Дракон и его полупрозрачная проблема - Маргарита Дюжева
В этот момент раздался стук в дверь.
— Иди открой. Эрик пришел.
Она недовольно фыркнула, но смолчала и пошла открывать. Я же еще раз поправила тарелки, вилки, переложила фрукты, чтобы создать более художественный натюрморт. Проверила свое отражение в зеркале. Вроде все отлично. Пусть Эрик и видел меня без прикрас и вообще без ничего, но все-таки хотелось выглядеть красиво.
Тут в кухню вернулась непривычно бледная Эмма. Глаза, как у олененка — огромные преогромные. И в них такая растерянность, что я даже испугалась:
— Что случилось?
— Там это…как его… — она неуклюже дернула головой, указывая себе за спину, — гости пришли.
— Лорд Волдер?
— А… да… он.
Эмма вела себя странно, но буквально через пару секунд все встало на свои место. Потому что к нам подошел Эрик. Без бороды. И косматой шевелюры.
— Эээ…здрасте…
Это уже я мычать начала, вытаращившись на мужчину, которого ничем не напоминал того хмурого бирюка, который жил по соседству.
— Я подумал, что неприлично приходить в гости с пустыми руками, — он протянул мне лукошко с помидорами, — я знаю, вам они нравятся.
— Вы даже не представляете, насколько, — выдохнула я.
И речь сейчас шла вовсе не о помидорах…
Он не был красавцем в классическом смысле этого слова, но если поставить рядом его и слащавого Брендона, то на последнего даже смотреть не захочется. Потому что напомаженный хлыщ, озабоченный тем, на какой бок лучше уложить челочку, не шел ни в какое сравнение с мужиком с большой буквы М.
— Вам потрясающе идет короткая стрижка.
Он смущенно пошарил ладонью по макушке:
— Да, что-то я в последнее время зарос. Настроения не было, знаете ли.
— А теперь есть?
— Теперь есть, — Эрик улыбнулся, как мальчишка, а я схватилась за сердце.
Ну нельзя же вот так сразу своей неотразимостью лупить!
Я ведь и в обморок могу упасть от восторга.
Эмма, судя по всему, тоже была близка к обмороку, потому что без отрыва таращилась на него, как коза на новые ворота. Кажется, еще немного и она бы потрепала его по щеке, чтобы убедиться, что ей не кажется.
Пришлось кашлянуть и взглядом указать на дверь. Эмма тут же спохватилась, бестолково засуетилась и быстренько убежала, оставив нас наедине.
— Как насчет того, чтобы вкусно отужинать?
— С удовольствием, — Эрик галантно подставил мне локоть, и я не отказалась.
— Как пирог? — спросила я, наблюдая за тем, как лорд Волдер искренне и от души наслаждается ужином.
— Бофефственно, — прошамкал он, не отрываясь от тарелки.
Мне стоило огромного труда, чтобы не начать умиленно вздыхать. Вроде такой здоровенный, мрачный, нарочито отстраненный и холодный. Дракон, в конце концов! А все равно урчит довольным котом от моей фирменной выпечки.
На душе было так хорошо, что все проблемы, которые до этого казались неотвратимыми, непреодолимыми, висящими над головой словно дамоклов меч, вдруг перестали быть такими уж и страшными.
Подумаешь, исчезаю маленько. С кем не бывает? Тем более даже я стану полностью прозрачной, Эрик будет видеть меня, как и прежде.
Я вспомнила его вытянувшееся лицо, когда он застукал меня на грядках за поеданием помидор, и свое позорное бегство с тылами, прикрытыми листом лопуха, и чуть не рассмеялась.
— Что? — насторожился он.
— Ничего, — я покачала головой, — просто думаю о том, что жизнь-то налаживается.
— Это отсутствие бороды на моей физиономии так подействовало?
— Возможно.
Борода — это вообще отдельный разговор. Бывает ходит мужик-боярин с лопатой до груди. Важный такой весь, солидный, а бороду сбрил и полное разочарование. Подбородочек узкий, впалый, губки бантиком, как у уточки, щечки пухленькие. И все, образ потерян. Вместо косматого викинга — пупсик.
В случае с лордом Волдером все иначе. Жесткая линия челюсти, мужественный подбородок, усмешка, скрытая в уголках губ.
Так… Стоп! Я опять им любуюсь! Да сколько можно-то!
Взрослая, солидная женщина, уже давным-давно осознавшая, что думать надо головой, а не сердцем или другими непригодными для того местами, а сижу и как блаженная умиляюсь.
— Я весь день думал о том, что ты мне рассказала…
Я прижала палец к губам, призывая к осторожности.
Эмме незачем знать о моих подозрениях. И вовсе не потому, что я ей не доверяю и хочу держать подальше от своих дел. Конечно, нет. Она, наверняка, не удержит язык за зубами и донесет обо всем моему отцу. Тот начнет разбирательства, мачеха поймет, что пахнет жареным и быстренько подчистит все хвосты, оставив меня без доказательств. К тому же преданная служанка может броситься грудью на амбразуру защищая свою полупрозрачную хозяйку. Помню я, как она налетела на ночного разбойника, пробравшегося в наш дом. И помню, чем все для нее закончилось — глубоким обмороком, ушибами и синяком в пол лица. Так что пусть лучше пребывает в неведении, чем наводит суету, рушит планы и подвергает себя опасности.
Эрик все понял без слов. Кивнул в знак согласия: