Реликтомант 2 - Аристарх Риддер
— Есть у меня одна мысль, — признался я. — Но это отдельная работа. Долгая и дорогая. К следующей неделе я вам её не сделаю, даже не просите.
— Тогда хотя бы право первыми обсудить заказ, — быстро сказал Райнер. — Когда будешь готов.
— Это можно, — легко согласился я и протянул ему правую руку.
Ладонь у Райнера оказалась холодной, но пожал он крепко, по-деловому.
Курт ждал своей очереди и улыбался во всю бороду. Рука у него была тяжёлая, с мозолями от рукояти.
— Воздуханы, — с удовольствием произнёс он, тряся мою ладонь. — Вот увидите, господин архимаг. Через год о нас вся империя узнает.
Спорить я не стал. Узнает, конечно. Вопрос только в том, что именно.
Взлетать сразу после разговора мы, разумеется, не могли.
Корзина стояла кособоко, борт с одной стороны выгнулся внутрь. Ближний бак потерял через шов почти всё, что в нём было. Поднимать такую конструкцию в воздух я не стал бы даже ради спасения мира, не то что ради экономии времени.
Наёмники взялись за дело охотно. Похоже, после клетки любая работа казалась им отдыхом. Четверо подняли корзину и перенесли на ровное место. Двое придерживали оболочку, чтобы её не таскало ветром по камням. Бруно с Фредом отвинтили повреждённый бак и унесли его подальше от плиты.
Материал я искал недолго. В ближнем сарае нашлось старое ведро с крепким дном. У колодца в траве лежал железный обруч от рассохшейся бочки. Треснувшие планки я решил заменить досками от разбитого ящика, который валялся у крыльца.
Дальше пришла очередь Ремесла.
Я положил ладони на бак, а рядом пристроил ведро. Металл под руками потеплел и поплыл. Шов затянулся, а лишнее железо легло сверху аккуратной заплаткой.
'Преобразование предмета: бак топливный.
Состояние: восстановлен.
Осталось преобразований на сегодня: 3.'
Корзину я выправил уже без преобразования. Прутья сами встали на место, новые планки легли поверх старых, а обруч от бочки ушёл на то, чтобы укрепить край. Левое плечо при этом ныло так, что я пару раз останавливался и пережидал.
Эля молча подошла и держала борт, пока я работал одной правой.
Курт всё это время стоял рядом, сложив руки на груди. До сих пор он видел меня только в бою, да и то с земли. Теперь он увидел, как ведро становится частью бака, и лицо у него сделалось очень задумчивым.
— А ведро где? — наконец спросил он, оглядываясь по сторонам.
— Ведра больше нет, — ответил я, вытирая руки. — Теперь оно бак.
Курт кивнул и что-то тихо сказал Фреду. Я разобрал только слово «хозяйственный».
Райнер стоял в стороне и молчал. Глаз с моих ладоней он при этом не сводил. Объяснять я ему ничего не стал. Пусть делает выводы сам. Судя по его лицу, думал он про меня очень серьёзные вещи.
Тросы я испытал сам, по очереди, дёргая каждый и проверяя, как он держится. Усилия с нами не было. Паук сделал бы это громко и с большим количеством упрёков. Зато всем бы сразу стало понятно, что работа эта крайне важная и нужная.
Зато Булыч постоянно крутился рядом, то и дело привлекая внимание к мелким демонятам, которые периодически бродили неподалёку. С некоторыми он даже сумел справиться самостоятельно, чем показал, что свои уровни получил не просто так.
Пока я возился с креплениями, наёмники обшарили деревню. В амбаре, куда демоны стаскивали всякий хлам, нашлись два их меча, щит без ремня и чей-то одинокий сапог. Сапог Фред зачем-то забрал себе.
Я отдал им половину нашей воды и почти весь хлеб. Курт пересчитал куски и разделил их на шестерых сам, не спрашивая Райнера.
— Через две недели жди вестей, — пообещал Райнер, закидывая на плечо найденный в сарае плащ. — Раньше отец не успеет. Ему нужно время, чтобы сделать вид, что он колеблется.
— А на самом деле? — поинтересовалась Эля, не опуская огнемёта.
— На самом деле он будет считать, — ответил Райнер и впервые за день почти улыбнулся. — Сначала, сколько потеряет. Потом, сколько заработает. Вторая часть обычно побеждает.
Спросил я Райнера также и про то, зачем ему вообще нужна была смерть Эшенбахов и как его отец связан с демонами.
Но ничего конкретного, он сказать так и не смог. И было похоже, что он и впрямь сам ничего не знает. Он предположил, что дело могло быть в местных дворянских разборках. А когда услышал об Эдуарде и его роли в этом деле, то начал валить всё на него.
Эля явно ему не поверила, а я и подавно. Но нам сейчас было важнее получить возможность активно торговать с городом. А там будет проще разобраться и во всех этих интригах против семьи Эшенбах.
Про трофей я, понятно, тоже не забыл.
Высшие демоны на дороге не валяются. Этот, правда, лежал как раз посреди площади, но второго такого случая может и не представиться.
Гараж бы мне не простил, если бы я его тут бросил. Только грузить тушу в корзину на двоих я не собирался.
Наёмники перед уходом помогли оттащить её волоком в амбар. Ворота мы закрыли и подпёрли бревном. Эля отметила деревню на своей карте и поставила рядом жирную точку.
Страус из бурьяна тоже остался дожидаться второго рейса. Его мнения никто не спрашивал.
Наёмники с Райнером ушли по дороге, которую выбрал Курт.
Райнеру предстоял разговор с отцом, Курту предстояло отмыть своих людей и начать устраивать новое дело. Чья задача сложнее, я бы гадать не взялся.
Взлетели мы после полудня, и ветер снова потянул нас к городу. От изначальной цели, мы с Элей решили не отказываться.
И до Вальдбурга, на этот раз, добрались без приключений. Хватит с нас на этот раз посадок на чужие головы.
Город вырос впереди часа через три. С разведки я помнил его тёмной полоской стены и далёким блеском над лесом. Теперь он стоял совсем рядом, и разглядывать его можно было без всякого бинокля. У ворот толпились повозки, по дороге тянулась вереница людей с мешками и корзинами, кто-то гнал гусей, кто-то ругался с возницей, а над всем этим поднималась Хрустальная башня.
Вблизи она оказалась тонкой и высокой, солнце стекало по её граням вниз, и от неё на крыши ложились светлые пятна. Чуть дальше, за стенами, над домами раскинулась огромная тёмно-зелёная крона взрослого Хранителя. Наш рядом