Артем Михалев - Темное сердце

— Не понимаю. — Я задумчиво побарабанил пальцами подлокотник. — За всем стоит явно непростой человек. Создать ритуал такой сложности может только гений. Но зачем магу высочайшего уровня убивать себе подобных?

— Смотри. — Игорь оттопырил указательный палец и продолжил менторским тоном: — Первое. Началось это давно, а первые всплески впитывали немногие. И ты прав — у них не было большой необходимости в усилении дара. Но есть и второе. — Перед моим носом назидательно качались уже два пальца. — По уверениям теоретиков, обряд способен наделить силой даже простого человека. Отсюда проклевывается неплохой инструмент для влияния на окружающих. Представь, сколько денежек отвалит кремлевская верхушка за чужой дар. Здесь узелок тугой: деньги, власти, армия, политика. Даже сейчас, после Волны, не стоит недооценивать возможности этого ритуала. А раньше?! Никто ж не знал, что магов будет как собак нерезаных.

— На Эльвиру похоже.

Я испытующе посмотрел на священника, но тот не стал выгораживать бывшую церковницу.

— По этому делу ее проверяли и ваши и наши. В половине случаев у нее стопроцентное алиби. Камеры наблюдения, документы, личные встречи. Проверили сестренку. Эту, как там ее? Ливиан! Пустышка. Заклинания кровососов отличаются специфическим, как ты говоришь, запашком. Правда, поговорить с ней мне не позволили — передали записи допросов. Но там глухо. Предательство сестры сильно подействовало на вампиршу — она замкнулась и отказывается говорить. Нам ее не отдадут, сам понимаешь. Ливиан дает «чертям» прямой выход на разработки сестры, а это поважней убийц-маньяков. Тем более что и ритуальщики в последнее время притихли. Нет огласки, нет трупов — дело могут списать в глухари.

— Стали лучше прятаться?

— Может, и так, — согласился Игорь.

— Еще что-нибудь пробовали?

Священник пожал плечами:

— На живца ловили от безысходности. С группой поддержки и магическим прикрытием, но после Волны этот вариант отпал. Слишком много одаренных вокруг. Да и последствия вампирского бунта дают о себе знать. Ты списки пропавших видел? Отследить каждого нереально. Пока сердюковцы не разгребутся, особой помощи ждать не стоит.

— А что они делают-то?

— Роют. Слухи, допросы. Все что угодно. Просматривают записи видеокамер наблюдения. Заметил, что в последнее время их резко прибавилось? Не только из-за краж и вандализма. Библиотеки и книжные магазины под плотным контролем, особенно ряды с эзотерической графоманью. В крупных магазинах спецы Сердюкова даже прослушку организовали. Про сайты этой тематики я молчу, там вообще фиксируется от и до. Но это не наш случай, к сожалению.

— Логично. После инициации маги первым делом ломанутся за знаниями.

— Правильно мыслишь. Это Графа идея. Ты даже представить не можешь, сколько умников на этом фокусе погорело. Самое рыбное место.

Игорь довольно улыбнулся и притормозил перед шлагбаумом.

В свете последних событий люди в форме перестали быть редкостью на улицах Москвы, но направляющийся к нам охранник несколько выделялся из серой массы. Он был одаренным. Моего чутья даже хватило, чтобы расшифровать легкую пульсацию его ауры как заклинание из арсенала кинетиков. Такого же я видел в отряде Косты. Правда, тот был на порядок сильней и запомнился просто сверхъестественной смертоносностью. Отсутствие визуальных эффектов заставляло относиться к этой школе очень уважительно. Проворонить атаку такого спеца — раз плюнуть.

— Документы, — коротко бросил охранник, заставив меня скрипнуть зубами.

Внутренний зверь выбрал неподходящее время, чтобы выглянуть наружу. Если задуматься, то нет ничего странного в такой реакции. Овец рода человеческого смерч воспринимал как пищу и не обращал внимания. Дети, старики и женщины не интересовали потустороннего хищника. Зато любая угроза действовала на нас как красная тряпка на быка. С недавних пор я воспринимал силу, характер и уверенность как личный вызов. В таких случаях удерживать подселенца в узде становилось стократ сложней. Повезло, что раздавшийся из груди рокот замаскировало гулом двигателя. Не хватало еще неприятностей с собственной конторой.

Вернув документы, ведьмак поправил автомат и махнул рукой в сторону:

— Вас ждут, святой отец. Сейчас направо и вдоль здания до стоянки.

— Спасибо, я знаю. — Тронувшись с места, Игорь повернулся ко мне со словами: — Ты как? Удержишь его?

— Справлюсь.

Раздражение на самого себя выплеснулось в резком ответе. Пришлось извиниться. Святоша в сущности неплохой человек, и не он виноват в моих проблемах.

— Нормально все. — Игорь ободряюще улыбнулся. — Прогнозы говорят, что тварь рано или поздно ослабнет.

— Я вообще не понимаю, почему меня сразу не прибили. Нет человека — нет проблемы.

— Есть вероятность, что смерч вырвется наружу сразу после твоей смерти. Сейчас и без него проблем хватает. Вот разберемся — тогда берегись.

— Понятно. — Шутливого тона я не поддержал, всерьез подозревая, что в реальности дела примерно так и обстояли. — Сменим тему?

— Да легко.

Припарковавшись на стоянке, Игорь открыл дверцу и принялся выбираться из машины. Недолго думая и я последовал его примеру.

Курившие прямо напротив входа армейцы лениво мазнули взглядами по черной рясе священника и так же лениво отвернулись, возвращаясь к прерванному разговору. Похоже, церковные гости здесь не редкость. Парни-то на первый взгляд бравые, смутить их платьем и серебряным крестиком вряд ли удастся. Вон даже на перекур с автоматами ходят, чтоб враги не застали врасплох с, так сказать, спущенными штанами. Молодцы, одним словом, даром что смолят прямо под запрещающей табличкой.

Отметив про себя, что раздражение никуда не делось, я зашагал вслед за священником, пытаясь привести чувства в порядок. Откровенно говоря, большей частью злость была направлена на себя самого. Отличаясь довольно флегматичным нравом, я не привык взрываться эмоциями на каждом шагу, и чтобы вывести меня из себя, надо было постараться. Случалось такое редко. Неудивительно, что «смена декораций» в собственном характере не приводила меня в восторг. Одного стихийного бедствия на семью более чем достаточно. Вспомнив про сестру, я мысленно вздохнул и еще сильней «закрутил гайки» внутри себя. Раздражение сдавленно пискнуло и скрылось до поры до времени.

Очень вовремя.

Потому что бравые ребята, все как на подбор отличающиеся выдающимися габаритами, словно специально сомкнулись, демонстративно глядя куда угодно, только не в мою сторону. Мелочь. Шутка для салаг, и в другой раз я бы принял ее с пониманием. К счастью, Игорь уже скрылся за металлической дверью и не успел прийти на помощь. Изучив повадки зверя, я не сомневался, что любой намек на слабость мгновенно взбеленит нас обоих. Именно нас. Потому что я все реже отстранялся от него, понемногу впуская внутрь. Неосознанно. Вот и сейчас он заворочался, намекая, что не мешало бы поставить зарвавшихся двуногих на место.