Dron - Смутное время (фанфик Neon Genesis Evangelion)

    Хотя Икари Гендо наглядно показал, что в знающих руках и старье превращается в силу.

    Кристофер вспомнил про Еву-14. Вспомнил и нахмурился.

    Айони вернулась. Чудо или чей то умысел, но это факт. Осталось лишь доказать его юридически. А с этим вышла проблема.

    Девушки по имени Айони Скай в природе не существовало. Нигде, ни в одной базе данных Японии про нее не оказалось ни одного упоминания. Поэтому Торонага, несмотря на все протесты Кристофера, приказал до выяснения поместить девушку в изолятор. Майор напомнил себе, что как только закончится совещание, он немедленно отправится к ней. Из-за всей этой нервотрепки, Кристофер так и не смог нормально поговорить с Айони.

    К чему все это? Айони Скай – единственный пилот Евы-14, Евангелиона на голову сильнее всех УПМов разом. Но использовать ее мешало несколько факторов. Первое – Кристофер ни за что не послал бы в бой неподготовленного пилота. Второе – использование Евы-14 строжайше запрещено командованием. Умные головы из Военного Министерства Японии всерьез опасались, что увидев в бою Адаптированную Серийную Модель с S2-двигателем, у стран-агрессоров сдадут нервы и на Японию посыпяться бомбы. Причем не N2-хлопушки, а полноценные термоядерные заряды, коих немало скопилось в закромах сверхдержав.

    Такие вот дела: Ева-02 и ее пилот – последняя надежда Японии. Хоть смейся, хоть плач.

    Екатерина чувствительно толкнула отвлекшегося Криса в бок.

    - Мы вас внимательно слушаем, майор Уоллес. – Торонага прожигал Криса взглядом.

    Зоной ответственности майора Кристофера Уоллеса была координация вооруженных сил Нового NERV-Японии.

    - Эвакуация персонала из Токио-3 завершена. Все работники, за исключением находящихся вне города, на месте и расселены в общежитии. – Кристофер по памяти зачитывал вызубренный доклад. – Служба Безопасности переведена на усиленный режим несения службы. Учитывая вероятность проникновения на базу сообщников арестованного зама начальника полиции, я приказал взять под охрану ключевые объекты: реакторы, Командный центр, защитные системы…

    - Арестованный хорошо себя чувствует? - неожиданно спросил Икари Гендо.

    - Не жалуется. - огрызнулся Уоллес.

    Гендо склонил голову, пряча недобрую усмешку.

    - Хорошо, если все вопросы решены… - Торонага встал из-за стола.

    - Господин командующий, а как же Токио-3?! – возопил Кристофер. Ситуация убивала его своей неправильностью.

    - Что вас беспокоит, майор? – Торонага недобро прищурил глаза.

    Кристофер заговорил скороговоркой, словно боясь не успеть высказать все, что накипело:

    - Господин Торонага, мы с минуту на минуту ожидаем полноценное вторжение. Где же армия, где авиация, где ПВО?! Токио-3 беззащитен как с земли, так и с воздуха. Почему не объявляется тревога?!

    Голос Торонаги задеревенел. Не голос, а бамбуковая палка:

    - Майор, если вы забыли, на нас идут одиннадцать Евангелионов. Японские солдаты лишь бесславно погибнут.

    - Но в Токио-3 остались тысячи гражданских лиц!

    - К сожалению, Новый NERV-Японии не может ни чем им помочь.

    - Геоубежища… - отчаянно начал Кристофер, хотя ответ знал и сам.

    - Сеть Геоубежищ законсервирована.

    - Тогда дайте им покинуть город! Откройте ворота!

    - Мы не можем допустить панику в стране.

    - Но вы же обрекаете их на смерть! – выкрикнул Кристофер. Екатерина предостерегающе сжала его руку.

    - Смерть – ничто для настоящего японца, майор. Позор – вот чего вы должны бояться.

    - Карма. – бросил Гендо.

    Слова застряли у Криса в горле.

    - Совещание окончено. Соберите все ваше мужество и покажите своим людям пример. Помните – великая японская нация верит в нас и в наше оружие.

    - Наше дело правое. Враг будет разбит. – тихо, так чтобы услышал только Кристофер, прошептала Екатерина.

    Торонага коротко поклонился, остальные склонились гораздо ниже. Командующий в сопровождении Гендо и дрожащего профессора Ябу покинул помещение.

    Кристофер и Екатерина остались одни.

    - Безумие… – тяжело дышал майор – Безумие…

    - Нет, Крис, это как раз не безумие. – ровным голосом произнесла Кэт. – Это высшая государственная целесообразность.

    Капитан Орлова похлопала по кобуре с табельным пистолетом.

    - Я уверена лишь в одном, Крис. Если Аска пострадает, я застрелю Гендо.

    Кристофер унял дрожь в сердце и пару раз глубоко вздохнул:

    - Прости меня, Кэт. Мне мороженое надо продавать, а не майором тактики работать.

    - Хорош прибедняться, Крис. Лучше поделись планами на вечер.

    - Переговорю с постами, потом пойду к Айони.

    - Дело хорошее.

    Мужчина и женщина взялись за руки и пошли навстречу судьбе.

    "Но черт подери, неужели никто в Японии не знает, что здесь творится?!"

    Дата: 8 апреля 2018 года

    Время: пора на работу

    Место: Затопленная Территория № 60845

    Один известный журналист, известный читателям под псевдонимом Иерихон, в своем нашумевшем очерке "Поколение Ангелов" дал исчерпывающую характеристику социальному явлению, известному как Затопленный Город:

    …

    Я ожидал бетонное кладбище среди волн, а увидел город полный жизни. Я боялся встречи с чудовищами в человеческом обличии, но жители Затопленного Города оказались такими же людьми, как и мы. Они живут, любят и умирают, как и все создания божьи, с одной единственной разницей – обитатели покинутых небоскребов отринули маски. Мы боимся и прячем свое животное естество – они гордо выставляют его напоказ. Выпусти внутреннего зверя на свободу, смотри на мир через призму его жажды крови, прогрызи себе путь наверх – вот он, стиль жизни Затопленных Территорий.

    Так что же такое Затопленный Город?

    Иной вариант общества? Нет, Затопленный Город всего лишь наше отражение в кривом зеркале сорванных масок. Посмотрите в опьяненные борьбой лица отверженных, и вы увидите самих себя, увидите свои тайные желания и темные порывы.

    Независимая, отгороженная от нас территория беззакония? Нет, Затопленный Город – естественный итог нашей слабости. Мы создали его, мы храним его, мы питаем его своими соками.

    Нам нечего предложить молодежи, кроме военной службы и низкой работы. Нам нечего сказать отцу семейства, потерявшему работу и веру в завтрашний день.

    Изгнание – вот он, ошибочно легкий путь, что избрало общество. Пускай уходят к себе подобным, пускай окропляют бетон своей кровью. Мы не желаем их. Мы отрекаемся от них.