Стример из иного мира. Том 3 - Андрей Схемов
Что ж, печь вроде готова. Пора и к пробной выпечке приступать.
Айлин привела двух помощниц с мукой и овощами. Я отобрал из оставшихся охотничьих припасов птицу, медвежатину и змеятину (как называл её Ло).
Первую заготовку я посадил неудачно: слишком жирное донышко отлипло от стены. Успел подхватить пирожок лопатой и переложить на стол.
— Для проверки ловкости тоже годится, — одобрил Фарух, пряча улыбку.
Следующую посадочную сторону я оставил без масла, слегка смочил солёной водой и прижал к горячей стенке. На этот раз тесто удержалось.
Пока пирожки пеклись, я попытался повторить то, что видел у Ива. Техника «Готовка с душой» до сих пор оставалась лишь пониманием. Тем не менее, наблюдая, как жар проходит сквозь тесто, я сумел удержать тонкий поток силы в начинке, не выпуская её вместе с паром.
После нескольких попыток я уже мог удерживать поток, даже не глядя. Так из прежних догадок сложился первый рабочий приём техники.
Айлин сняла пробу и довольно кивнула, а затем предложила мне самому угадать начинку трёх закрытых пирожков. Без духовного восприятия, разумеется.
Я согласился. Капусту с мясом распознал сразу, а вот тыкву с подрумяненным луком принял поначалу за белый корнеплод.
— Значит, завтра я буду проверять, что вы кладёте гостям, — заключила девушка, отнимая у меня тарелку. — А то ещё перепутаете.
— У меня будут подписи на все, чтобы этого не допустить, — шуточно возразил я.
— Тогда я буду проверять всё ещё раз, — пообещала Айлин, уже не скрывая улыбки.
Меню мы утвердили к вечеру: пирожки с медвежатиной, со змеятиной, с тыквой, с капустой и мясом, с яйцом и луком, с горохом и с яблоками. Семь блюд. Но было ещё одно, которое я собирался сделать блюдом дня. Им должна была стать самса.
Что ж, завтра посмотрим, что из этого выйдет.
* * *В день праздника мы пришли к тандыру задолго до первых гостей. Под навесом расставили миски, помощницы принесли муку и деревянные блюда. В камере догорали дрова.
Барим ещё раз проверил кладку, Фарух — поддувало.
Айлин, временно забыв, что она госпожа, повязала передник и пододвинула мне большую миску с луком.
— Давненько я так не плакала, — пошутила она. — Умеете же вы, Шен, довести девушку до слёз.
— Прошу прощения, моя госпожа, — рассмеялся я, глянув на её влажные, но тем не менее счастливые глаза. — Я распоряжусь, чтобы этот лук выпороли в наказание.
— Лучше зажарьте его, — тоже рассмеялась девушка.
— Всенепременно, — ответил я.
Для самсы я выбрал мясо оскала. Убрал жёсткие прожилки, нарубил небольшими кусочками и добавил много лука. Туда же пошли жир, зира и чёрный перец. Излишние пряности здесь только забьют вкус птицы.
Айлин попробовала ложку начинки, которую я отдельно обжарил на сковороде, и протянула щепоть растёртых семян.
— К птице подойдёт, — пояснила она, показывая, сколько взять. — Только совсем немного, а то послевкусие будет иное.
Я сравнил две пробы. Приправа, действительно, оказалась кстати; мы отложили её к птичьему мясу, чтобы помощницы не добавили во все начинки сразу.
Медвежатину я ещё вчера довёл до мягкости с луком, а теперь порубил и смешал с густым мясным соком. Нежного змея нарезал иначе, соединив с белым корнеплодом и зеленью. Мясо разное, значит, и обращаться с ним одинаково было бы глупо.
Рядом разминали сваренный горох с жареным луком. Остывала тушёная капуста с мясом. Тыкву нарезали мелкими кубиками, варёные яйца соединили с зелёным луком и маслом. Подготовленные миски я убирал в хранилище, оставляя только те, что требовались сейчас.
Яблоками занялась Айлин. С сомнением добавила предложенную мной корицу, попробовала припущенные ломтики и взяла вторую ложку.
— Вкусно? — уточнил я, раскатывая тесто.
— На удивление да, — отозвалась девушка. — Даже жалко такое в тесто закатывать.
Пресное тесто для самсы я раскатал пластом, смазал жиром и свернул рулетом. Разрезав его на порции, каждую раскатал отдельно. Айлин повторила мои движения, наблюдая за появившимися слоями. Я показал, как выложить начинку и крепко свести края, чтобы сок не вытек на стенку тандыра.
— Я всё же нашла у вас один изъян, — объявила девушка, придвинув мне треугольник из теста. — Один угол кривой.
— Скажем, что так задумано и, вообще, это авторское виденье, — предложил я, укладывая самсу на доску.
За ограждением остановился соседний повар. Посмотрел на наши заготовки и неодобрительно покачал головой.
— Не удержится ваш хлеб как вы того хотите, — заметил он, когда я подошёл к печи. — На угли всё уроните. Невозможно же есть будет. Кто так делает?
— Истинные ценители настоящей кухни, — ответил я, на что повар лишь приподнял брови и продолжил внимательно наблюдать за всем, что мы делаем.
Я уложил самсу на посадочную подушку, опустил длинную рукоять над бортиком и прижал тесто к внутренней стенке. Осторожно отвёл инструмент. Заготовка осталась на месте.
Повар наклонился вперёд, но промолчал. Айлин подала следующую самсу, а я двигался вдоль края. До дальней стороны дотягивался более длинной лопатой, придерживая её духовной нитью, чтобы инструмент не повернулся. Вскоре по стенке протянулся ряд светлых треугольников.
Мы прикрыли горловину частями крышки. Я направил в заготовки тонкие потоки силы, применяя найденный вчера приём «Готовки с душой». Удерживать несколько откликов оказалось сложнее, чем один: стоило отвлечься к столу, как крайний начинал распадаться.
Айлин заметила, что я перестал отвечать на её бесконечные вопросы. Так я увлёкся готовкой.
— Не мешай, — велела она помощнице, которая хотела меня о чём-то спросить. — Дождись, когда эту партию закончит.
Я благодарно кивнул.
Постепенно удалось поймать общий ритм. Начинка прогревалась, моя энергия удерживала её собственную силу, не позволяя рассеиваться. До чудес Ива мне ещё далеко, но теперь я хотя бы понимал, за что он ругал меня на нашей совместной готовке.
Подняв крышку, я увидел подрумянившееся тесто. Отделил первую самсу тонкой лопатой, подхватил второй и переложил на блюдо. Айлин потянулась к ней, но я сначала разрезал оболочку и проверил начинку.
Внутри оказался сок. Дав половинкам немного остыть, одну протянул девушке, вторую взял сам. Слои теста хрустнули под зубами.
— Ваше мнение? — спросил я, отставляя нож.
— Подождите, я ещё ем, — попросила Айлин, прикрыв рот ладонью. — Очень вкусно. Дайте доесть.
Оценку остальных тоже не пришлось долго ждать. Люди осторожно откусывали горячее тесто, заглядывали внутрь и сразу возвращались к своим тарелкам. Мужчина, попытавшийся унести несколько штук без блюда, обжёг пальцы. За что стал жертвой насмешки от остальных, но не особо злобных.
Возле нас начала расти очередь.
Получил свою самсу и недоверчивый повар. После чего остался рядом. Теперь он