Хозяин Хаоса IV - Максим Петров

— Зачем мне это, князь? Я ведь честно победил в нашем поединке, и даже более того, защитил вашего внука, когда он потерял контроль над своим конструктом, — я говорил спокойно, смотря старику в глаза.

С такими как он иначе нельзя, судя по всему, Румянцев старший воин до мозга костей, в отличии от своего внука.

— Я готов выписать еще один чек, сумма будет в два раза больше, — Павел Дмитриевич покачал головой, — а также я буду твоим должником.

Я задумался. Предложение было роскошным, но и резоны князя я понимал, ведь по сути я поставил под сомнение систему тренировок внутри их рода.

— Вы хотите, чтобы эта дуэль состоялась в академии, на виду у всех?

— Нет, я хочу лично посмотреть на бой, — Румянцев отрицательно покачал головой, — так что, если ты не против, недалеко отсюда есть арена, которая сдается в аренду. Я уже забронировал один из залов.

— А что, если бы я отказался?

— Потерял бы деньги, — старик пожал плечами, — это не так важно, как потерять честь, поверь моему опыту, Леонид.

— Хорошо, князь, я согласен, — кивнув, я улыбнулся, — в конце концов сегодня мы дрались далеко не в полную силу, мне и самому интересно посмотреть на то, как наследник рода Румянцевых будет использовать свою стихию без ограничений.

После моих слов отец Олега встрепенулся, и в его глазах я увидел что-то похожее на надежду. Ну-ну, рано радуешься, дядя. Твой сын, конечно, не слабак, что-то он умеет в любом случае, но этого что-то недостаточно.

— Тогда не будем терять времени, — Румянцев хлопнул в ладони, — ты не против поехать на нашем авто?

— Нет, — я усмехнулся, — не против.

* * *

Двадцать минут спустя. Частная арена.

— Прошу вас показать красивый бой, однако не нужно жестокости, — Румянцев решил сам побыть в роли рефери, — лекарь с нами есть, у него ранг магистр, так что в случае чего он может восстановить любые повреждения, но думаю лучше обойтись без этого. Если чувствуете, что силы заканчиваются, дайте знак, и бой будет прекращен. Все поняли?

— Да, — я кивнул.

— Да, — княжич тоже кивнул, при этом избегая смотреть мне в глаза.

— Тогда начали, — князь кивнул, и нас накрыл прозрачный купол.

Олег тут же рванул в атаку, но это было слишком прямолинейно. Создав два огненных хлыста, я приступил к делу. Сейчас у меня не было задачи опозорить княжича, просто победить, так что я решил не тянуть с этим. Удар за ударом я ослаблял покров княжича, при этом не позволяя ему создавать конструкты. А еще я не использовал свой второй дар, решив, что для его деда будет лучше увидеть, что в первой дуэли я победил не из-за жульничества, а просто потому, что был сильнее.

Когда Олег предпринял последнюю попытку атаковать, я резко трансформировал хлысты в огненный молот и обрушил его на парня, отбрасывая его назад на добрых несколько метров. Упав на спину, княжич тут же попытался встать, но в этот момент его покров погас, видимо, держался он последние несколько секунд исключительно на силе воли.

— Стоп! — князь поднял руку, и купол тут же исчез. Старик зашел на арену, и оплавленный песок под его ногами захрустел.

— Что ж, Леонид, я увидел все, что хотел, — спокойным тоном произнес он, глядя на меня, — ты победил честно, род Румянцевых не имеет претензий к тебе.

Я склонил голову, пряча довольную улыбку. Дальше все закрутилось-завертелось, и уже через пятнадцать минут я ехал в сторону дома уже в нашем внедорожнике, имея в кармане еще один чек, только на этот раз на десять миллионов. Что ж, признаю, сегодняшний день далеко не так плох, как я думал.

Вдруг телефон в кармане завибрировал, достав его, я увидел, что мне звонит Матвей, наш родовой лекарь.

— Слушаю, — не знаю почему, но я напрягся, — дядя Матвей, что-то случилось?

— Случилось, Леонид, — голос лекаря был потухшим, — автомобиль твоего деда взорвали…

— Он выжил, с ним всё в порядке? — новость меня потрясла, по-настоящему потрясла.

Проклятье, как такое вообще возможно? Как он мог подставиться со своим рангом-то? Ему ведь до архимагистра осталось всего чуть-чуть, да и артефакты, я не зря оставил несколько сильных вещиц, неужели дед пренебрег ими? Все эти мысли вихрем пронеслись в моей голове, хотя в реальности прошло не дольше секунды.

— Выжил, но он плох, очень плох, — голос лекаря дрогнул, — Я держу его, но бомба была непростой, очень непростой. Там какая-то магическая начинка была, но я в этом ничего не понимаю, тут тебе надо будет у гвардии узнать.

— Я возвращаюсь в Вийск, дядя Матвей, постараюсь добраться как можно быстрее, — я перебил лекаря, — постарайся сделать так, чтобы дед выжил до моего возвращения, хорошо?

— Я постараюсь, Леня, но ничего обещать не могу, — голос лекаря потух, — Не знаю, какой гадостью они ударили по кортежу, но источник твоего деда буквально расходится на части, как ветхая ткань.

— Гадство! — мне захотелось выматериться.

Опричники на передних сиденьях с удивлением глянули на меня, впрочем, они уже услышали про то, что я хочу вернуться, а значит, стоит ждать звонка от Михеева.

— Постарайся, дядя Матвей, сделай всё, что в твоих силах, хорошо? — я закрыл глаза в попытках успокоится.

Как оказалось, есть у меня болевые точки в этом мире, еще как есть. Этот старик стал для меня очень близким человеком, настоящей семьей, и я просто не могу допустить его смерти!

— Сделаю, Леонид, — лекарь тяжело вздохнул, — Постарайся поторопиться, чем быстрее ты прилетишь, тем лучше.

— Постараюсь, — сбросив звонок, я с ходу набрал Михеева. Семен Семенович ответил не сразу, видимо был занят.

— Слушаю тебя, Леонид, — голос графа был сухим, — Что-то произошло?

— Автомобиль с моим дедом взорвали, я только что получил новости из дома, — я не стал тянуть, — Полковник, мне нужно вернуться в Вийск. Дед пока жив, но он в плохом состоянии, а у меня, возможно, есть шанс ему помочь.

— Понял, — Семен Семенович тут же подобрался, — Я отдам приказ, мой личный дирижабль поднимут в воздух через час, максимум полтора. А еще на борту тебя будут ждать лучшие лечебные эликсиры, которые есть в распоряжении моей службы.

— Благодарю, граф, — я глубоко вдохнул, — Буду на аэродроме в течение двух часов.

— Удачи тебе, парень, я буду молить богов, чтобы твой дед Выстоял, — голос графа потеплел, — С Багратионом я договорюсь. Это слишком серьезное происшествие, князь поймет.

На этом наш разговор с Михеевым подошел к концу.

— Ребят, ускорьтесь, — я похлопал по спинке