Не идеальный мир для демониста! №1 - Иван Клепачев

Вдохнул.

Выдохнул.

Если это был сон, он был слишком подробным.

Если психоз — то структурированным, с бюджетом.

Если… Попаданец, Максим. Серьёзно?

Я услышал у себя в голове голос OldCrow с форума: «Рано или поздно кто‑нибудь из нас так доиграется».

Я ощутил истерический смех где‑то под рёбрами — и задавил.

Потому что если сейчас начну, не остановлюсь.

— Вы… — я на секунду запнулся, подбирая слова. — Вы меня… призвали? Как духа?

Девушка кивнула. Очень серьёзно.

— Да. Ты отозвался на зов. Через кровь и имя.

— Какое, к чёрту, имя? — вырвалось у меня.

— Настоящее, разумеется, ты скрываешь. И это нормально.

Она говорила уже чуть мягче, как будто я сдал какой‑то тест.

— Но к привязке хватило того, что ты оставил. Образ, след, желание силы…

Я мог сейчас начать спорить. Рассказывать, что никакого следа не оставлял, кроме истории браузера. Кричать, требовать вернуть всё «как было».

Но я видел цепи. Чувствовал их.

И где‑то в глубине сознания зудело то самое ощущение «щелчка», что был в моём круге секунду назад.

Своя структура, чужая структура.

И между ними — мост.

Вот только похоже, я шёл по нему не один.

Девушка шагнула ближе к границе круга, так, чтобы огонь факела подсветил ей лицо.

И сказала:

— Имя у тебя теперь одно.

Для этого мира.

Она вдохнула, как перед важной фразой, и торжественно произнесла:

— Призванный дух знания.

Я смотрел на неё.

На факел.

На камни.

На свои промокшие носки.

И очень отчётливо понимал только одно: глава про «техническую поддержку ада» в моей жизни закончилась.

Начиналась другая.

О том, как быть самим адом — по версии каких‑то людей в плащах.

Хотелось сказать что‑нибудь умное.

Или хотя бы достойное.

Вышло:

— Бонусы и соцпакет прилагаются?

Элия моргнула, не поняла.

Мужик в сутане тяжело вздохнул и перекрестился каким‑то своим, местным знаком.

Здоровяк хмыкнул, но уголки губ предательски дёрнулись.

Где‑то далеко, наверху, глухо бухнул колокол.

В подвале дрогнули стены.

Свечи — нет, факелы — вздрогнули пламенем.

А круг под ногами едва заметно вспыхнул тонкой линией света, будто соглашаясь: да, связь установлена.

Мне очень хотелось проснуться.

Но мозг, гад, молчал.

И это было самым страшным.

Цепи оказались не только холодными, но и умными.

Каждый раз, когда я пытался дёрнуться сильнее, металл чуть нагревался и врезался в кожу так, чтобы желание дёргаться отпало само собой.

Без фанатизма, но с характером.

— Он точно… это? — шепнул здоровяк, не отводя от меня взгляда.

Голос у него оказался низкий, с хрипотцой.

— А не какой‑нибудь… —

— Никакой‑нибудь, — быстро перебила Элия. — Ритуал завершился по всем признакам. Кровь, имя, сигилы — всё было.

«Имя», ага. Надо будет потом очень подробно поговорить с тем, кто дорисовывал pdf.

— Скажите, — осторожно произнёс я, — а можете, пожалуйста, объяснить мне… с чего мы начнём трудовые отношения?

Мужик в сутане фыркнул, как кот, которому в миску налили не то.

— С наглыми духами всё ясно. Сначала — смирение, — буркнул он. — Госпожа, я по‑прежнему считаю, что подобные эксперименты… преждевременны.

— У нас не было выбора, мастер Хольгер, — устало ответила Элия. — Отец отказал. Совет тоже. Храм прислал отписку. Если мы не укрепим защиту, весной нас просто снесут соседи.

