Диана Хэвиланд - Наперекор стихии

— Капитан Маккорд наконец-то приехал, — обратилась она к служанке. — Ты можешь идти.

Но когда через несколько минут Брайн вошел в комнату, озабоченность и отчуждение сквозили в каждой черточке его лица. Налив большой стакан бренди, он быстро выпил.

— У тебя мокрый китель…

— Я гулял. А на улице дождь…

— Ты, должно быть, промерз до костей! Как же так?!

— Не суетись, Селена! — нетерпеливо оборвал он.

— Мое платье… Оно подходит? Служащая Ворта, мисс Мэри, хотела, чтобы я выбрала что-нибудь более замысловатое: со шлейфом из брюссельского кружева…

Отставив стакан, Брайн привлек девушку к себе.

— Ты великолепна! И платье под стать тебе.

Брайн нагнулся, желая поцеловать лицо девушки.

— Прошу прощения, месье. Портье говорит, что пришел за вашим дорожным сундуком…

Брайн отстранился от Селены и бросил через плечо:

— Да, Вивьен. Он в моей комнате. Все упаковано. Скажи, чтобы он сейчас же отвез его на станцию.

— Брайн… ты не говорил…

— Я не знал точно, когда уеду, пока не поговорил с Джоном Слайдлом. Кроме того…

Ему не пришлось закончить: она знала, что он имел в виду. Боясь, что в ответ она закатит сцену, он сделал все, чтобы избежать этого. В какую-то минуту ей захотелось броситься в объятия любимого человека, вцепиться в грудь и умолять остаться. Бесполезно! Это только рассердит его!

— Когда ты едешь? — спросила она спокойно.

— Завтра. Рано утром.

— Так мало времени… Мы должны идти на бал? Может быть, проведем эту ночь вдвоем? Пожалуйста, дорогой. Я прошу немного…

— Милая, мне удалось переиграть герцога де Морни и заполучить обещание в поддержке. Я не могу обидеть его сейчас. Ты должна понимать.

— Да, я понимаю. — Отчаянная надежда неожиданно кольнула внутри. — Если ты убедишь герцога поддерживать Конфедерацию, ты был бы полезен здесь, в Париже. Мистер Слайдл сам говорил это.

— Я собираюсь в море, и ничто не изменит моего решения. Ни сейчас, ни потом…

Он умолк, и Селена подумала, что рассердила его. Но, взглянув в серые глаза, увидела в них горе, уязвимость, которых никогда раньше не было.

— Сегодня я получил известие… Майкл Дюран был убит в Антитамине.

— Антитамин?.. — Слово ничего не значило для растерянной девушки.

— Поздним сентябрем в этом местечке состоялась одна из самых кровавых битв за всю войну. Я не думаю, что он… Человек его возраста мог не ходить… Но в битве при Шелоне он потерял сына… Чарльза.

— О, Брайн. Я сочувствую…

— Майкл Дюран умер достойной смертью: за дело, в которое верил! — Блестящими от слез глазами Брайн смотрел на девушку и не видел ее. «После гибели Чарльза у меня есть еще один сын, сражающийся за наше дело…»

Отвернувшись, Брайн подошел к окну.

— Дорогой, тебе нужно поторапливаться… Ты ведь не хочешь, чтобы мы опоздали на вечер?

Но едва Брайн ушел, несчастная девушка в отчаянье упала на кровать. До этого момента война казалась такой далекой… Но Майкл Дюран и его сын убиты. А теперь Брайн собирается участвовать в этой войне.

Расписной дворец Жизель Сервени выглядел весьма внушительно.

К вечеру от ворот до ступеней дворца расстелили розовый ковер, чтобы юбки дам не волочились по грязи: хотя дождь кончился и по небу высыпали редкие звезды, земля оставалась влажной. Лакей в напудренном парике, бриджах и сюртуке, расписанном золотой тесьмой, почтительно склонился перед красивой парой.

Сотни свечей в огромных хрустальных люстрах освещали расписной потолок: легко одетые нимфы, резво убегающие от сатиров; покоящиеся на скалах сирены, укрытые лишь длинными волосами и заманивающие в свои сети неосторожных рыбаков; Леда, соблазненная Юпитером, прикинувшимся гигантским лебедем.

Воздух отяжелел от смешанных запахов женской парфюмерии и благоухания оранжерейных цветов. Селена и Брайн, наряду с другими гостями, продвигались по огромной мраморной лестнице на второй этаж, откуда сквозь открытые двери танцевальной залы доносились мелодии вальса. Потом Селена, с группой других дам, по маленькой лестнице отправилась в комнату для гостей, где они оставили верхнюю одежду; некоторые задержались перед зеркалами, поправляя сложные прически и крася губы. Но Селена пренебрегла этой процедурой, не желая тратить драгоценные минуты последнего вечера попусту.

Сопровождая девушку до танцевальной залы, Брайн равнодушно взирал на окружавшую его роскошь, думая о чем-то своем.

«Будь проклята эта война, — думала Селена. — Будь прокляты Конфедерация и Брайн с его собачьей преданностью делу!» Неожиданно она представила, как окровавленный Брайн лежит на палубе «Ариадны», едва сдерживая крик боли. Девушка вздрогнула от ужаса.

— С тобой все в порядке? — сочувственно поинтересовался Брайн.

— Да, все хорошо. — Они провели так мало времени вместе, нельзя позволить страхам испортить сегодняшний вечер.

Девушка страстно желала вернуться со своим любимым в апартаменты, почувствовать его руки на своем теле, поцелуи, крепкое тело, сливающееся с ней в едином экстазе. Но, в конце концов, разве они сейчас не вместе? Под звуки популярного вальса Оффенбаха плавно вальсировали пары.

Жизель Сервени, сидя на золоченой софе, обитой бархатом, мило улыбнулась Брайну.

— Вот тот — герцог де Морни, — тихо сообщил капитан Селене, кивнув в сторону мужчины средних лет с тяжелым, хитрым взглядом и саркастической ухмылкой на губах. — Один из влиятельнейших людей в империи. А если верить слухам, влиятельнее, чем сам император.

Когда Брайн представил Селену герцогу, тот окинул ее оценивающим взглядом и одобрительно улыбнулся, представляя, в свою очередь, любовницу, облаченную в зеленое с позолотой парчовое платье. Изумруды сверкали на белой груди Жизель и в ее черных волосах; свет канделябров играл в больших изумрудных серьгах. «Вульгарный показ драгоценностей, — подумала девушка. — И похоже, большинство присутствующих дам занимаются тем же».

— Нора сегодня просто ослепительна, — заметила Жизель одному из офицеров, стоявшему рядом с софой в кучке других воздыхателей.

Селена выхватила взглядом пресловутую Нору Перл — молодую рыжеволосую женщину с маленьким, кошачьим лицом.

Герцог рассмеялся:

— Бриллианты Норы заставляют меркнуть даже огонь в канделябрах.

Молодой капитан — высокий и статный — поддержал его:

— Если бы готовили омлет с добавлением бриллиантов, Нора ела бы его каждый день.

Натянуто улыбнувшись, Селена почувствовала себя потерянной среди этих людей. Брайн пожал руку подошедшему офицеру.