Не триумфатор - Артем Каменистый

То есть даже если из предгорий ушли сразу, где-то дальше к северу должны оставить сильный заслон. И также должен добавить, что лагеря полевые и заставы временные у них достойные, но на их организацию они тратят чересчур много времени. В лучшем для нас случае впереди окажутся многочисленные дозоры, в худшем мы можем столкнуться с крупными отрядами, перекрывающими узкие места. И если промедлить, перекроют они их надёжно. Но, так или иначе, до конца незамеченными нам пройти не позволят. Чтобы добраться до лагеря принца по предгорьям, где-то дальше на севере придётся повоевать.

Я кивнул:

— На бескровный переход и не рассчитывал. Если нарвёмся где-нибудь в конце, откуда до принца рукой подать, ерунда. Мы знали, куда идём, так что не страшно, повоюем. Бяка, а ты чего такой грустный? Даже перед боем у Козьей скалы веселее был, а, как по мне, сейчас ситуация гораздо проще.

— Да так… — приятель покачал головой. — Нехорошо получилось, что эту местность разорить успели. У нас припасов немного, и вообще, очень плохо, когда ценности достаются каким-то южанам, а не мне… то есть не нам.

— Припасов нам точно хватит, до принца недалеко шагать, а там, полагаю, их можно купить.

— Купить⁈ — оскорблёно вскинулся Бяка. — А как же организация снабжения за счёт экспроприации запасов противника и привлечения местных ресурсов⁈

— Ух ты! — восхитился я. — Первый раз слышу, что вместо того, чтобы просто сказать «украсть», высказываются так длинно и красиво. Пожалуй, отвечать тебе не стану. Ещё вопросы есть?

Уловил напряжённый взгляд из угла шатра. Там на корточках устроился Гуинплен. Что этот чудаковатый сержант делает на военном совете, я давно уже не спрашиваю. Офицеры арбалетчиков считают его кем-то вроде талисмана отряда и всячески ему потакают. Потому каким-то образом он раз за разом просачивается и тихо сидит где-нибудь в сторонке, не отсвечивая.

— Что-то хочешь сказать, Гуинплен?

— Да, господин. Простите, но можно спросить?

— Ну давай, спрашивай.

— Господин, когда мы начнём убивать?

— Ого! Да среди нас, никак, будущий генерал! — ухмыльнулся Кошшок. — Десница, я прошу дозволения организовать пару крепких отрядов. Именно пехотных, чтобы через чащобы лесные везде проходить. Один будет мой, второй Буйвола. Посмотрим впереди в округе по деревням, может что-то осталось. Если ассиопцы по-быстрому здесь промчались, всё не выгребли. А нам хорошо бы фуража немного найти, на подножном корме от лошадей толку гораздо меньше.

— Хорошо, действуй, — кивнул я, поднимаясь.

Глава 15

Погрязший во всевозможной добыче

Битва Трёх королей, преломившая ход войны, помимо всего прочего стала причиной весьма оригинальной гибели нескольких солдат. Бедолаги повторили участь того самого легендарного Лопнувшего Хаба. Сказочный бедолага пострадал при убийстве мелкого грызуна, а им «повезло» нарваться на опрометчивых альф.

Такие случаи и раньше нередко случались по всему миру, они наглядно доказывали принцип «непобедимых не бывает» и обосновывали необходимость больших армий. Ведь, получается, сильнейшего альфу, которого приходится всем кланом прокачивать десятилетиями, при соблюдении некоторых условий способны победить даже самые ничтожные омеги.

Задача хорошего полководца — обеспечить эти самые условия.

И не расстраиваться, считая павших бойцов.

Потому что если толпы омег бросать на альф, потерь будет очень и очень много.

Я дал простолюдинам оружие, способное убивать самых сильных воинов при условии массового использования. Даже самые лучше защитные навыки, амулеты и доспехи неспособны защитить от всех угроз на долгий срок.

Омеги получили редкую возможность и некоторые её реализовали.

Но назвать их везунчиками язык не поворачивается.

По результатам битвы Трёх королей из всех последователей Лопнувшего Хаба каким-то чудом выжил лишь Гуинплен. Очевидцы рассказывали, что земля вокруг него на несколько шагов была усыпана различными трофеями, причём возле тела они сплошным слоем лежали. Также некоторое количество из беспамятного бойца извлекли лекари. Всё собрали в один мешок, и выглядел тот мешок так, будто в нём размещалась подушка немаленького размера.

При таких богатствах Гуинплену не было смысла идти в доверенные шудры ради прокачки. Он и сам себя мог обеспечить почти любыми трофеями.

Почему всё же пошёл? Да потому что он в высшей степени странный человек.

И это не только моё мнение.

Некоторые даже всерьёз полагают, что часть добычи ПОРЯДОК отсыпал ему непосредственно в мозг. И теперь дорогущие трофеи давят на серое вещество, заставляя совершать необычные поступки.

Гуинплену завидовала вся армия, но, полагаю, при этом никто не мечтал повторить его судьбу. Он у нас стал кем-то вроде живой легенды, и в этой легенде доблесть и удача перемешались с глупостью. Завидуя ему, солдаты не забывали крутить пальцем у виска. Видано ли дело, выжить после столь самоубийственного деяния, обзавестись несметным по меркам простолюдинов богатством и пойти служить дальше рядовым. Да, он быстро подрос до сержанта, но это, как бы, тоже не самая желанная должность. Учитывая демократические порядки в моих отрядах, лишь полная неграмотность и тупость становились непреодолимыми барьерами для карьеристов. Если читать и считать обучен, то при наличии даже невеликого опыта и авторитета можешь смело рассчитывать на офицерскую должность.

Гуинплен рассчитывать мог, но почему-то не захотел. Так и остался почти рядовым с огромным мешком сокровищ.

Хотя, насчёт огромных — вопрос точки зрения. Знали бы люди, сколько выпало мне…

Да я сам чуть было не стал ещё одним Лопнувшим Хабом.

Да-да, моё зверски прокачанное Скрытое вместилище забилось почти доверху. Очень хорошо, что чёрная кварта была самой невеликой по численности, потому что большую часть трофеев я получил именно с неё. Те три взрыва, ополовинившие ряды латников, инженеров и всевозможных магов, ПОРЯДОК признал целиком и полностью моей заслугой, да и после, добивая остатки тёмного воинства, я немало потрудился. Выбивал тогда в первую очередь некромантов и ассиев, а они, естественно, щедры на добычу.

Также, как полководцу, внесшему огромный вклад в битву, мне доставалась и какая-то часть от того, что добывали мои солдаты. Иногда очень даже большая часть. Например, за удачные выстрелы катапульт львиная доля добычи ссыпалась именно в моё Скрытое вместилище. Вероятно ПОРЯДОК, как и в битве при Козьей скале, каким-то образом учёл то, что хитроумные снаряды подготовил именно я. По скудным книжным обмолвкам, именно такая несправедливая для рядовых солдат математика свойственна старым аристократическим семьям. То же самое касалось «драконов» Паксуса, хитрых арбалетных болтов и «рунных мин». Все эти затеи считались дико оригинальными даже без учёта древности крови, поэтому