Карра для Лаки (СИ) - Савченя Ольга "Мечтательная Ксенольетта"

Лаки вернулся в комнату и присел на стол, вновь разглядывая милую виновницу его беспокойного сна. Такая нежная и хрупкая, что придушить ее хотелось несколько раз, пока он тут страдал головной болью. Если бы не следы их совместной ночи, которые запросто обнаружат маги истины в Карре, он бы задумался над вариантом с убийством серьезнее. Труп девушки после праздничного вечера — подумаешь, опять же маги истины обнаружили бы наркотики в ее организме. а так тело еще прятать пришлось бы. И даже с таким маленьким возиться желания не имелось.

Как заставить Карру молчать о прошедшей ночи? Как убедить, что споивший ее парень заслуживает прощения? Какие бы слова Лаки не подбирал, все предложения звучали нелогично. Любой человек заподозрил бы в его словах сговор или необъяснимую глупость.

Рассказать о невесте? Лаки дернулся, впервые переборщив с прикусом языка. Он даже не мог вообразить, как поступит Карра. С ее наглостью и целеустремленностью в абсурдном направлении, девушка запросто начнет строить планы, как сообщить невесте об измене и разрушить личную жизнь Лаки. А неудержимая вообще строит планы или сразу напролом прет?

Лаки закрыл глаза, медленно выдохнул, сжимая столешницу, а затем позвал:

— Карра.

— Карра.

Я улыбнулась и потянулась, но сразу перевернулась, скручиваясь в калачик и не желая терять такой сон. Ла-ки.

— Карра, пора вставать. Думаю, очень скоро ты захочешь дико есть.

Подорвалась на кровати, натягивая одеяло до подбородка. Осмотрела незнакомую комнату, не увидела разбросанных вещей и вообще... наверное, только кровать не прибрана. Зато прикосновения постельного белья к обнаженной коже нельзя было не ощутить.

— Ничего не приснилось? — тихо спросила я, глядя на Лаки.

— Ты в обморок не упадешь? — поинтересовался он, склоняя голову к плечу и вглядываясь в мое лицо.

В обморок, думаю, не упаду, но как же стыдно. Я зажмурилась, запрокинула голову и прошипела:

— Я ему несколько флаконов слабительного в глотку залью!

— Он может умереть от обезвоживания. Даже одного флакона может быть много, — усмехнулся Лаки.

— Тогда помоги мне! — потребовала я, но осеклась, сталкиваясь с насмешливым взглядом. — Я... во-о-от же де-емоны, — проскулила, накрываясь одеялом с головой.

Парень тихо рассмеялся, наблюдая за мной. Я лежала под одеялом и понимала. Как же много вещей я понимала, от которых кричать хотелось! Как я могла переспать с Лаки? И ерунда просто переспать, но я же все помню! Помню, как было! Да я же...

— Ты меня прости! — Я подскочила, но одеяло ниже подбородка не спускала. — Я вчера... Карра не такая.

Лаки рассмеялся в полный голос, но быстро взял себя в руки и произнес:

— Ничего. Мне понравилось.

Сначала я бросила в него подушку, а только потом втянула голову в плечи и скривилась. Зачем я бросила в него подушку? Он ведь не хотел обидеть. Или...

— А-а-а... — на одном тоне протянула я и втянула воздух уже сквозь сжатые зубы. Уоли убьет меня, если узнает! — Лаки, у тебя есть мечта?

— Прости? — Он взбил подушку и отложил ее на стол. Мой вопрос явно озадачил его.

— Сколько тебе заплатить за молчание?

Как одолжить денег у Уоли для оплаты Лаки, чтобы второй не рассказал ничего первому? Я вцепилась в волосы рукой и захныкала. Хуже будет, если родители узнают! Папа будет в ярости. У него откупные не попросишь. Лаки ведь не шантажист?

— Ты желаешь оставить все в секрете?

— Дело не в желании, но мне очень нужно!

— Легко, — легко согласился самый потрясающий парень, в которого я когда-либо была влюблена! Была влюблена. влюблена. Все еще?!

Я коротко провизжала и снова спряталась под одеялом, ударяясь головой о матрас.

— Карра, я вчера перегнул, — услышала где-то совсем рядом.

Аккуратно приоткрыла себе щель, вглядываясь в красивое лицо возлюбленного. Он присел на корточки возле кровати и смотрел в мой глаз. Он прекрасен. Не глаз, а Лаки.

