Иар Эльтеррус - Отзвуки серебряного ветра
— Кто это? — с недоумением спросила его шедшая позади Ли Инь.
— Это заключенный № 543678, он же Рогар Бенсон, — с готовностью ответил комендант.
— Это профессор Бенсон?!! — в ужасе вскрикнула женщина. — Это?!!
— Да, госпожа… — сжался комендант.
Но женщина не слушала его. Она кинулась к несчастному. Тот, увидев, что к нему кто-то подошел, весь сжался и попытался отползти в угол, что-то почти неслышно шепча. Лишь внимательно вслушавшись, женщина поняла, что же он шепчет, умоляюще шепчет. Известный всей галактике ученый просил не бить его больше… Ли Инь ошеломленно откинулась назад, ее лицо тряслось, глаза блуждали — такого потрясения она не испытывала за всю свою жизнь, в среде аарн никто и представить себе не мог, что можно так обойтись с живым человеком, каким бы тот ни был.
— Профессор… — снова осторожно позвала она несчастного. — Я Ли Инь из Елисианского института гиперфизики. Мы с вами переписывались…
— Не бейте меня, пожалуйста… — продолжал шептать он. — Не надо…
— Профессор, это я — Баг! — кинулся возле него на колени юноша.
В глазах Бенсона впервые появилось что-то кроме страха. Он внимательно посмотрел на плачущего Бага, с трудом приподнял руку и осторожно погладил его по щеке.
— Баг, сынок… — прошептал он. — Ты живой?
— Да! — выкрикнул тот, яростно вытирая слезы рукавами формы. — Я теперь аарн.
— Аарн… — повторил профессор и его взгляд остановился на эмблеме ордена, горящей на плече юноши. — Я рад за тебя, там прекрасные ученые, они многому тебя научат.
— Мы за вами, профессор, — наклонилась к нему снова Ли Инь. — Вы свободны!
— Свободен… — Бенсон по очереди оглядел каждого, кто стоял вокруг. — Боюсь, что уже поздно.
— Пустите, я Целитель! — подбежал кто-то из десантников, держа в руках что-то белесое, медленно шевелящееся, похожее на большого червя. — Здесь стимулятор, он поможет вам продержаться до корабля. А там сразу же в ти-анх! Хотел бы я знать, что они с вами сделали? У меня нет с собой диагноста.
— Его несколько дней назад сильно избили блатные, — сказал кто-то из заключенных с соседних нар.
Ли Инь обернулась туда. На нее смотрел изможденный не менее профессора чернокожий человек. Что-то в чертах его лица было ей знакомо и женщина спросила:
— А кто вы?
— Джабхай Маридун… — и чернокожий закашлялся.
— Хронофизик?! — глаза Ли Инь полезли на лоб.
— Да, — кивнул от. — В этом лагере много ученых.
— Но вы же не гражданин Сторна! Как вы тут оказались?!
— Сдуру приехал в местный университет читать курс лекций. Это только вас, Аарн, ваш орден защищает везде и всюду. А меня взяли и не спросили, чей я гражданин…
— Госпожа Ли Инь… — снова привлек ее внимание шепот профессора Бенсона. — Если можете, прошу вас, помогите тем, кто здесь… Здесь столько талантливейших людей… Вчера вот забили насмерть Торва Линсона, вы наверняка слышали о нем — выдающийся математик…
— Слышала… — потрясенно пробормотала женщина. — Конечно, слышала… И его забили насмерть?
— Да… А Сог Маран, биолог, замерз три дня назад в карцере.
— Каждый ученый получит убежище в ордене! — разнесся по бараку гневный голос Тины. — Каждый, кто настоящий человек! Мы никого не оставим гнить здесь. И клянусь вам, что через пару дней в каждый такой лагерь этой гнусной империи наведаются наши легионеры!
Она повернулась к чернокожему физику, с надеждой смотревшему на нее, и попросила:
— Вы всех здесь знаете, не покажете ли мне тех, кто не блатной и не из братии палачей?
