Госпожа предпочитает блондинов - Алла Матюлина

— Булочку жалко, — заметил он с искренним сожалением. — А камнем можете попробовать.

— Ты брат Лея? — спросила я, решив не тратить время на долгие предисловия.

Брюнет даже перестал уходить, развернув корпус ко мне.

— Если он что-то натворил, то нет, — ответил мужчина без малейших колебаний. — А если ничего не натворил, то тоже нет.

Я невольно улыбнулась.

Да, они определённо родственники.

К этому моменту нас наконец догнал Умник.

Весь покрытый каменной пылью, он сдержанно чихнул и остановился рядом со мной.

— Это мой муж, Умник, — представила я. — А меня зовут Таня.

Брюнет перевёл взгляд на меня, потом на Умника, потом снова на меня, явно пытаясь понять, как именно следует вести себя в подобной ситуации.

Судя по всему, опыта общения с госпожами у него было примерно столько же, сколько у меня опыта посещения рудников.

— Дарион, — произнёс он наконец.

— И почему же ты от меня убегал, Дарион? — поинтересовалась я, всё ещё пытаясь привести дыхание в порядок после незапланированного забега. — И почему вы все от меня прячетесь?

Брюнет обвёл выразительным взглядом рудники вокруг нас.

— Потому что мы мужчины с рудников, а вы госпожа, — ответил он так, будто это всё объясняло.

Как же все-таки сложно с этими брюнетами.

— Я взяла Лея в мужья, — призналась я.

— Даже не знаю, поздравить вас или посочувствовать, — задумчиво произнёс Дарион.

— Всё настолько плохо?

— Всё настолько Лей.

Я невольно рассмеялась.

— Он просил узнать, как ты.

— Тогда передайте ему, что у меня всё отлично.

Сказано это было настолько быстро, что не поверил бы даже человек, который видел Дариона впервые.

— Правда?

— Разумеется. Кормят редко, сплю под открытым небом, работаю с рассвета до заката, зато никто не заставляет посещать семейные ужины.

— Где именно ты спишь?

— Да вон там.

Я проследила взглядом за его рукой, пытаясь разобрать недоступное глазу.

— Где?

— Вон там.

— Это камень.

— Очень хороший камень, — не согласился Дарион. — Большой, надёжный. Проверенный временем.

Я ещё раз посмотрела на выступ скалы.

Ни навеса, ни стен.

Ни хотя бы подобия нормального жилья.

— Зато крыша не протекает, — добавил он с таким видом, будто привёл решающий аргумент.

Я молчала, не зная, что еще сказать или спросить. Условия здесь оказались намного хуже, чем я представляла себе по рассказам мужа. Дарион тоже молчал, потом всё-таки переступил с ноги на ногу и отвёл взгляд куда-то в сторону.

Я сразу уловила эту перемену, уж слишком хорошо мне были знакомы повадки брюнетов.

— Говори.

— А Лей он, в порядке? — спросил он уже совсем другим голосом.

Вот и всё.

Не про рудники, не про себя.

Я смотрела на мужчину, который минуту назад рассказывал про камень вместо дома и смеялся над собственной жизнью так легко, словно она была вполне сносной.

— В порядке, — ответила я. — И я забочусь о нём.

Что-то изменилось в его лице.

Словно внутри отпустила какая-то пружина, о существовании которой он сам старательно пытался забыть.

— Ну тогда хорошо, — произнёс Дарион после короткой паузы. — А то если этот засранец опять решил влезть в неприятности, пока меня нет рядом, это было бы даже немного обидно.

— Передам ему твои слова, — пообещала я.

После чего протянула ему корзинку.

— А пока передай это своей команде.

Дарион посмотрел на корзинку, потом на меня и подозрительно сощурился.

— Неужели Лей всё-таки решил меня отравить?

— Не переживай. Он их не готовил.

— Тогда другое дело, — с заметным облегчением согласился брюнет, принимая корзинку из моих рук.

На этот раз шутка прозвучала привычно легко, но пальцы, сомкнувшиеся на ручке корзинки, почему-то стали осторожнее.

— Спасибо, госпожа Таня, — произнёс он уже серьёзнее. — Ребята будут рады.

Я только кивнула, потому что прекрасно понимала: этой еды слишком мало. И вообще всего этого слишком мало.

Дарион ещё что-то сказал ближайшим рабочим, и те сразу начали подтягиваться ближе, с плохо скрываемым интересом поглядывая на корзинку.

А потом он снова засмеялся над чем-то, сказанным одним из них.

Так же легко, так же искренне.

И почему-то именно это оказалось самым страшным из всего, что я увидела сегодня.