— Я не собираюсь извиняться, но должен предупредить, что еще немного и моя грубость может повториться.

— Почему? — заинтересовалась я, высовывая голову из своего укрытия. Шанс узнать о недостатках Лаки!

— Я не пускаю девушек даже в свою комнату, а ты в моей кровати. Связь прослеживаешь?

— Но это же...

— Карра, ты не поверишь на какие исключения я ради тебя иду. Твои вещи в ванной, заколка там же. У тебя есть десять... — Он всмотрелся в мое лицо, чуть улыбнулся и исправился: — пятнадцать минут, чтобы привести себя в порядок. За это время я уберу грязное белье, немного проветрю комнату, а затем вышвырну тебя в том виде, в каком обнаружу.

— Так грубо, — буркнула я, поднимаясь и кутаясь в одеяло.

— Я предупредил.

Его вчерашнее предупреждение вспомнилось ярко — щеки запылали, во рту и так было сухо, а глаза распахнулись шире. Я даже не обратила сразу внимания, что мои пальцы незаметно разжали. Лаки мастер обходиться нежно и аккуратно! Я вздрогнула и прикрылась руками, глядя на одеяло в его руках.

— Пододеяльник испачкан. — Он пожал плечами, а затем тихо рассмеялся, пока я убегала за дверь в ванную.

Никогда раньше я не мылась так быстро! Пятнадцать минут! Как он может быть одновременно таким деспотом и настолько обходительным, веселым парнем? Но он мог бы и вовсе выставить меня за дверь. Стоит ли поблагодарить? И, конечно же, его вины нет в том, что произошедшая вчера ночь. Кто бы отказался на его месте? Моя бестолковость и ошибка. Я судорожно вдохнула, прикасаясь к губам и закрывая глаза. Самая фееричная ошибка в моей жизни!

Я оделась, обула туфли, выпрямилась и взглянула на свое отражение в зеркале: волосы причесала рукой, как смогла, и скрепила заколкой, а синяки под глазами не сильно пугающие. Оккер же будет молчать о своем провале? Не-е-е. Он насквозь говнюк. Из тех, кто ни на секунду не подумает скрывать свою натуру и будет гордиться даже провалами, считая, что они лучше любых провалов, только потому, что сотворены его руками. Отвратительный тип. Вся надежда на Лаки.

Я вышла в комнату и сразу наткнулась взглядом на мучителя моего сердца. Он присел на стол, упираясь в него руками, и бестолково смотрел в пол.

— Ты точно никому не расскажешь? — спросила я.

Он повернул голову ко мне, осмотрел меня с ног до головы, остановился на глазах и спросил:

— О чем?

— О том, что произошло между нами, — тихо напомнила я.

— А что-то произошло? Может, совсем немного. — Он нахмурился, вновь вглядываясь в пол. — Я плохо спал ночью. Обнаружил тебя в коридоре и не знал, где твоя комната и кому тебя можно вверить. Пришлось уложить тебя на кровать, а твоя ненормальность... Я здраво рассудил, что не хочу лишиться глаз с утра, если ты все не так поймешь. Откуда мне знать насколько ты любишь пускать острые ноготки в дело? Поэтому мне пришлось тратить ингредиенты на безопасное сонное зелье для тебя и на исцеляющее для себя. После сна на жестком полу ребра ломило нещадно. К тому же, с окна немного тянет — я мог простыть.

Я широко улыбнулась и едва не поаплодировала ему. Я бы даже подпрыгнула от счастья, но меня захватил другой вопрос:

— Безопасное сонное зелье?

— Я так и не понял, чем тебя накачали. — Лаки пожал плечами. — Ни времени с момента приема, ни количества принятого, ни даже характера: магический или растительный наркотик — ничего. Но если от снотворного голова не раскалывается, значит, ничего серьезного.

— Я могу быть спокойна? — обрадовалась я, что не превращусь в зависимую. Но все же уточнила: — Я не захочу повторно?

Лаки усмехнулся, медленно оттолкнулся от стола и подошел ко мне. Я отступила на шаг, а он сократил расстояние шагом вперед.

— Я...

Я растерялась, чувствуя тепло его тела.

— Я о наркотике.

— О каком именно? О том, который ты употребила вчера дважды? — едва слышно спросил он.

Мне не нужно было искусственное вмешательство, чтобы стук сердца заглушал звуки, а руки пришлось спрятать за спину и переплести пальцы в крепкий замок, опасаясь себя. Хотелось обнять его, поцеловать.