Пенни Маккаскер - И жили долго и счастливо

— И часто такое бывает?

— Один-два раза в месяц весной и летом.

— И что, они все такие настойчивые?

— Бывают и похуже.

— Ну, теперь я понимаю, почему вы отнеслись ко мне, как к ходячей заразе, когда я приехала, — догадалась Джо. — Это, должно быть, отвратительно, когда половина отдыхающих женщин Америки пытаются предложить вам себя.

— Я уже привык, — улыбнулся Чейз.

— Как же вы избавляетесь от них, когда рядом нет подходящей женщины, которую можно поцеловать? Впрочем, я сомневаюсь, что и это поможет, если подобная дамочка всерьез решит поймать вас в свои сети.

— Послушайте, Джо, извините меня.

— Не стоит извиняться, — перебила она его. — Просто мне не нравится, когда меня используют.

Она наклонилась, чтобы поднять свою куртку и сложить салфетки, оставшиеся от их завтрака, в бумажный пакет. Надежно прикрепив все это к седлу, он повернулась к Чейзу и облокотилась на теплый бок лошади.

— Это было необдуманное решение, — твердо сказал Чейз. — Не буду спорить, я поступил глупо, но ни о чем не жалею.

— А что, если я скажу, что жалею я?

Чейз подошел к ней и, как ни странно, она дала ему возможность приблизиться.

Чейз улыбнулся, облокотился одной рукой на седло и коснулся локона, выбившегося из ее прически.

— У вас удивительные волосы, Джо. Они как лучи предрассветного солнца. Мне бы хотелось увидеть их когда-нибудь распущенными.

Она вынула шпильки, и волосы тяжелой волной легли на ее плечи.

— Я никогда не ношу волосы распущенными днем, а вы довольно ясно дали понять, что…

— По ночам мы видеться не будем. Может быть… — Чейз посмотрел туда, где в вечерней дымке тонули горы. Его скулы заострились, как перед битвой. Какая-то часть его уже готова была уступить, другая отказывалась сойти с твердой позиции, которой он всегда придерживался. Победило его упрямство.

Джо отвернулась, чтобы он не заметил ее грусть.

— Почему вы мне не сказали о танцах в «Рокинг-Ви»?

Чейз смотрел на нее с какой-то странной торжественностью, слегка склонив голову набок.

— Что-то в вас есть фальшивое, Джоселин Ван Аллен. Вы так нагло и уверенно себя ведете, но время от времени я замечаю проявления чего-то другого, что мне хотелось бы видеть намного чаще.

Джо охватил озноб. После этого поцелуя, который превратил ее в легкое податливое тело, ей не хотелось, чтобы чары развеялись. Она предстала перед ним беззащитно-чувственной, а оказалось, что для Чейза этот поцелуй был всего лишь удобным способом избавиться от нежелательных притязаний другой женщины. После пережитого ею унижения, когда она была в последний раз в объятиях мужчины, она вычеркнула всех мужчин из своей жизни и поклялась никогда больше никому не позволить себя унизить. Конечно, Чейз не хотел ее обижать, но ведь и Ричард не хотел. Она спряталась за оболочкой распущенности, улыбнувшись Чейзу, и шумно вздохнула:

— Можете думать что угодно, Чейз, но я ничем не лучше, чем ваша мисс Томас. Я все делаю, рассчитывая на достойное вознаграждение в будущем.

Он, казалось, был разочарован.

— Очень жаль.

— Разве? — спросила она.

— Так, значит, то чувство, которое я видел в ваших глазах, когда мы целовались, было фальшивым?

Джо не могла заставить себя согласиться с этим. Ведь она испытала что-то очень новое и важное. У нее не было времени разобраться в своих чувствах, поэтому она лишь пожала плечами в ответ.

— Раз вы не хотите идти на танцы, я попрошу Гиффа сопровождать меня туда, — сказала она, запрыгивая в седло.

В глазах Чейза что-то потухло. Он схватился за поводья ее лошади.

— Гифф, конечно, будет рад воспользоваться случаем, но забудьте о своих планах, Джо. Его девушка работает кухаркой в «Рокинг-Ви».

— Вы ревнуете? — Она с трудом выдавила из себя улыбку, чувствуя, как боль наполняет ее грудь. Больше всего она не хотела, чтобы он узнал правду, ведь на самом деле она никогда не относилась к поцелую настолько легкомысленно, чтобы сразу прыгнуть в объятия другого мужчины.

Чейз потянулся, выхватил ее из седла и прижал к себе.

— Давайте-ка расставим все по местам, Джо. Вы не имеете права использовать моих людей, чтобы заставить меня ревновать. Никто из них близко к вам не подойдет, потому что я строго-настрого запретил им это делать.

— А как насчет мужчин в «Рокинг-Ви»? — спросила она, невинно взглянув на него из-под ресниц.

Чейз расхохотался и поставил ее на землю.

— Майк считает, что знает женщин как свои пять пальцев, но я думаю, мне стоит позвонить ему и предупредить о ваших способностях. Он очень раним.

Джо тоже рассмеялась, ведь только ей была понятна ирония, заключенная в его словах.

— Поехали, мы зря тратим время. — Она хотела вновь забраться па лошадь, но Чейз остановил ее.

— Не спешите. Вы совсем ничего не съели, Джо. А я не хочу потерять своего главного помощника на ранчо.

— Вы хотите сказать, что боитесь лишиться кухарки? — съехидничала она, но его глаза смотрели серьезно, и ее игривость исчезла.

Джо знала, что когда-нибудь они вновь окажутся в объятиях друг друга, и боялась этого больше всего на свете.

Чейз Риордан становился опасен для нее, и Джо надеялась, что сам он об этом не догадывался.

Находясь в кабинете, Чейз услышал, как Джо спускалась по лестнице: несмотря на легкость ее походки, каждый ее шаг отдавался особым скрипом и постаныванием старых ступеней. Оставив тщетные попытки сосредоточиться на счетах и документах, лежавших перед ним, он вновь задумался о том, что произошло па лугу в то утро. Черт, он практически только об этом и думал все это время. Его решение поцеловать Джо было, конечно, в первую очередь мотивировано тем, что он на мгновение перестал контролировать свои действия, а не желанием избавиться от мисс Морин Томас. Но Чейз понимал обиду Джо: никому не поправится, когда его используют.

Он вздохнул. Джо заслуживала того, чтобы перед ней извиниться, и сейчас самое время сделать это. Может быть, тогда совесть его успокоится и он наконец сможет спокойно спать по ночам.

Да уж. И возможно, Джо превратится в мужчину и избавит его от настоящей проблемы, из-за которой он ворочался с бока на бок все ночи напролет.

Когда он зашел на кухню и увидел ее, дыхание его остановилось и сердце бешено заколотилось. Чейз понимал, что вел себя как осел и у Джо было полное право сердиться. Так что если она хотела наказать его, лучшего способа она найти не могла.

На ней была лишь легкая футболка, едва прикрывавшая бедра, и воображению Чейза уже не надо было ничего додумывать. Топкий хлопок спускался с ее плеч, огибая спину и обтягивая попку. Когда же Чейзу наконец удалось оторвать взгляд от этой притягательной округлости, его глаза наткнулись на ее обнаженные стройные ноги.