Признание - Сергей Баранников

— Хитрый лис! Сам устроился в полевом госпитале, а нас послал по развалинам карабкаться, — проворчал Мокроусов откуда-то из-за стены, чудом уцелевшей после взрыва.

— Не ему же самому лезть! — заспорил Паша. — В его-то возрасте только по руинам лазать осталось. И потом, из всех нас старшие целители только на «скорой». Но ты за Моржова не волнуйся, у них там и без лазанья по руинам работы хватит.

— Не отвлекайтесь, а то человека пропустите! — одёрнул я парней и сам замолчал, потому как почувствовал слабую частицу жизни под толщей камня. — Сюда!

Ратники пришли на помощь и ловко расчистили завалы. Бедолаге здорово повезло, потому как он оказался под плитой. Если бы не она, его бы раздавило обломками. Но та же плита оказалась и огромной проблемой. Одна её сторона прижала ногу, и не позволяла высвободиться.

— Нога сломана, нужна ампутация, — заявил ратник. — Никак иначе мы её не высвободим.

— Вы не сможете приподнять плиту?

— Вряд ли сможем поднять. Да и если поднимем, что толку?

— Если удастся вытянуть ногу, мы её спасём. Не гарантия, конечно, но вероятность очень высокая.

— Хорошо, сделаем. Но гарантировать успех не могу, плита слишком хрупкая, в любой момент можем рассыпаться.

Ратники втроём напряглись, чтобы поднять плиту, и только после этого она подалась. Я не терял времени даром и осторожно вытащил тело мужчины из-под плиты. Да, в таком состоянии его нельзя перемещать, но другого пути не было. Как только мужчина оказался в безопасности, плита разломилась на части и осыпалась. Оставайся мужчина там, его бы похоронило под обломками.

— У нас один спасённый! — закричал я, вливая жизненную энергию в человека. Помимо перелома ноги у него практически не было повреждений. Но прежде чем организовать транспортировку и отправить его к Моржову, мне нужно подавить болевой шок, иначе пациент может просто не дотянуть до помощи.

— У меня тут двое! — закричал Паша, пока я возился со своим спасённым.

Через полтора часа поисков я нашёл ещё одного человека, а общее число спасённых достигло семи человек. К сожалению, ещё два тела мы нашли без признаков жизни. Причём, они получили такие повреждения, что не было никакой возможности бороться за их выживание. Да и времени упущено — не передать. Тут бы все выкарабкались, кого уже спасли…

Среди спасённых были те, кто оставался в сознании, но большинство находились в беспамятстве. С каждым часом ситуация становилась всё сложнее. Время уходило, шансы на спасение таяли.

— Есть ещё один человек! — закричал Жилин, вызывая спасателей к себе.

— Везёт же кому-то, — обиженно пробубнил Мокроусов. Он пока нашёл только двоих и жутко расстраивался по этому поводу.

— Тёма, мы ведь не соревнуемся.

— Да понимаю! Просто хочется как можно больше спасти, а у меня ничего не выходит.

— То, что ты нашёл только двоих, не говорит о том, что ты плохо работаешь, или не стараешься. Благодаря тебе спасли две жизни. Это уже прекрасно.

— Ладно, давай работать, — отмахнулся парень, но я видел, что Артём заметно успокоился.

Уже минут через десять его ждал успех.

— Вот здесь! Сюда! — кричал он, указывая куда-то вниз.

— Помогите! — кричал мужчина через щель и закашливался.

— Помолчи! — заорал спасатель. — Закрой рот и молчи, чтобы в рот и лёгкие не попадала пыль. Отвечай только стуком. Один удар — нет, два удара — да. Понял?

Ответом послужил глухой едва ощутимый удар, а потом ещё один.

— Отлично! Значит, не паникует, и в состоянии ответить на наши вопросы, — обрадовался спасатель.

Через пятнадцать минут спасательных работ мужчину извлекли из-под обломков. Ему здорово повезло — он отделался рассечением на голове и закрытым переломом руки. Пока его приводили в чувство, Жилин нашёл ещё одного человека. Выжившей оказалась женщина лет тридцати. Она была в сознании, но находилась в шоковом состоянии. Пришлось не только обезболить её раны, но и направить успокоительную волну энергии. Вообще, мне кажется, Моржов нас будет вспоминать всеми нелестными словами этого мира за это решение, но в панике она может натворить куда большей беды.

— Где Ира? — кричала женщина. — Ира!

— Какая Ира? Кто это? Возможно, мы уже её нашли? — предположил спасатель.

— Ира! — звала женщина, игнорируя все вопросы.

— Это её дочь, — вмешался недавно спасённый мужчина, которого мы ещё не успели погрузить на носилки. — Девочка лет девяти, пришла сегодня с ней на работу.

— И её пустили на режимный объект? — удивился спасатель.

— Попробуй не пусти! У Людмилы Прокофьевны особый статус, с ней даже охрана не спорит, — отозвался мужчина.

Через пять минут мы отыскали и девчонку. К счастью, она спряталась под столом и отделалась парой ушибов и сильным испугом.

— Ничего, целители и духовники в реабилитационном центре приведут её в порядок, — пообещал спасатель, когда вся троица отправилась в лагерь целителей.

На этом наши успехи завершились. Мы извлекли ещё три тела и были готовы заканчивать поиски, но что-то тянуло меня в самый угол разрушенного здания. Казалось, там никого не должно быть, но предчувствие говорило, что нужно проверить ещё раз.

— Костя, мы там уже всё проверили, — попытался остановить меня Артём. — Идём попытаем счастья в цеху. Может, там кто найдётся?

— Погоди, я ещё раз всё проверю, и догоню вас, — стоял я на своём. Предчувствие срабатывает у меня не так-то и часто, но всегда метко. Я не могу полноценно полагаться на него, даже не знаю как именно это работает, но пока оно меня не подводило.

Я просканировал область ещё раз и собирался уже уходить, когда удалось почувствовать едва ощутимое присутствие Жизни. И это была не кошка, не мышь, или что-то мелкое. Это определённо был человек, только находился он очень далеко.

— Тут выживший, — устало произнёс я, потому как за время поисков было потрачено много физических сил, а энергии — так тем более. — Вот только он находится под землёй…

— Подвальное помещение или бункер! — догадался спасатель. — Надеюсь, он там в порядке, потому как мы не сможем добраться до него в ближайшее время.

— Сможете, — послышался у нас за спинами голос Корогодина. — Выходы из подземных этажей находятся на расстоянии от здания. Удивительно, что вы смогли почувствовать так далеко, господин…

— Дорофеев.

— Так вот, господин Дорофеев. Уверяю вас, что этого человека