в костюм. Все дыры тут же исчезли, а лоскуты сшились сами собой. Интересная фишка с самопочинкой. Заметил её, когда погружался как-то раз в глубину.
Жаль, что эта функция есть только у одежды из Ателье. И если сапоги у меня ещё более-менее, то вот плащу ремонт точно не помешал бы.
— Четверг, почему так мало эйба? У нас снова увеличились потери при очистке?
— Да. Почти восемьдесят процентов. Чем сильнее спирит, тем труднее сбрасывать лишний код. Вторая причина, часть их эйба становится неизвлекаемой.
Вот оно как. Это многое объясняет. На момент прохождения закалки во мне в сумме было чуть больше пятисот единиц эйба. Космическая цифра по меркам свалки, но практически минимум в пределах Королевства. И по идее, даже с потерей части эйба, я должен был вплотную приблизиться ко второй ступени.
А по факту взял всего полторы сотни. Причём с артефактов выхлоп был даже больше. И это ещё треть я оставил в банке, потому что валюта всегда нужна.
Закончив с добычей, приказал картошке спрятать тела и оставшиеся ловушки под землю. Оборудование в подвале залил едкой магической кислотой, дом сгорел, трупы похоронил, вроде бы никаких следов. А что касается личности господина Фредерика Дюваля, так там в подвале как раз лежит обгоревшее тело, видимо, это он и есть. По крайней мере перстень с гербом у него на пальце говорит именно об этом.
Добрел до нужного камня, отодвинул и достал из тайника плотно набитый небольшой и удобный рюкзак. Непортящаяся еда, фляга с водой, сменное бельё, походные мелочи, небольшой запас монет, эйба, угля — чтобы расплатиться чем угодно где угодно.
Последний раз окинул взглядом место, которое было мне домом. Но домом так и не стало. Просто очередной домик, в котором я ночевал полгода. Эта остановка всё, идём к следующей.
Через час я уже сидел в довольно удобном кресле с высокой спинкой и широкими подлокотниками. Ноги лежали на специальной подставке, а в руке бутылка не самого дешёвого вина. В полумрачной обстановке было довольно уютно, и можно спокойно поразмышлять о том, о сём, определиться с дальнейшими планами.
Отвлекал разве что звук бурно трахающейся парочки в соседней комнате, но меня это мало волновало.
Раз уж с храмом Эбола разобрались, то делать в столице больше нечего. Остаётся последняя ниточка. Мне нужно было найти Раатума. Некое божество, о котором я уже несколько раз слышал, находясь в Королевстве. Причём некоторые зацепки пришли из более отдалённых мест.
Раатум не относится ни к тёмным богам, ни к пантеону Семерых старых богов. Он не связан ни с Логосом, ни с Бездушным, ни с новыми богами. Он как будто бы сам по себе. По описанию это было практически всемогущее существо, но действующее строго в заданных границах.
Заключаешь с ним сделку, он называет цену, платишь, получаешь желаемое. Не платишь, тогда просто уходишь. Самое трудное, это найти Раатума. Тут версии разнятся, так что придётся проверять все имеющиеся свидетельства.
Второй пункт, это сгонять в Церковь Форсайта и переговорить с Чадом. Даже не знаю, зачем мне это, но как минимум было бы неплохо выяснить, что он знает. Кто нас создал, кто запустил процесс генерации слепка и нашего мира, какова его роль в мире Логоса.
Версия, что это церковь Форсайта, выглядит наиболее вероятной, но слишком много несостыковок. Зачем им тогда вскрывать двери к теплице, которую они сами же и запустили? Ключи потеряли? Зачем пророчить то, что сами и создали? В каком месте слепок ботаника-фанатика двадцати трех лет поможет остановить конец света? Я бы тогда уж терминатора клепал. А лучше армию. Это бы более канонично смотрелось в мире Логоса.
Единственный вариант, что приходит на ум, все это была постановка. Театр для тех, кто пришёл забирать Чада. Может быть, устроенный кем-то конкретным из той группы. То есть всё подстроено, но со стороны выглядит как чудо и совпадение вселенского масштаба.
И если это сделал кто-то из верхушки церкви, то понятно, почему Чада сгенерировали именно таким. Потому что недалёким мессией, беспрекословно верящим в форсайт, проще манипулировать и управлять. И совершенно не надо делиться властью внутри самой церкви. Удобно? Я бы так и сделал.
А вот чего я не сделал, так это до сих пор не попытался найти Чада. Пока я не засветился перед ним, всё вышеперечисленное не имеет ко мне никакого отношения. Никто больше не знает, что из теплицы вытащили два тела, а не одно. А значит, если Чад влез в какие-то лютые проблемы, то это проблемы исключительно Чада.
Но как только я покажусь ему на глаза, всё станет ясно, и я попаду в поле зрения иных сил. А это наверняка очередная подковёрная хитросплетённая игра, в которой замешаны как минимум церковь, конец света и Мерлин. Вообще так себе комбинация. А Мерлин тут точно каким-то боком замешан, иначе на кой было показывать его Чаду в симуляции? Даже в виде дока.
От размышлений меня отвлёк звук приближающихся шагов. Вскоре в комнату вошёл, сверкая голым задом, довольный жизнью мужчина.
— Привет, Давид, — поздоровался я.
Мужчина подскочил на месте и чуть не грохнулся на пол от моего голоса.
— Р-рейн, твою ж мать, —