Она говорила спокойно, но пальцы на корешке книги побелели.

Я мысленно нажал паузу.

Так. Картина маслом. Есть Дом Райхеров — кто бы это ни был. Есть филиал в виде «боковой линии», которой, судя по интонации, светят проблемы. Есть соседи, которые весной кого‑то «снесут». И есть я. В носках.

— Весной, — уточнил я вслух. — Это как? У вас тут сезонное обострение войны?

Здоровяк всхмыкнул громче.

— А у вас, значит, нет? — приподнял он бровь.

— У нас весной просто клещи, — сказал я. — И налоговая.

Элия нахмурилась, явно решая, шутка это, ругательство или название демона. Решить ей не дали: где‑то наверху глухо рявкнул колокол, на этот раз трижды.

Мужик в сутане дёрнулся.

— Мне нужно идти, — сказал он. — Репетиция службы. И проверка печатей в западной башне.

Он бросил на меня тяжёлый взгляд, в котором было «я тебя сожгу» пополам с «интересно, как ты устроен».

— Не подпускайте его к живой крови, — сказал он напоследок. — И не позволяйте говорить с прислугой без надзора.

— Конечно, мастер Хольгер, — кивнула Элия, так вежливо, что было понятно: она собирается сделать наоборот при первой возможности.

Священник ушёл.

Здоровяк остался. И я. И круг.

На мгновение подвал будто опустел воздухом. Осталась только сырость и звук капель.

— Ладно, — сказала наконец Элия, выпрямляясь. — Давай… начнём с простого.

Она шагнула ближе к границе круга.

Здоровяк, заметив это, нахмурился и автоматически положил руку на рукоять меча.

— Госпожа… —

— Райн, — отрезала она, — если бы он хотел нас убить, он бы уже попытался. С самого открытия. Если бы я хотела вас убить, я бы сначала попросила снять цепи, — подумал я, но говорить не стал. Пока.

— Ты понимаешь, — обратилась ко мне Элия, — где ты?

Вопрос был хороший. И, что обидно, риторический.

— В подвале, — честно ответил я. — Тёмном. Сыром. Полное ощущение, что уборщицу сюда не спускали лет тридцать. Ещё варианты?

Здоровяк Райн чуть дёрнул щекой. У него, похоже, был слабый иммунитет к моему тону.

— Я спрашиваю о месте, — сказала Элия. — О королевстве. О замке. О Доме.

— Не понимаю, — сказал я. — Первый раз тут. Туристом.

Она помолчала. Прищурилась.

— Ты не из этого слоя, — тихо констатировала она. — Мастер Хольгер ошибся.

Я внутренне напрягся.

— Кто‑то из вас ошибся, — согласился я. — Я, например, точно не планировал сюда командировку.

— С какого слоя ты пришёл? — не отставала Элия. — С Верхних? С Нижних? С Внешних? Сферный? Хаотический?

— С Екатеринбурга, — автоматически сказал я.

Тишина повисла плотной тряпкой.

В тряпке было недоумение трёх человек.

— Это… град? — осторожно уточнила Элия. — Мир? Слой?

— Город, — сказал я. — Мир — Земля. Слой… — Я усмехнулся. — Судя по всему, был базовый.

Она переваривала. Я видел, как в глазах бегают мысленные схемы. Девчонка была не глупой, просто без нужного контекста.

— Если ты не понимаешь нашу структуру миров, — наконец выдохнула Элия, — значит, ты точно не из Нижних. И не из их прислуги.

— Спорный вывод, но приятно, — сказал я.

Райн кашлянул, прерывая философию.

— Госпожа, — сказал он. — Может, позже? Мы вообще‑то должны проверить, что он умеет. Пока он… податливый.

— Я не тесто, — сказал я. — И не пластилин.

— А кто? — Райн прищурился. — Дух, который сам влез в наш круг, когда его звали? Сам — ключевое слово.

Меня звали —