Маг-целитель в... обычном мире?! #4 - Даниэль Волков
Глава 15
Глеб перестал вертеть шампур и уставился в угли. Любое враньё у Глеба сразу проступало на лице, и потому он молчал изо всех сил. Мясо на его шампуре подгорало с одного бока. Глеб сидел каменный, хотя секундомер на шнурке давно отщёлкал положенное.
Зато вояка во мне подал голос сразу, раньше, чем я успел ему запретить, и, как всегда, по делу. На визитке мобильный, а где ночует такой номер, Артём выяснит за сутки. Термос под мышкой и стук в дверь до рассвета значили одно. Этот умеет ждать один в машине, рано утром, на пустой улице. Два пальца под угол челюсти, на нерв, чтобы не дёрнулся к телефону, потом нож под ухо. Убить его можно тихо, прямо в его машине. Шума потом будет немного, просто ещё один покойник в той же сводке. Эту мысль пришлось довести до последней мелочи. Брось я её на середине, она вернулась бы сама, в самый неподходящий час.
Потом я её отложил. Панкратов делал свою работу и, судя по четвергу на рассвете, справлялся с ней хорошо. Людьми он не торговал, детдомовских пацанов по бабкам не гонял. Таких я не трогаю. Правило это появилось у меня ещё перед первой дверью, и далось оно мне дорого.
Подняв глаза, я наткнулся на Артёмов взгляд. Он следил за мной через мангал, внимательно и не мигая. Я почти не сомневался, о чём он сейчас вспоминает. О беседке, где я сам попросил его в следующий раз меня остановить… В ответ я чуть заметно качнул головой. Артём выдохнул и отвернулся к шампурам.
— Я ему честно сказал, не знаю, — добавил Дима, дотягиваясь до следующего шампура. — Я и щас не знаю, где мы. Два такси, бро. Я спал.
Сказал он это легко, как про погоду. Где мы, он так и не спросил и спрашивать, похоже, не собирался. Ноутбук на табуретке пиликнул. Дима вытер пальцы о треники и перетащил его к себе на колени.
На ночь Дима уполз в гамак, наотрез отказавшись от топчана. Ему досталось ватное одеяло Семёновны. Сам я устроился на веранде и долго лежал с открытыми глазами. Куртка висела на гвозде прямо надо мной. Из кармана белел уголок визитки, которую я так и не затолкал поглубже… Вояка своё сказал и умолк. Отложенная мысль про пустую утреннюю улицу и машину Панкратова, однако, никуда не делась и ворочалась у меня под боком. За рабицей на сорок пятом допоздна бубнило радио, к полуночи смолкло и оно. В два часа щёлкнул таймер, и лиловое зарево над теплицей погасло. За стёклами веранды двор ушёл в темноту. Теперь гамак угадывался только по светлому пятну одеяла. Сколько ему понадобится, чтобы от двести седьмой дойти до этой калитки? Полежав ещё немного, я плюнул на сон и полез в подвал.
Артём, конечно, сидел у стены. Ещё с лесенки я разглядел у него на мониторе всё те же пятна, а у локтя кружку, над которой давно не было пара. Из-за стеллажа доносилось ровное посвистывание Глеба, спавшего в своём углу на раскладушке. Я устроился на нижней ступеньке.
— Принтер мешает? — спросил Артём, не оборачиваясь.
Принтер молчал с полуночи.
— Не принтер.
На этом расспросы кончились. Минут десять мы так и сидели, он над своими пятнами, я на ступеньке. Артём изредка щёлкал мышью. Пятна на мониторе перекрашивались и тут же снова расползались. Ковыряя ногтем отставшую от ступеньки щепку, я был уверен, что молчим мы об одном и том же.
Потом наверху прошаркали по кухне шлёпанцы. Скрипнул люк, шестая ступенька щёлкнула под ногой, сверху сонно выругались. Я поднялся и отступил к стеллажу. Подсвечивая себе дорогу раскрытым ноутбуком, по лесенке сполз Дима. Вихры у него с одной стороны слежались в блин. Щёку пересекал узор от гамачной сетки.
— Бро… — Он сощурился на лампу. — Зарядка. Я её тут воткнул. У меня десять процентов, а в девять созвон…
Зарядка нашлась в удлинителе под Артёмовым столом, рядом с модемом. Выдернув её, Дима выпрямился и упёрся взглядом прямо в стену. Да так и замер, с ноутбуком под мышкой и шнуром в кулаке.
— Чё это?
— Головоломка, — нашёлся Артём, не моргнув глазом. — Из одной инди-игрушки. Там узлы на карте, их надо расставить так, чтобы энергия по сети шла ровно. Чтоб нигде не перегрелось и не погасло. Неделю сижу, уровень не проходится.
Артём соврал гладко, на одном дыхании. В который раз я отметил про себя, как легко Артёму даётся враньё, когда оно для дела.
Дима зевнул и поскрёб живот под футболкой. Взгляд его поплыл по стене, по цветным пятнам и дальше, на карандашный план участка. Я проследил за ним. Из-под пятен на плане проступали карандашные точки. От каждой к каждой Артём протянул по линейке сотни линий, целую серую паутину в пол-листа.
— Нуу… а вы чё, поле считаете? Пятна вот эти.
— Ну да. Потенциал по всей площади, потом градиент, потом…
— Зачем?
Артём осёкся на полуслове. Дима ткнул пальцем в бумажный план, прямо в паутину линий.
— У тебя ж точки. И линии. Тебе ж не надо, чё там между ними… ну, в пустоте. Тебе надо, чё по линиям течёт. — Он снова зевнул, на этот раз до слёз. — Это же просто граф.
Артём застыл. Дима, видно, принял это за непонимание и пустился объяснять, медленно, с паузами, подбирая слова:
— У нас то же самое. Доставка. Склады, курьеры, дороги. У каждой дороги… ну, сколько по ней пролезет. Никто ж не смотрит, чё там в воздухе между складами. Пускаешь поток по рёбрам, и оно само… балансится. Чтоб в каждой точке сколько пришло, столько ушло.
Он поставил ноутбук на край Артёмова стола, воткнул шнур обратно и развернул