Попаданец в поисках смысла - 5 - Тампио
— Ты же не против, если я оставлю свою фамилию?
— В смысле? — не понял я.
— Ну… У меня будет двойная: Вейлтрих-Камадос, чтобы было ясно, какая дана при рождении, а какая — при замужестве.
— Мне тоже придётся взять двойную?
— Нет! — сразу покачала головой Ранна, не дав моей системе пояснить. — Муж берёт двойную фамилию, только если статус жены выше. Будь ты просто дворянином, а у меня было бы герцогство, то стал бы Камадос-Вейлтрих, а я оставалась бы так же Вейлтрих. Всё просто!
— Тогда тебе зачем двойная?
— Я к своей привыкла, — неопределённо ответила девушка.
— Как хочешь, милая. Мне непринципиально.
— Вот и замечательно! — на моей щеке запечатлелся поцелуй.
Ох уж эти пресловутые женские капризы! Но на этом неожиданности не закончились.
— Как думаешь, надо ли шить новый мундир? — Ранна явно приготовилась меня сегодня удивлять.
— Сколько раз ты его надевала? Раза три, наверное?
— Четыре.
— И что с ним случилось такого, что дальше невозможно носить?
— Он мне тесен.
— В каком месте? — я протянул руку к талии и начал опускать ниже.
— В других местах.
— Ну… — попытался я найти повод сэкономить. — Так даже будет привлекательнее.
— Думаешь?
— Некоторые на пляж специально надевают купальник на размер меньше, чтобы…
— Тогда точно новый шить надо! Выглядеть пóшло на бракосочетании не хочу — только себя и тебя позорить.
Ох уж эта женская логика! А кто-то специально носит тесную одежду, чтобы выглядеть худой в одних местах и пышной в других.
— А успеют пошить?
— Успеют, если доплатить за срочность.
— Похоже, что именно на таких доплатах ателье и делают основную выручку, — вздохнул я.
— Только вот ещё…
— Что «ещё»? — приготовился я к худшему и угадал.
— Отец был согласен оплатить платье, но не мундир. Он не видит причины, зачем покупать новый, если этот надевался всего несколько раз.
— Ладно, — махнул я рукой, понимая, что в будущем подобных проблем станет только больше, так что экономить нет смысла. — Завтра же полетим в ателье.
— И ещё…
— ЕЩЁ?!
— Может, пригласим Вотуна? Как-никак он с нами целый год мучался.
— Да, это хорошая идея.
— Правда?
— Правда, — кивнул я. — Он единственный преподаватель, о котором могу говорить только хорошее.
Несмотря на подготовку к бракосочетанию, Ранна всё же выкраивала время на мастерскую. Вначале, конечно, пришлось поискать не только приемлемую цену на базу данных техника, но ещё и на услуги по установке. Оказалось, что моя невеста лишь пару раз бывала в подобных мастерских, и уж точно никогда не предполагала, что будет управлять дроидами, ремонтируя «разные железки». Ничего, пусть практикуется — хуже не будет, а пригодиться может.
Как я и думал, повреждения у «Принцессы» в основном касались корпуса, что несколько облегчало предстоящий ремонт, но не снимало проблему самого ремонта. Непосредственно с углепластиком я дела ещё не вёл, поскольку Хинси просто вызывал специалиста, который и занимался спеканием. Ему это выходило дешевле, чем учить работников и закупать необходимое оборудование, которое могло простаивать без надобности неопределённо долгое время. А тратиться на то, без чего вполне можно обойтись, мой бывший работодатель не любил. Кстати, сразу после того, как собственность Хинси стала моей, я нашёл в кладовой тот самый инженерный комбинезон, о котором так часто напоминал. Причина, почему он мне так и не был выдан, теперь уже не важна, но стала дополнительным штрихом к и без того полному портрету скупого Хинси.
По заявлению его сыновей, которые всё-таки в действительности укрывались на Столичной-3, ко мне пришёл следователь, но, ознакомившись с дарственной и свидетельствами о регистрации объектов недвижимости на моё имя, больше не появлялся. К какому окончательному выводу пришли те два балбеса — не знаю, но выяснять у меня судьбу своего пропавшего отца тоже не стали. Они, по всей видимости, решили, что миллион кредитов на каждого — это более разумный выбор, чем рисковать и вступать в конфликт со мной. Да, сумма большая, и вряд ли парни смогут заработать столько даже за десять лет, а, судя по тому, что не трудились ни дня, то и за двадцать.
А вот Ранна меня удивила: узнав о моём доме и мастерской, она восприняла это как должное и даже не спросила, откуда у это имущество. Это может указывать на безразличие или же на уверенность, что все мои действия являются законными и правильными. Надеюсь на второе.
***
День бракосочетания приближался, и моя невеста начинала проявлять объяснимую нервозность, которая, впрочем, не переходила в истерику или в нечто подобное. Просто она по нескольку раз начала перепроверять все свои дела, доводя каждое чуть ли не до совершенства. Я как мог её успокаивал, надеясь, что после всех формальностей она снова будет как прежде.
За три дня до наступления торжественной даты к нам пожаловало всё семейство Вейлтрихов, и вот тут-то я в полной мере осознал, насколько мой дом не