Артем Михалев - Темное сердце

Оставалось только решить проблему с магией. Делов — начать и кончить.

Сергей только-только приглушил похмелье ударной дозой аспирина и теперь запивал его пачкой активированного угля. От одного взгляда на стакан с мутной жижей меня передергивало, да и сам алкоголик заталкивал лекарство с таким видом, что становилось понятно — гадость, но пить нужно.

— Что планируешь?

Желудок Черного издал протестующий вопль, требуя сатисфакции за унижение, но мой друг был беспощаден — последний глоток отравы отправился вслед за пельменями. Прислушавшись к ощущениям, Сергей удовлетворенно ответил:

— Уборку планирую. Потом поеду извиняться. — Поморщившись от очередного нутряного вопля, уточнил: — Завтра. Как отойду чуток.

— Это понятно. Я про спорт и вообще…

Друг посмурнел:

— В большом спорте я никому не нужен. Параолимпийские игры не для меня, а любой сверх порвет меня как Тузик грелку — вместе с поясами и медалями. Помнишь того урода возле фитнес-центра?

Вопрос был явно риторическим. Невозможно забыть день, с которого началась моя карьера в тринадцатом отделе. Как и некроманта, что едва не препарировал моих друзей ради развлечения. Я вздрогнул, когда от удара кулака на столе задребезжала посуда — Сергей тоже помнил.

И это было прекрасно.

Иначе я бы неминуемо пропустил самое главное. Вспышка ярости Черного легко толкнула меня в нутро. Я не буду спорить о вреде алкоголя — факты налицо. Но один плюс у спиртного все-таки обнаружился. Наркотики, секс, алкоголь — все это так или иначе раскрепощало сознание. Слетали барьеры цивилизации. Не сдерживаемая сознанием, магия начинала течь свободней. Вместе с его ударом до меня донеслась слабая пульсация. Скорей дуновение. Настолько неуловимое, что я определенно мог обознаться.

— Ты уверен насчет диагноза?

Серега тоскливо пожал плечами и налил себе еще один стакан кипяченой воды. С сомнением повертев вторую пачку активированного угля, он с отвращением швырнул ее в мусорное ведро. Наблюдая за его действиями, я задумчиво тарабанил пальцами по столу.

Я пересекался с проверяющими, и хотя гражданские спецы ММИ не имели отношения к нашему отделу, вращались мы в одной области. Приходилось им несладко. Волна накрыла слишком многих. Ребята натурально зашивались, и качество работы падало. Им просто некогда было разбираться в спорных случаях.

Дело в том, что существовал один маленький, но существенный нюанс. Количество людей, полностью лишенных магических способностей, стремилось к нулю, но все, кто не проходил по минимальной планке, получали отметку нулевого рейтинга. Пустышка.

Это означало следующее: значимые силы отсутствуют, опасности субъект не представляет. Свободен!

И если тщательная проверка могла обнаружить минимальные способности, то их развитие до приемлемого уровня не стоило требуемых усилий. На данном этапе этим просто никто не будет заниматься. С точки зрения государства сейчас это бесполезная трата ресурса. ММИ стремилось собрать сливки, успеть найти и привязать лучших — пока не попали в переделку, не убежали за границу, не сгорели от неумения. Тысячи всяких «не» поджидали начинающих сверхов, и успеть нужно было действительно многое. Неудивительно, что на нулевок просто махнули рукой.

Я это понимал и принимал, но в отличие от государства, у меня было время. Не было мозгов. Просто не подумал, что отвезти Черного к Васильку, вылечить от похмелья и провести глубокое сканирование окажется проще, чем разбираться самому. Засучив рукава, я принялся за дело.

Больной был препровожден в комнату и уложен на диван.

— Фух, хорошо-то как! — с закрытыми глазами выдохнул Черный. — Вроде полегчало. Думал, сдохну.

— Молча лежи и постарайся расслабиться.

В диагностике одаренных я понимал чуть больше, чем в квантовой физике, но одна идея у меня родилась. Истинное зрение позволяло рассмотреть энергетическую составляющую человека, и к тому времени я уже представлял, как выглядит источник. В моей груди их билось целых три штуки. Оставалось найти один из магических «капилляров» и, следуя за ним, выйти к «сердцу». Хотя само наличие подобного «капилляра» уже делало Сергея одаренным.

Спустя час безуспешных поисков у меня опустились руки. Источника не было. Разветвленная магическая система отсутствовала, и даже ее примитивные зачатки нащупать не удавалось. Похоже, в этот раз специалисты министерства не ошиблись.

Я пошевелился, стряхивая длительное оцепенение, и Черный тут же спросил:

— Ну? Как? Совсем глухо?

В его голосе звучала такая надежда, что я просто не смог сказать правду.

— Потерпи. Я работаю. Оборотни в такой хрени не очень разбираются.

— О'кей, не вопрос. Ты это… Спасибо, короче.

— Молча лежи.

Дешевая попытка спрятать неловкость за грубостью. Мне было стыдно за напрасно подаренную надежду. Не стоило повторять чужие слова, не разобравшись как следует. Я самонадеянно выставил проверяющих неумехами, и теперь пришло время расплачиваться. Разочаровывать Сергея не хотелось, но и соврать я не мог. Судя по ярким переливам ауры, он считал, что студенческий билет академии уже у него в кармане.

Прикрыв глаза, я решил передохнуть. От напряженной работы перед глазами плавали разноцветные мушки.

— Сейчас передохну минутку и продолжим.

Усевшись у изголовья, я постарался максимально расслабиться. К тому же мне в голову пришла интересная идея. Во время поисков я допустил ошибку, и ошибку принципиальную. Я искал в теле Черного магический аналог кровеносной системы, в то время как она являлась следствием, а не причиной одаренности. Чем дольше сверх практиковался, тем больше развивались его способности. Чем мощней становился проходящий сквозь тело поток магии, тем быстрей крепли и ширились его энергоканалы, создавая вокруг тела одаренного защитный барьер. Отсюда простой вывод — чем сильней маг, тем сильней его природный иммунитет к вредоносным заклинаниям. И некто Сашка Стальнов — яркий тому пример. Защитных заклятий в моем арсенале не было, но густо пронизанная магией чешуя с успехом их заменяла. Одним словом, тактику поиска требовалось срочно менять.

В этот раз я принялся осторожно водить ладонями над телом Черного, медленно поливая его силой. Надеялся, что источник отреагирует на постороннюю энергетику и попытается защититься. Не вышло. Поток соскальзывал в стороны, не проникая внутрь. Организм пациента отторгал заемную силу без всякой магии. Пришлось усилить нажим, продавливая сопротивление. Попытка едва не стоила жизни Черному.

Пусть я немного преувеличил, но скрутило его до такой степени, что спортсмен не выдержал и, перевернувшись на бок, исторг из желудка малоаппетитную смесь из пельменей, активированного угла и желчи. В нос шибануло перегаром и кислятиной. Радовало только, что я успел отскочить в сторону. Когда спазмы прекратились, Черный обессиленно повалился обратно.