Порочное море - Джордан Стефани Грей
Я справлюсь с этим.
— Нам нужно разделиться прямо сейчас, — говорю я, пока остальные люди продолжают завороженно пялиться на движущиеся стены. — Нельзя тратить время на поиски всей толпой. Колдун мог почувствовать магию Зефиры. У нас мало времени до его возвращения.
— Арион прав, — соглашается Зефира. — Давайте просто пройдём через это.
— Эм-м, — подает голос Гавриал.
Мы его игнорируем.
— Группы по четыре человека, — повторяю я прежний приказ Амайи. — Разбивайтесь на пары. Оружие наготове.
— Ребята, — снова зовёт Гавриал.
— Будьте готовы ко всему…
— АРИОН! ЗАТКНИСЬ! ПОСМОТРИ ТУДА, БЛЯДЬ! — Гавриал толкает меня в спину, заставляя обернуться к стене.
Я быстро моргаю.
Если я ничего не путаю, зубы… шевелятся.
— Что за…
— Меня сейчас стошнит, — выдыхает Веспер.
Зубы не просто шевелятся. Они с треском выламываются из стен, вываливаясь из пазов, словно рвутся живые связки, и разворачиваются. Разворачиваются…
Это вообще не зубы. Это страж.
Он прятался здесь. Окаменевший, вросший в стену, как проклятая статуя. Зубы усеивают всю его спину, вонзаясь в иссохшую плоть, будто его насадили на них много веков назад. Я подавляю подступившую тошноту и липкий страх, который начинает ворочаться в животе. Страж разворачивается, его кости жутко трещат под полупрозрачной, иссохшей кожей, и его взгляд падает на Зефиру. Он узнаёт её. Изможденное лицо расплывается в нежной, жуткой улыбке, несмотря на то что все вокруг мгновенно обнажают мечи.
— Зефира, — хрипит он. — Ты здесь. Ты вернулась домой. — Он причмокивает посиневшими губами. — Колдун будет так рад.
Зефира пятится от меня. К нему. Она хватается за живот, вставая между этим жутким, покрытым известью человеком и направленными на него копьями и мечами.
Её голос звучит как тихий выдох:
— Каспиан. Что… что с тобой случилось?
Каспиан не отвечает. Его пустые голубые глаза, кажется, даже не зафиксировали вопрос. Он наклоняет голову, кости снова издают сухой треск:
— Я… я должен доложить колдуну. Он будет так рад. — Он делает шаг в сторону одного из коридоров, но Зефира реагирует с такой скоростью, какой я в жизни не видел. Она хватает его за запястье.
— Нет, Каспиан. — Её пальцы впиваются в чужие зубы и обвисшую кожу. — Не говори ему. Пожалуйста, не говори.
— Но, Зефира. Ты ведь вернулась домой.
Она тяжело сглатывает, и мне требуется колоссальное усилие воли, чтобы просто стоять на месте и не вмешиваться. Чтобы не снести этому ублюдку голову прямо здесь. И неважно, что он себя не контролирует, что он проклят, и что она смотрит на него с этой безумной, болезненной нежностью. Он — угроза. Угроза для неё.
— Ему не обязательно знать, — говорит она. — Мы просто… играем в игру. Я играю в игру с колдуном. Возвращайся к стене. Ложись спать.
— Спать. — Каспиан проводит ладонью по лицу, буквально сдирая слой кожи со своего носа. — Сна больше нет. Я всё слышу. Я всё вижу. — Он снова переводит взгляд на Зефиру, и его голубые глаза ощутимо стекленеют, тяжелеют. — Ты бросила нас, Зефира. Почему ты нас бросила?
— Каспиан… — Зефира испуганно косится ему за спину, туда, где Амайя уже сделала шаг вперёд, а между её пальцев вовсю трещат молнии. — Не надо, Амайя! Не трогайте их. Он… он не со зла. — И это единственная причина, по которой я до сих пор не сдвинулся с места. Единственная причина, по которой я молча жду момента, когда Каспиан станет смертельно опасен, плевать на его безумие.
— Он будет так рад, — монотонно твердит Каспиан. Он хватает Зефиру за руку и дёргает к себе. — Он говорит о тебе, Зефира. Он любит тебя. Он так ждал, когда ты вернёшься к нам. — Его пальцы намертво сжимаются на её запястье, и он начинает тащить её за собой вглубь коридора.
Я рычу.
В долю секунды я оказываюсь позади них. Разрываю их хватку. Вскидываю меч, чтобы снести ему башку. Однако Зефира резко разворачивает меня за плечи, перехватывая мою руку и останавливая замах. Вклинивается между нами, защищая этого чёртова стража:
— Никаких убийств, Арион! — шипит она, пока Каспиан продолжает слепо рваться к ней, пытаясь утащить за собой. — Пожалуйста. Пожалуйста.
Я перевожу взгляд с неё на него. На его мёртвую хватку и на её уже синеющее предплечье. На серебряные шрамы на её теле и на этот дикий ужас в её глазах. Да пропади оно всё пропадом в Безднах. Я опускаю меч — и ровно в этот миг Веспер бесшумно вырастает у него за спиной, вскидывает рукоять своего оружия и со всей дури опускает её на покрытый зубами затылок Каспиана.
Каспиан падает кулем.
Зефира мгновенно опускается рядом, подхватывая его иссохшую голову к себе на колени.
— Верёвку, — хладнокровно командует Амайя. — Нужно связать его. Мы понятия не имеем, надолго ли он отключился…
Словно услышав её, Каспиан распахивает рот. Душераздирающий, утробный вопль вырывается откуда-то из самой его глубины — потусторонний, леденящий кровь. При этом его глаза остаются закрытыми. Он по-прежнему без сознания.
Зефира кроет всё матами:
— Этого не… раньше такого не бывало! — перекрикивает она его вопли.
— Что это за хрень? — спрашивает Веспер, помогая Кармен выпутать моток верёвки из походного ремня.
— Думаю, это сигнализация. — Зефира смотрит на меня, и я как никогда сильно жалею, что не могу почувствовать её через нашу связь. Жалею, что не могу успокоить её. Но я не знаю, как.
Мне следовало догадаться. Следовало заподозрить неладное. Всё шло слишком гладко. Осушить море, пройти по дну впадины, двери, которые сами открылись перед нами — всё это было слишком, чёрт побери, легко. Я чернокнижник. Я был военным генералом, в конце концов.
Остальная часть замка начинает глухо стонать и трещать в ответ на вопль Каспиана. Живые стены приходят в движение. Можно не сомневаться: другие стражи уже выламываются из своих каменных гнёзд. Каспиан — далеко не единственный. Нам придётся действовать быстро, чтобы обезвредить их всех.
Веспер и Кармен споро вяжут Каспиану запястья и лодыжки, после чего затыкают ему рот кляпом. Я помогаю Зефире подняться на ноги, бегло осматривая её на предмет других ран, кроме свежего синяка от каменной хватки стража. Я накрываю его ладонью. Моя магия поднимается внутри приливной волной, готовая исцелить её, успокоить, но…
Она