Dron - Смутное время (фанфик Neon Genesis Evangelion)

    - Да! Да! – закивала Хикари.

    - А я не верила… Думала, она прикалывается… Староста, ты что, спятила?! В войнушку решила поиграть?! Да ты же муху раздавить не сможешь!

    - Аска…

    - Эй ты! Да, ты! – Аска, бешено раздувала ноздри, повернулась к Мане. – Что ты сделала со старостой?!

    - Я? – моргнула в ответ Мана.

    - Аска! – потребовала вдруг Хикари совсем не робким голосочком. – Прекрати!

    Пришел черед Аски моргать:

    - Староста?

    - Со мной все в порядке. Сейчас. А до этого мне было плохо. Нам всем было плохо. И я захотела научиться давать сдачи.

    - Э-э-э… Вот этим? – напряженно проговорила Аска, заглядывая Хикари за спину. Там висел ее пистолет-пулемет. Аске он показался знакомым. – ПП-19-01 "Витязь"? Где вы их достали?

    Кенске просиял. Есть контакт!

    - Места знать надо! – присвистнул Тодзи. – Моя малышка, ты сегодня в ударе!

    Хикари застеснялась.

    - Заткнись, Судзухара! – прорычала Аска. – А ты, очкарик, чего уставился?! На мне что-то интересное написано?!

    Кенске был в шаге от нирваны. Она его помнит, помнит, помнит!

    - Ладно, с вами все ясно. С тобой, Кришимка… – Аска пригрозила пальцем Мане. – …мы позже поболтаем. А сейчас… Недоумок, к ноге!

    Ребята разом сделали шаг назад. Синдзи, оставшийся один на один с вихрем рыжего гнева, затравленно оглянулся.

    - Удачи. – ободряюще улыбнулась ему Мана.

    - Сейчас что-то будет… Уй! – Тодзи схлопотал штатную педагогическую затрещину от Хикари.

    Синдзи медленно, через не хочу, приблизился к выжидательно сложившей руки на груди Аске:

    - Аска… Я…

    - Рот закрой. – бросила Аска, после чего примерилась и с силой пнула его в пах.

    Тодзи и Кеске болезненно скривились. Мана и Хикари издали дружное "Ой!"

    - У-у-у… Зачем?! – возопил с земли Синдзи, зажимая руками свое ушибленное достоинство.

    - Захотелось. – зловредно ухмыльнулась Аска. – Теперь мы квиты.

    - Иди ты…

    - ОК, продолжаем. - Аска дунула на кулак - Выбирай, недоумок: в глаз, в нос или сначала наступить тебе на пальцы?

    - Стоп! – Мана подскочила к страдающему Синдзи. – Достаточно!

    Аска демонстративно приложила ладонь к уху:

    - Кто это там пищал? А это ты, Киришимка… Ну извини, совсем забыла, что ЭТОГО недоумкова места имеешь право касаться только ты.

    Мана густо покраснела:

    - Какие-то с этим проблемы, Сорью Аска Ленгли-Цепеллин?!

    - Не-а, никаких. А у тебя? – Аска с вызовом оскалилась.

    Две девушки встали друг напротив друга и устроили борьбу взглядов. Ласка азартно тявкнула.

    - Девчачья драка! Девчачья драка! – в предвкушении пританцовывал Тодзи. Кенске, воровато оглядываясь, потянулся за верной камерой.

    - Не надо, не деритесь! – взмолилась Хикари.

    Мана усилием воли взяла себя в руки. Она еще во время их первой встречи убедилась: Аска – неисправимая провокаторша, обожающая устраивать конфликты на ровном месте. Не надо поддаваться, и тем самым ее эмоционально кормить.

    - Аска… - вздохнула девушка. – Ты все такая же стерва.

    - А ты все такая же наивная дурочка. – парировала Аска.

    - И горжусь этим.

    Синдзи лежал на спине, смотрел в скрытое АТ-полем небо и улыбался. Конечно, он совсем иначе представлял себе этот разговор, но в целом все прошло более чем удачно. Право слово, немного адской боли – вполне приемлемая цена за прощение.

    - Ха! Вы собираетесь здесь поселиться?! А ну за мной! – крикнула Аска и обнаружила, что ее уже никто не слушает.

    Синдзи окружили заботой. Тодзи и Кенске поставили его на ноги, Мана отряхнула от бетонной пыли, Хикари, причитая, вопрошала о самочувствии.

    - Эй, недоумок! Тобой, что, по-прежнему командуют девчонки? – насмешливо поинтересовалась Аска. – Тебе это нравиться, или ты просто подкаблучник с рождения?

    - Да. – ответил Синдзи, после чего привлек к себе Ману, они игриво коснулись носами и поцеловались.

    Аска почувствовала себя неуютно. Длинные волосы скрыли ее пылающие уши.

    " Scniese! Он научился целоваться!" – с непонятной для себя обидой подумала девушка.

    Мана, довольная и румяная, хлопнула в ладоши:

    - Отряд! Двигаемся дальше! Аска, веди.

    - Эй! Я тебя не солдатка!

    - Хорошо. Аска, ПОЖАЛУЙСТА, веди.

    - Так то лучше. За мной. – Аска полезла вверх на груду переломанных бетонных плит. Ласка, осторожно ступала следом. Обогнув по краю ближайшие развалины, а следом еще пару-тройку таких же, они выберутся на дорогу.

    Пущенный меткой рукой камешек пробил навылет окно гостиной, упал на ковер и завершил свою баллистическую карьеру, откатившись к ногам Айони. Стремительные ниточки трещин нарисовали на стекле подобие школьной тетрадки в мелкую клетку. Треск и дробный стук осыпавшихся на пол квадратных осколков смешался с послышавшимся из парка победоносным смехом:

    - Ведьма-Ведьма! Облезлая метла! Не боимся мы тебя! Да-да-да!

    Айони молча вышла на балкон и внимательно посмотрела вниз. Стайка разновозрастных детишек еще некоторое время пыталась строить ей рожицы и притоптывать на месте в такт кричалкам, однако вскоре уверенность их иссякла, и они ретировались. Девушка вернулась в гостиную, сокрушенным вздохом оценила масштабы разрушения и отправилась на кухню за щеткой и совком.

    Она знала – детишки скоро вернуться. Причем с подкреплением. Хочешь, не хочешь, а придется принять меры. К примеру, расположить на подступах к ее окнам десяток-другой крыс покрупнее. Пускай выпрыгивают из травы и громко шипят. Теоретически, должно хватить. Оставшиеся перед расстрелом несколько часов Айони намеривалась провести в тишине и покое.

    В общем и целом, зла на детишек девушка не держала. Выяснять же отношения с их родителями было абсолютно бесполезно.

    Эпохальная речь Икари-старшего разделила обитателей Геофронта на две части: Первая и большая часть ликовала, опьянев от невероятных перспектив и мистических откровений. Вторая и меньшая, а точнее - исчезающе малая часть прибывала в состоянии перманентного ужаса. Дурманящие обещания на них не подействовали, силенок, чтобы сопротивляться отродясь не было, поэтому все, что им осталось – это дрожать, тщетно надеясь на спасение.

    Отдельно выступали пленные: тяжело раненые беглецы-лоялисты в лазарете и съемочная группа во главе с беспрерывно хихикающим безумцем Маэстро. В их случаи наблюдался полный набор разнообразных эмоций от бессильного бешенства до желания спрятаться под стол.