Староста. Часть 1 - Кирилл Сергеевич Довыдовский
Род Солано (1).
Планетные бароны.
Не самый большой, но один из самых боевых родов. Причем во времена Звездных они были планетными графами (2). Почти вся основная ветвь воевала с Красочными на Семерке. И почти вся же там погибла.
Про них Ефим говорил, что им однозначно можно доверять. Они не предадут, но… Сами Солано могут не захотеть больше иметь дел со Звездными. Слишком много Солано потеряли тринадцать лет назад. И сейчас только-только начали оправляться. Род все еще возглавлял прежний глава — Бенедикт Солано.
Из минусов, насколько удалось выяснить, Солано практически не жили в столице. Кроме самого Бенедикта. В прежние времена Солано, по сути, были военным родом. Сейчас же перепрофилировались на охрану и доставку грузов из отдаленных регионов. И вот это уже, кстати, были плюсы. Потому что у Солано — Ефим об этом уверенно говорил — имелись свои пилоты.
Род Шпрут (2).
Планетные графы.
Тут по сравнению с Солано был обратный случай, потому что прежде Шпруты были планетными баронами (1), а за последние годы поднялись до планетных графов.
Это само по себе вызывало подозрения. То, что дела при Наместнике у них пошли в гору. Ефим это тоже признавал, но при этом добавлял, что Шпрут всегда были противниками Империи. И, что даже более важно, имели отношение к космическим перевозкам. И вроде как даже имели собственные корабли.
Ефим еще давно просил собрать о них информацию у Иван Иваныча. Не то, чтобы он глубоко копал, но какой-то прямой связи с Наместником не обнаружил. Шпрут оставались частниками. Да, выполняли в том числе заказы Наместника по ремонту оборудования на космопорте. Но такой уж у них был профиль.
В другой ситуации я бы предпочел не связываться. Но сейчас обязан был хотя бы рассмотреть этот вариант. Тем более, что до этого Шпруты сотню лет сотрудничали со Звездными и никаких нареканий к ним за все это время не было.
Ну а последний…
Род Холодовых (3).
Планетные маркизы.
Однозначно самый влиятельный из этих трех и все еще один из самых влиятельных во всем Бастионе. Несмотря на то, что при Звездных Холодовы всегда считались одними из главных союзников Звездных.
Как и Звездные Холодовы относились к родам первых колонистов. Тех самых, что четыре сотни лет назад начинали освоение Лиры. Выбивали с планеты Красочных, отвоевывали жизненные пространства для поселенцев.
Холодовы никогда не входили в число вассалов, имели собственные интересы, да и со Звездными у них бывали разные периоды. Но назвать их союзным Звездным родом точно не было бы преувеличением.
Они также посылали свои корабли на Тенебрис. С учетом своей специфики — Холодовы занимались строительством — на Семерки они больше занимались вспомогательной работой. Во многом благодаря этому они и потеряли там меньше, чем остальными. На ряду с чисто гражданскими судами, корабли Холодовых отправляли на Лиру в числе первым.
Впрочем, потом, когда Красочные объявились на Лире, Холодовы (3) очень даже хорошо себя проявили. Ну а после — когда объявились люди императора — начисто отказались с ними сотрудничать. Защищать Звездных не бросились. Это бы уж чересчур было. Но объявили жесткий нейтралитет, которого с тех пор и придерживались.
Сказать по правде, когда я слушал этот рассказ от Ефима. Мне как-то не особо верилось. Очень уж гладко все звучало. Главное, не было понятно, с какой стати Наместник вообще стал бы такое терпеть?
Я бы еще поверил, если бы речь шла о каком-то мелком бароне, до которого никому нет дела. Но планетный маркиз (3)!
У Чемлева (3) у самого был такой же титул.
То, что Холодовы несмотря на все это, сохранили влияние, выглядело очень подозрительно.
— Есть такие люди, которые непотопляемые, — объяснил мне Ефим, когда мы об этом говорили. — Маркиз Владимир Холодов много у кого как кость в горле сидел. Даже с твоим дедом у него не лучшие отношения были. Но при этом все эти годы он входил в планетарное правительство, и от него много чего зависело.
И свой пост, кстати, Владимир Холодов сохранил и при наместнике. Точнее, его перекинули на другое министерства. Последние годы при звездных он был министром промышленности. В том числе отвечал за работу Планетарного Репликатора. Наместник же перевел его в министерство терраформирования.
— Явно по незнанию, — хмыкнул старый Слуга. — Зная маркиза, свои связи на прошлом месте он вряд ли потерял, а его еще и на новое место пустили.
— Ну и почему его просто не убрали тогда?
— Это еще твой дед хотел, — отмахнулся Ефим. — Но он в свое время подумал, посчитал и решил, что ему проще будет терпеть Холодова с его характером, чем пытаться что-то переделать там, где и так все отлично работает. Потому что завязано в том же министерстве промышленности все именно на маркиза. Он трудоголик, работает почти круглосуточно. При этом к политике как будто равнодушен…
— Как будто?
— Впечатление такое производит, — почесал щетину Ефим. — А тем, что у него в голове на самом деле, он ни с кем не делится. Да и в целом он такое впечатление при общении производит. Тяжелое.
По итогу можно было сказать, что Ефим сам был не в восторге от идеи идти на какие-то контакты с Холодовым (3). Но, кажется, его больше отталкивала сама личность министра. А не то, что он может иметь какие-то договоренности с Наместником.
Так что я даже решил спросить деда.
— Владимир Андреевич, — кивнул он мне тогда. Дело было в нашем поместье. — Пойдем.
Клим Егорыч отвел меня в свой кабинет. И там очень долго копался в шкафах и в ящиках стола. Что-то бормотал себе под нос при этом. Я уж подумал, что он уже вообще про меня забыл. Когда неожиданно…
— Вот он.
Подойдя, он вложил мне в руки покрытый пылью конверт. Даже не конверт, а просто небольшой лист бумаги, сложенный в четверо и залитый по краю печатью, от которой очень слабо веяло Краской.
— У нас с Владимиром Андреевичем были непростые отношения, — сказал мне дед. — Но он человек слова.