В конце злодейка всех убьёт? - Алекс Го

— Что случилось? — шепчу я, обращаясь больше к себе, чем к призраку.

— Я узнаю, — Лань Сюэ растворяется в темноте, становясь невидимой.

Я остаюсь одна, прижавшись спиной к стене, и стараюсь дышать неглубоко, чтобы не чувствовать этот ужасный смрад. Сердце от дурного предчувствия колотится где-то в горле. Так проходит несколько минут, показавшихся мне вечностью.

Внезапно Лань Сюэ возвращается. Ее светящийся силуэт дрожит и дергается, словно она едва может удерживать форму, глаза горят диким, почти безумным огнем. Она не говорит, а словно выдыхает слова, полные такого ужаса, что мне становится физически плохо.

— Пока ты была мертва, враги снова пошли на приступ. Вместе с теми, из пруда. Со всех сторон. Защита пала… все… все…

Она запинается, и я вижу, как по ее призрачным щекам катятся слезы из чистого света.

— Императора и всех его сыновей… — она делает паузу, чтобы собраться с силами. — Их убили. Головы выставили на всеобщее обозрение на копьях перед южными воротами. Остальных просто свалили в одну кучу и бросили так.

Мир переворачивается с ног на голову. Земля уходит из-под ног. Я слышу свой собственный стон, словно со стороны. Нет. Не может быть. Не после всего. Не тогда, когда уже казалось, что мы победили. Не тогда, когда я наконец-то…

Минфэн. Его усталая улыбка, его помощь во всех моих начинаниях. Наши планы на будущее империи.

Цзян Вэй. Его взгляд, полный признания. Его рука, поддерживающая меня. Рассвет.

Что-то во мне ломается, я слышу хруст и чувствую боль, будто ребра треснули, но в то же время знаю, что мои кости целы. Сломалось что-то другое, какие-то ограничения внутри меня. Ужас отступает, его место занимает холодная как лед сила. Я медленно выпрямляюсь. Во мне словно бы открылась пропасть, в которую начала стремительно стекаться Ци смерти.

Некроманты на поле боя практически непобедимы, и пусть я всего лишь жалкая самоучка, но даже я наконец-то понимаю, в чем скрыта истинная сила. Каждый человек, погибший тут, отдает мне часть своей энергии, и каждого я могу призвать к себе на службу, и не важно врагом он был или союзником. Если прошлой ночью я сумела поднять лишь пару сотен, то сейчас подниму всех.

Силы во мне так много, что она выплескивается через край и разливается вокруг. Земля вздрагивает под ногами, и на миг мне приоткрывается история того, как здесь умирали люди. Не только сегодня, но и за сотни лет до моего рождения. Особенно ярко чувствуется момент смерти того небожителя.

Раньше на этом месте находился научный городок, где разрабатывали оружие. И когда началось внезапное нападение, ученым, в отличие от военных, не надо было дожидаться приказа от главнокомандующего, поэтому они успели совершить один выстрел. И убили бога. Остальные небожители пришли в ярость из-за этого и обратили город в пыль.

Однако я запомнила, как умирал тот небожитель и как отчаянно цеплялся за жизнь, когда его тело распадалось под действием оружия. Он успел отпечатать себя на изнанке реальности и тем самым не отправился на перерождение, а застрял тут словно признак. Но теперь я собиралась исправить это недоразумение.

Я отпускаю свою силу, и она расходится кругами, как рябь по черной воде. Она просачивается сквозь камни, впитывается в почву, и находит то, что ищет. Мертвых. Всех, кто когда-либо умирал тут. Но мне не нужны древние кости, уже истлевшие до состояния пыли, мне нужны воины, погибшие здесь сегодня.

Я медленно иду по запретному городу, ставшему полем боя, и тишину ночи нарушают шелест, треск и влажные звуки срастающейся плоти. Тела, которые были изувечены, начинают восстанавливаться. Отрубленная рука ползет по земле, как паук, находит свое тело и прирастает к нему с тихим хрустом. Голова, выставленная на копье, срывается с него и летит по воздуху, чтобы вернуться на свою шею. Раны затягиваются, кости встают на место.

В любое другое время я бы чувствовала себя так, словно попала в самый жуткий фильм ужасов, но сейчас внутри меня царит холод, который не дает испугаться. Да и чего бояться, ведь это я тут самый страшный монстр.

Вокруг меня одна за другой начинают подниматься фигуры. Сперва единицы, потом десятки, сотни. Они встают в гробовом молчании. Солдаты императорской гвардии в разорванной синей форме. Вражеские воины в походных одеждах. Всех их теперь уравняла смерть и моя воля. Их глаза пусты, движения чуть замедлены, но в них сквозит зловещая, нечеловеческая точность. Они поворачиваются ко мне, ожидая приказа. Армия мертвых. Моя армия.

И вдруг – два ярких, знакомых импульса в этом море смерти. Один – маленький, яростный, искренний. Сяо Лун! А второй… второй заставляет мое сердце сжаться от безумной надежды. Это Минфэн! Тот самый отпечаток моей силы, что остался в его костях после исцеления. Он светится, как маяк в кромешной тьме. Он не угас!

Я бросаюсь вперед, не замечая ничего вокруг. Лань Сюэ, словно сияющий след, несется рядом, ее призрачная форма колышется от волнения.

– Он там! Чувствую его! – ее голос вибрирует от того же безумного ожидания.

Мы мчимся через площадь перед южными воротами - ту самую, где выставили копья с головами. Я стараюсь не присматриваться, просто следую за импульсом моей силы.

Минфэна я нахожу в куче тел, что еще не успели до конца собраться и подняться. Его голова на месте, но я вижу багровый след на шее, да и одежды его так обильно залиты кровью, что нет никакой надежды на выживание. И все равно мои пальцы касаются его шеи, ища пульс. Кожа слишком холодная. Никакого трепета жизни под подушечками пальцев. Только тишина и ледяное безмолвие смерти.

- Нет… - стон вырывается из меня сам собой. - Нет, нет, нет!

Но тот самый след, тот отклик - он же есть! Он здесь, в нем! Моя надежда не умерла, она превратилась во что-то другое, яростное и требовательное. Без мысли, без плана, повинуясь лишь слепому порыву, я кладу обе руки на его грудь. Ледяная мощь, что скопилась во мне, рвется наружу. Ладони Лань Сюэ ложатся поверх моих.