Магнолия в объятиях тумана - Алёна Морская

– Подумай вот о чём. Ведьмы не будут нападать без причины, ты говоришь. Тут ты прав. А люди? Станут люди нападать без причины?

– Не думаю, – ответил Абелард. – Только если они не сошли с ума.

– Действительно. А если люди и ведьмы не нападают без причины и при этом не сошли с ума, то, возможно, они схожи и в истоках своих действий? Отчего нападает человек? От голода, ведомый жаждой лёгкой наживы, для улучшения своего благосостояния, для защиты себя и близких. И для мести.

Абелард охнул. Было видно, как мысли «забегали» в его голове, соединяя неизвестные Ли-Льен события.

– Только не советую разом вываливать все свои измышления на инквизиторов, а не то тебя окрестят безумцем. Они считают ведьм подвидом нечисти, несущей ересь в этот мир, а нечисть, как известно, неспособна мыслить нашими категориями, – с улыбкой продолжала Ли-Льен. – К слову, в поезде и намёка на ведьмовскую силу нет, так что, как я и говорила, охотники свяжут пять трупов с неудачным ритуалом, объявят их тёмными магами и закроют дело.

Уж она постаралась, чтобы так и было. А иначе, зная инквизиторов, сидеть ей под замком от допроса к допросу под их пристальным вниманием – как же, ведьма напала, а какая-то Лилейн Вайс, мойщица горшков графа Скирена, её остановила. Нет, на такое только Алкей способен, да, может, ещё особый отряд инквизиторов какой.

– Лилейн, я… спасибо вам огромное за такое бесценное рассуждение, – с восхищением во взоре поблагодарил лорд.

– Вижу, твой взгляд на мир пока не закостенел, – хмыкнула Ли-Льен добродушно. – Ну так что, выходит, больше тебе не нужно поступать в эту академию? – мягко спросила она.

Именно для этого девушка и затеяла разговор. Абелард слишком много видел и явно проникся к ней интересом. Отделаться от него будет сложно. Да и добраться быстрым способом не выйдет – мужчина наверняка увяжется за ней и будет неотступно следовать по пятам. Так что увлечь его новой идеей, неожиданной и простой, было прекрасным решением. Ли-Льен даже внутренне улыбалась своей находчивости. Теперь Абеларду нужно скорее вернуться к князю и рассказать ему о догадках.

– Напротив, благодаря вам я ещё больше уверился в правильности своих действий! – с улыбкой воскликнул лорд. – Спасибо вам от всего сердца!

– Да уж не за что, – кисло произнесла девушка, не понимая, что пошло не так.

Она что-то не просчитала? У него есть и другие цели, кроме расследования странных случаев? Или так хочет поиграть в ищейку? Сам-то точно не был оной. Недовольно поджав губы, Ли-Льен уткнулась носом в книгу. Благо Абелард, погружённый в раздумья, на новом разговоре не настаивал.

Когда экспресс подъехал к сияющему множеством ночных огней вокзалу Перыни, одной из достопримечательностей наукограда герцогства Русы, Ли-Льен уже ненавидела и душное купе, и трясущийся вагон, и то, что ей пришлось надеть простое блёклое платье в светло-оранжевую клетку и соломенную шляпку, украшенную одной только бежевой лентой. Очки в пол-лица, специальный макияж и две косички придавали девушке вид юной провинциалки, впервые посетившей большой город. Абелард тайком любовался новым амплуа своей спутницы, оставив мнение о чуднóм преображении при себе.

Проводницы заранее уведомили пассажиров о том, что придётся сначала дождаться инквизиторов, поэтому, когда поезд остановился, не было слышно ни хлопков дверьми, ни гомона голосов в коридоре. А когда в вагоны ворвались мрачные мужчины, затянутые в тёмно-синие плащи, Ли-Льен лишь прицепила к косичкам деревянную заколку, скрепляя их в неряшливую кичку, да открыла очередную книжку, купленную, кажется, в Лагаше. Время уже перевалило за полночь.

Наконец, инквизиторы приступили к допросу. И начать они решили, на радость «сударыни Вайс», с главных действующих лиц той ночи.

– Напоминаю, – сказала девушка за мгновение до того, как к ним в купе вошёл один из служащих Перынского подразделения охотников на нечисть. – Не забудь относиться ко мне соответственно статусу.

– Ох, хорошо, – согласился Абелард с некоторым волнением в голосе.

Хоть они обсудили всё, что будут говорить, мужчина страшился раскрыть себя и свою спутницу.

Нежданные напарники были будто два зайца, которых пригласили в гости лисы.

– Итак, вы утверждаете, что от нитей рогатой паучихи вас спас артефакт, отпугивающий нечисть, принадлежащий вашему спутнику? – Инквизитор потирал переносицу и немигающе оценивал внешний вид допрашиваемой. – От воздействия грязной силы он оплавился и рассы́пался в пыль, а вы проснулись.

Девушка, широко открыв рот, закивала. За неполные полчаса она успела утомить каждого, кто волею случая оказался рядом с ней в импровизированной допросной.

– Мой лорд спас всех нас! – воскликнула юная мещанка, исподволь следя, как один из мужчин потрошит её сумку.

Дешёвая пудреница, выцветшая щётка для волос, огрызок карандаша, тощий моток ниток, несколько вышитых замызганных платков – сумка Ли-Льен казалась такой же провинциальной, как и она сама.

– В вагонах были найдены следы муки. Как вы думаете, откуда она там взялась? – продолжал инквизитор.

– Так это ж мой лорд придумал! – хохотнула та, с ажиотажем взмахнув руками. – Он мне такой: «Лилейн, сыпь муку на нити», ну я и сыпала! А уж как он ловко с паучихой разобрался! Сначала мечом её и так и этак! А потом огнём сверху – ф-фу-ух! Я только и успела пригнуться! Чуть меня не спалил, ага! Я аж отрубилась.

На лице её царило неподдельное воодушевление, а голос, громкий и резкий, эхом отдавался в стенах кабинета привокзального здания, временно занятого для допросов инквизиторами. Где-то по соседству вёлся параллельный допрос.

– Как давно вы знакомы с господином Абелардом? – уточнил, на этот раз потирая висок, мужчина.

Он был весьма подтянут, хоть внешне ему, казалось, уже минул четвёртый десяток. Скорее всего, совершенствоваться инквизитор начал поздно, поэтому старение замедлилось не на привычных двадцати-тридцати годах. Явно из простых, не лорд, раз не мог себе позволить наставника в юном возрасте.

– Да уж прилично! Я ж горшки в Никаре, это замок ихний, с малолетства меняла да мыла. А как дар открылся, так и обучаться дали! Аж с самими лордами и ледями графьёв Скиренов! Там и лорд мой, Абелард, храни его боги, занимался, и меня приметил. У меня, знаете, силушка-то не маленькая! Я ж так-то тоже с паучихой справиться бы могла!

В паспорте «Лилейн Вайс» действительно значилась должность «мойщица горшков». Крайне низкоквалифицированный труд. При такой работе магический дар – это буквально счастливый билет в лучшую жизнь.

– С какой целью вы следовали в Лехей? – вздохнув, поинтересовался дознаватель.

Рядом с ним молодой парнишка порхал пером по бумаге, записывая всё, что говорила раскрасневшаяся Ли-Льен.

– Как с какой?