— С большой радостью! — показалась на губах измученного человека радостная улыбка. — Почту за честь, госпожа офицер!
И он повел Тину по баракам, собирать отчаявшихся, умирающих людей. Правда, в нескольких из них десантникам пришлось дать пару уроков распоясавшейся блатной сволочи, что, несомненно, пошло тем на пользу. Впервые видевшие людей в таком страшном состоянии, десантники едва сдерживались, чтобы не начать стрелять. К сожалению, без инцидентов не обошлось… В последнем бараке на полу перед входом лежал в луже крови измочаленный до невозможного состояния человек. Джабхай при виде его изменился в лице и кинулся вытирать кровь с лица несчастного. Десантник-целитель вколол стимулятор и ему, затем тут же открыл гиперпортал на крейсер и доставил избитого в госпиталь, которому никогда еще не доводилось работать с такой нагрузкой.
— Кто это был? — осторожно спросила Тина плачущего Джабхая.
— Вы, наверное, не слышали о нем… — ответил тот. — Син Тирам, композитор.
— Автор «Кантаты Ветра»?! — расширились глаза девушки. — О, Благие!
— Бедняга был бы рад знать, что его музыку слушают и любят даже в ордене…
Но тут взгляд хронофизика переместился в угол барака, где сбилась настороженно поблескивавшая глазами стая блатных, и Тина услышала, как он заскрипел зубами.
— Что случилось? — спросила девушка.
— Именно эти звери и забили насмерть Торва…
— Эти? — внимательно посмотрела в сторону блатных дварх-лейтенант «Бешеных Кошек».
— Эй, сучонка! — загнусавил один из них. — Ходь лучше сюды, пососешь! У мине большой имеется!
Стая поддержала скота дружным ржанием.
— Чмок-чмок… — выдавил сквозь ржание еще один.
— Чмок-чмок, значит? — медленно повторила девушка, ее глаза стали совершенно белыми от ярости.
То, что сотворила с ней когда-то банда таких же зверей, вдруг снова встало перед глазами. Тина думала, что это уже навсегда забылось, но нет… Рука дварх-лейтенанта сама собой потянулась к кобуре и ствол плазмера глянул на нелюдей. «Эй, девка, ты че, охренела?!» — только и успел крикнуть какой-то зек, прежде чем луч ударил по ним. Блатные завизжали, многие пытались прятаться, прыгать из стороны в сторону, но все было бесполезно. Меньше чем через минуту только обгоревшие трупы напоминали, что такие-то и такие-то скоты когда-то портили своим дыханием воздух Риванга. Тина уронила плазмер, села на пол и разрыдалась. Кто-то из десантников подошел и присел рядом:
— Ну что ты, сестренка… Это же не те, успокойся, такого никогда больше не будет.
— Ее еще до того, как попала к нам, изнасиловала банда подобных этим, — объяснил изумленному Джабхаю еще кто-то и ученый вдруг понял, что десантнику почему-то неловко, неудобно. Что расправа командира над блатными смутила парня.
— Спасибо вам, госпожа офицер, — поклонился ученый девушке. — Эта банда стократно заслужила свою участь.
Тина, взяв себя в руки, встала, коротко кивнула в ответ и вышла из барака.
Для Службы Очистки планеты Риванг наступили кошмарные дни. Каждый лагерь, где содержались заключенные, был атакован силами Аарн. Озверевшие от увиденного легионеры стреляли в палачей без разговоров, не считая тех больше разумными существами, ибо разумные существа не способны делать то, что делали те звери, с себе подобными. Вскоре чуть ли не все каюты огромных дварх-крейсеров оказались забиты несчастными, ошалевшими от такого резкого поворота своей судьбы людьми. Никто из них давно не ожидал ничего, кроме смерти, но радоваться они тоже уже не умели. Да многие и не верили, что в мирах ордена их ждет что-нибудь хорошее и ждали самого худшего. Госпитали были переполнены, Целители работали без отдыха, но все же не справлялись. Но ни один блатной или бывший сотрудник Службы Очистки не ступил на борт крейсеров — подобным в лагерях самое место.